700 триллионов вон утекают за рубеж: южнокорейский рынок упускает целую криптоэру

Автор: Tiger Research Reports

Адаптация: TechFlow

TechFlow导读：Пока глобальный крипторынок давно вышел за рамки спотовой торговли и расширился до производных финансовых инструментов, платежных систем и сервисов на блокчейне, корейские инвесторы оказались за невидимой стеной. Этот масштабный отчет о данных, подготовленный совместно с Chainalysis, отслеживал около 120 тысяч кошельков, связанных с Южной Кореей, и показал, как капитал объемом до 700 триллионов вон обходит местные ограничения, формируя на внешнем рынке крайне активную новую экосистему. Для профессионалов отрасли это не только карта потоков капитала, но и предупреждение о потере конкурентных позиций на внутреннем рынке.

Глобальный рынок цифровых активов расширился в сфере деривативов, платежей и сервисов на блокчейне, тогда как Южная Корея по-прежнему сосредоточена на спотовой торговле. Корейские инвесторы перенесли неудовлетворенный спрос на зарубежные площадки. Сотрудничество Tiger Research и Chainalysis позволило отследить около 120 тысяч кошельков, связанных с Кореей, и проанализировать отток капитала объемом около 700 триллионов вон за период с 2021 по 2026 год.

Ключевые выводы

Корейские инвесторы переводят средства за рубеж для доступа к продуктам, недоступным внутри страны. В период с 2021 по 2026 год с южнокорейских бирж выведено около 700 триллионов вон.

Капитал не останавливается на зарубежных биржах. Корейские инвесторы также торгуют деривативами на децентрализованных биржах (DEX), участвуют в предиктивных рынках и используют криптокарты для расходований стейблкоинов.

Зарубежные биржи зарабатывают не только на торговых комиссиях. Удовлетворяя спрос корейских инвесторов, они также привлекают клиентов, собирают данные и накапливают операционный опыт.

1. Глобальный рынок демонстрирует уверенный рост, южнокорейский рынок застаивается

Глобальный рынок цифровых активов приобретает новые очертания. Институциональный капитал проникает в среду, изначально выросшую вокруг розничной спотовой торговли, а технологии блокчейна теперь охватывают всю финансовую цепочку создания стоимости. Меняются как типы привлекаемого капитала, так и способы использования цифровых активов инвесторами.

Спот-ETF на биткоин и эфириум расширили возможности институционального входа на рынок, а сегмент деривативов, включая бессрочные фьючерсы и опционы, демонстрирует стремительный рост. Стейблкоины вышли за рамки простой среды обмена для криптоторговли и применяются в платежах и денежных переводах, а токенизация реальных активов меняет подходы эмитентов к созданию и распределению капитала. Глобальный рынок уже далеко выходит за рамки просто торговли, интегрируясь в более широкий финансовый ландшафт.

Эти изменения происходят неравномерно. Рынок Южной Кореи по-прежнему сосредоточен на розничной спотовой торговле, а участие институциональных игроков остается ограниченным. Растущие в мировом масштабе деривативы и новые финансовые услуги пока не сформировали в стране рынка значительного масштаба. По мере расширения глобальной карты рынков структурный разрыв между Южной Кореей и зарубежными площадками продолжает увеличиваться.

Этот разрыв также явно прослеживается в объемах торгов. Мировые биржи расширили свои продукты до бессрочных фьючерсов и других инструментов, тогда как в Корее основной объем приходится на спот. В результате доля южнокорейских бирж в общем обороте ключевых мировых площадок непрерывно снижается. Хотя объем торгов — лишь один из показателей, он свидетельствует о том, что на фоне глобальной экспансии позиции корейского рынка ослабевают.

2. Дисбаланс спроса и предложения: инвесторы ищут возможности за рубежом

Снижение доли Южной Кореи на рынке не означает утраты интереса со стороны местных инвесторов. Продукты и услуги, которые сложно найти внутри страны, стремительно развиваются за рубежом, привлекая капитал на зарубежные биржи и ончейн-сервисы. Невостребованный внутренний спрос никуда не делся, он просто трансформировался в реальную торговлю и использование сервисов на внешних площадках.

Масштабы явления весьма значительны. В сотрудничестве с Chainalysis компания Tiger Research проанализировала ончейн-данные, отслеживающие перемещение криптовалют с южнокорейских бирж на зарубежные. С 2021 по 2026 год через эти каналы за рубеж было выведено порядка 530 млрд долларов США. Отток достиг примерно 120 млрд долларов в 2025 году, а в 2026 году ожидается около 52 млрд долларов. Приведенные цифры отражают лишь идентифицированные движения средств, поэтому реальный объем может быть еще выше.

Опора исключительно на абсолютные показатели оттока может создать ложное впечатление о замедлении оттока капитала. Общее сжатие рынка одновременно снизило объемы торгов в Корее и объем выводимых средств, из-за чего абсолютные цифры плохо отражают истинную интенсивность оттока. Для более точной оценки был введен показатель чистого оттока. Он рассчитывается как отношение суммы, выведенной на зарубежные биржи, к общему спотовому объему торгов на трех крупнейших южнокорейских биржах — Upbit, Bithumb и Coinone. Несмотря на снижение абсолютных объемов оттока, этот коэффициент растет. Это означает, что капитал покидает страну быстрее, чем сокращается сам корейский рынок.

При миграции неудовлетворенного спроса за рубеж туда же перетекает и экономическая ценность. Торговые комиссии — наиболее очевидный пример. Согласно внутренней методологии Tiger Research, корейские инвесторы сгенерировали около 3,5 млрд долларов доходов от комиссий для зарубежных бирж в 2025 году, а в первой половине 2026 года добавили еще около 900 млн долларов. Спрос из Кореи напрямую конвертируется в выручку зарубежных операторов.

Последствия концентрации ценности за рубежом выходят далеко за рамки комиссионных доходов. Чем больше корейские инвесторы торгуют и используют сервисы на зарубежных площадках, тем плотнее зарубежные операторы нарабатывают клиентскую базу и накапливают торговые данные. Опираясь на эту информацию, они точнее распознают потребности корейских пользователей и формируют компетенции для разработки и запуска новых продуктов. Неудовлетворенный спрос не только генерирует прибыль за границей, но и помогает иностранным операторам закреплять конкурентные преимущества, необходимые для создания и развития нового бизнеса.

3. За пределами зарубежных бирж: инвестиционный спрос мигрирует в блокчейн

Капитал, выводимый с южнокорейских бирж, не ограничивается зарубежными централизованными платформами. Используя инструмент отслеживания средств Reactor от Chainalysis, Tiger Research проследил маршруты кошельков, идентифицированных как принадлежащие резидентам Южной Кореи. Выведенные за границу средства не осели на зарубежных биржах, а через личные кошельки поступили в ончейн-сервисы, включая децентрализованные биржи (DEX), и предиктивные рынки.

Чтобы подтвердить, что эта тенденция не ограничивается единичными случаями, диапазон анализа был расширен до примерно 120 тысяч адресов кошельков, помеченных Tiger Research как принадлежащие корейским инвесторам. Результаты показали, что за пределами зарубежных бирж наблюдается значительная инвестиционная активность, включая маржинальную торговлю через DEX и участие в предиктивных рынках. Таким образом, корейский неудовлетворенный спрос распространился на ончейн-рынки за пределами традиционных биржевых площадок.

3.1. Спрос на деривативы мигрирует в децентрализованные биржи

Давление неудовлетворенного спроса на деривативные инструменты направлено в сторону DEX. Анализ ончейн-данных за период с января 2024 по июль 2026 года выявил, что кошельки, помеченные как корейские, перевели на три DEX — Hyperliquid, Lighter и Variational — совокупно около 1,64 млрд долларов США. Эти платформы активно предлагают маржинальную торговлю на основе бессрочных фьючерсов, поглощая деривативный спрос корейских инвесторов, который недоступен внутри страны.

Маржинальное кредитование конвертирует депостируемый капитал в торговые объемы, значительно превышающие размер основного депозита. Только в июле 2026 года около 1200 корейских кошельков сгенерировали на Hyperliquid номинальный объем торгов в 4,97 млрд долларов. Даже с учетом эффекта рычага месячный объем почти в 5 миллиардов долларов указывает на то, что торговля деривативами корейских инвесторов в блокчейне приобрела существенные масштабы.

Торговые пары на Hyperliquid выходят за пределы криптовалюты, охватывая традиционные активы. В период с января по июль 2026 года корейские кошельки торговали контрактами, привязанными к акциям SK Hynix, Samsung Electronics и нефти. Стремление к высокому плечу и потребность в торговле вне стандартных часов работы традиционных рынков, по-видимому, стимулировали этот спрос. Инвесторы желают получать доступ к традиционным активам способами, недоступными на существующих площадках, и такой запрос находит реализацию в блокчейне.

Масштабы вовлеченного капитала существенно различаются. За время анализа исследователи выделили около 7 тысяч связанных с Кореей кошельков, управляющих относительно крупными суммами. Например, в июле 2026 года один такой кошелек открыл шорт-позицию по бессрочному фьючерсу на акции SK Hynix на Hyperliquid с депозитом около 780 тысяч долларов и кредитным плечом x10. Объемы торгов по этим адресам распределены широко: крупные игроки так же активны в сегменте ончейн-деривативов.

3.2. Предиктивные рынки: новый выбор для корейских инвесторов

Корейские инвесторы также проявляют высокую активность в одном из самых быстрорастущих сегментов глобального рынка цифровых активов — предиктивных рынках. Они позволяют участникам заключать сделки на основе исходов будущих событий в политике, экономике и спорте. Хотя подобные активности ограничены в Корее, резиденты активно торгуют на Polymarket. Анализ ончейн-данных за период с января 2024 по июль 2026 года обнаружил на платформе около 3700 корейских кошельков с совокупным торговым объемом около 438 млн долларов США.

Объемы торгов резко возрастали на фоне важных политических процессов в Южной Корее. С марта по июнь 2025 года, когда друг за другом последовали процедуры импичмента и президентские выборы, доля торговли на рынках, связанных с Кореей, составляла более половины от всего объема коррелирующих кошельков. За весь период анализа совокупный объем торгов по корейским рынкам составил около 62 млн долларов.

После завершения президентских выборов доля политически ориентированных корейских рынков быстро сократилась, однако торговая активность сместилась в другие категории: глобальные события, Чемпионат мира по футболу, KBO, LCK и даже прогноз погоды в Сеуле. Распределение трафика среди различных категорий показывает, что деятельность корейских инвесторов на предиктивных рынках не ограничивается исключительно внутриполитическими событиями.

Детализация по категориям демонстрирует точки концентрации интересов. Глобальные вопросы, такие как выборы в США, лидируют по объемам торгов, при этом корейские политические рынки, включая ставки на победу Ли Джаэ Мёна на президентских выборах, также привлекли внушительные суммы. Корейские инвесторы делают крупные ставки как на ключевые глобальные повестки, так и на локальные корейские рынки.

Количество кошельков дополнительно иллюстрирует специфику корейских направлений. Политические рынки, связанные с избранием Ли Джэ Мёна и отстранением бывшего президента Ина Сён Ына, привлекли большее количество уникальных корейских кошельков, чем американские выборы. Если оценивать топ по объемам торгов, здесь конкурируют глобальные и локальные темы, однако по числу участников именно внутрикорейская политика обеспечивает массовое вовлечение аудитории.

3.3. Спрос на платежи направляется в зарубежные криптокарты

Криптокарты стремительно набирают популярность во всем мире, стимулируя рост потребительского сектора цифровых активов. Они интегрируют блокчейн-активы с традиционными банковскими платежными сетями, позволяя пользователям оплачивать покупки как обычными картами. Создание виртуальных карт через приложения дает возможность для онлайн и мобильных платежей, а некоторые провайдеры выпускают физические пластиковые карты для покупок в офлайне. Цифровые активы трансформируются из инструмента спекуляции и инвестиций в средство повседневных расчетов.

Запрос на зарубежные криптокарты растет и в Корее. По состоянию на конец июля 2026 года оценочное количество загрузок основных приложений для выпуска криптокарт (RedotPay, KAST, ether.fi, Tria и Plasma) на территории Южной Кореи достигло 38 тысяч. Анализ ончейн-активности RedotPay и ether.fi выявил около 1000 связанных с Кореей кошельков на обоих сервисах.

Потоки средств, направляемые из этих кошельков в криптокарты, показывают восходящий тренд. Поскольку курс южнокорейской ваны к доллару США оставался высоким в 2026 году, ежемесячные пополнения на RedotPay и ether.fi заметно увеличились. Данные не подтверждают прямую причинно-следственную связь между курсовыми колебаниями и объемом пополнений, однако тенденция указывает на то, что часть пользователей хранит стейблкоины, привязанные к доллару, не только как средство сохранения стоимости, но и для оплаты через криптокарты. Цифровые активы, ранее выведенные за рубеж, теперь функционируют как потребительские средства.

Объемы платежей нагляднее отслеживаются через ether.fi. Оба сервиса, RedotPay и ether.fi, позволяют оплачивать покупки за счет внесенных цифровых активов, однако их охват ончейн-данных различается. Данные RedotPay фиксируют момент пополнения баланса карты. ether.fi предоставляет более глубокую видимость денежных потоков, связанных непосредственно с платежами, что позволяет анализировать расходы корейских кошельков. Поступления на ether.fi транслируются в оплату товаров и услуг Merchant'ам, доказывая, что стейблкоины используются не только для холдинга, но и для удовлетворения повседневных трат.

Значение криптокарт заключается в том, что выведенные за рубеж средства могут никогда не вернуться обратно, а будут полностью потрачены. Этот сценарий демонстрируют отдельные кошельки. Tiger Research отследила процесс высшего нетто-стоимости корейского инвестора: средства были выведены с южнокорейской биржи на личный кошелек, использовались для торговли на Hyperliquid и Polymarket, после чего часть прибыли зачислена на карту ether.fi для личных расходов. Капитал, покинувший биржу Южной Кореи, продолжает циркулировать на зарубежных и ончейн-площадках, переходя от инвестиционной деятельности к потребительской.

4. Окно возможностей для изменения направления капиталов

Масштабы капитала, уже переведенного за рубеж, впечатляют, однако существует пространство для изменения вектора его движения. Как показывает анализ, спрос корейских инвесторов не исчез, а перешел в плоскость торговли и использования услуг на зарубежных биржах и в блокчейне. Если в Южной Корее удастся сформировать рынок, способный абсорбировать этот спрос, архитектура будущих потоков капитала примет совершенно иной вид.

Ключом является комплексный подход: создание условий для удержания внутреннего капитала и устранение барьеров для возврата уже выведенных средств. Расширение списка продуктов, которые может предложить местный рынок, замедлит новый отток, а снижение регуляторного трения при репатриации вернет зарубежный капитал. Для смены траектории потоков необходимы оба условия.

4.1. Формирование причин для удержания капитала внутри страны

Чтобы удержать капитал в стране, южнокорейским компаниям необходимо адаптироваться к меняющемуся спросу внутри местного рынка. Глобальный сектор цифровых активов перешел от чистой спотовой торговли к деривативам и широкому спектру услуг, а традиционные инструменты торгуются в новых форматах, таких как бессрочные фьючерсы на акции и токенизированные бумаги. В Корее все еще отсутствуют регламенты и стандарты для подобных продуктов, а бизнес бирж сконцентрирован на споте. Спрос есть, но текущая инфраструктура не позволяет корейским игрокам эффективно монетизировать его через новые продукты.

На фоне эволюции рынка глобальные операторы диверсифицировали линейки продуктов. Такие гиганты, как Coinbase и Binance, вышли в смежные сегменты деривативов и институциональных сервисов, самостоятельно разработав или приобретя необходимую технологическую инфраструктуру. При появлении нового запроса они легко интегрируют его в текущие процессы, выращивая новые рынки. Корейские игроки, напротив, сталкиваются с трудностями при развитии новых направлений в рамках криптоиндустрии и вынуждены искать рост в иных секторах экономики. Эта разница обусловлена не столько амбициями менеджмента, сколько отсутствием регуляторной базы, позволяющей трансформировать новый спрос в бизнес-процессы.

Бессрочные фьючерсы на акции наглядно демонстрируют необходимость адаптации корейских компаний. Как показано выше, корейские кошельки торгуют бессрочными контрактами на акции SK Hynix и других локальных эмитентов на зарубежных платформах. Данные контракты точно следуют за стоимостью акций на национальном рынке, торгуясь круглосуточно в вечерние часы и выходные дни после закрытия сеульской сессии. Они обеспечивают достойное ценообразование базового актива за пределами стандартных часов, выступая потенциальным ценовым сигналом, дополняющим спотовый рынок. Невостребованный внутренний спрос не только уходит за рубеж, но и формирует рыночные механики, которыми теоретически может воспользоваться Южная Корея.

Для эффективного поглощения такого спроса на внутреннем рынке недостаточно разрешать выпуск отдельных продуктов поштучно. Регулятору необходимо установить четкие стандарты, позволяющие компаниям легально коммерциализировать новинки в рамках надзора. Вместо поэтапного утверждения каждой конкретной линейки целесообразно закрепить требования к защите прав инвесторов и управлению рисками: компании, соответствующие этим нормам, получат право гибко масштабировать бизнес в ответ на запросы рынка. Такой подход позволит Южной Корее изменить сложившуюся парадигму, при которой внутренний спрос первично удовлетворяется за рубежом, и сохранить накопленный коммерческий опыт и конкурентные компетенции внутри страны.

4.2. Расширение путей для репатриации капитала

Даже при расширении инвестиционных возможностей внутри страны выведенный за рубеж капитал не вернется автоматически. Процесс репатриации сопряжен с многоступенчатыми процедурами верификации, а неопределенность в вопросах декларирования и налогообложения только усложняет задачу. Наряду с созданием благоприятной среды для внутренних инвесторов, Сеулу необходимо минимизировать административные барьеры для возвращающихся средств.

Поправки к постановлению о реализации Закона о сообщении и использовании информации о конкретных финансовых транзакциях ужесточают контроль AML в отношении переводов виртуальных активов. Правило путешествия (Travel Rule) начнет применяться ко всем объемам сделок, а взаимодействие с зарубежными биржами и личными кошельками будет подвергаться риск-ориентированному мониторингу. Борьба с отмыванием денег необходима, однако размытые требования к верификации способны затруднить возврат капиталов. Регуляторам следует внедрить прозрачные стандарты для исключения избыточных препятствий при законном перемещении средств.

Вступление в силу налоговых норм добавит факторов при репатриации иностранных активов. Активы, циркулирующие между зарубежными биржами, персональными кошельками и ончейн-сервисами, потребуют точного определения себестоимости и аудита истории операций, однако критерии обработки сложных сделок и принятия подтверждающих документов пока остаются абстрактными. Дело не в самом налогообложении, а в бремени и неопределенности, лежащей на плечах инвесторов при восстановлении и подаче отчетности до полной ясности правил. Потоки вывода средств с южнокорейских бирж исторически коррелируют с всплесками поисковых запросов, связанных с подготовкой налоговой декларации, поэтому влияние данной неопределенности на движение капитала требует пристального внимания.

Таким образом, успешная репатриация требует двух шагов. Правительству необходимо отменить чрезмерно ограничительные нормы, сдерживающие законные денежные переводы, и четко регламентировать стандарты и процедуры регулирующего контроля. AML-контроль и налоговая нагрузка обоснованы своей целью, однако усиление требований к верификации и отчетности на фоне отсутствия фундаментальных стандартов способно парализовать приток легальных средств. Возврат вывезенного капитала возможен лишь при сохранении необходимого надзора и одновременном устранении лишних бюрократических нагрузок с финансовых потоков.

5. Возврат капитала открывает новые возможности

Представленный анализ указывает не только на проблему оттока капиталов. По мере того как внутренний спрос трансформируется в объемы торгов и потребления за рубежом, иностранные операторы присваивают генерируемую ими выручку и новые рыночные ниши. Главное — сформировать в Южной Корее экосистему, готовую абсорбировать данный спрос, и вернуть на внутреннюю арену часть доходов и перспектив, ныне реализуемых за границей.

Одни только торговые комиссии обладают внушительным масштабом. В 2025 году корейские инвесторы перечислили зарубежным биржам около 3,5 млрд долларов комиссионных. При условии сохранения уровня активности и тарифных ставок, перенаправление 10% данного объема на обслуживание корейских операторов принесет им примерно 357 млн долларов; при доле 25% — 893 млн; а при 50% — около 1,79 млрд долларов. Для достижения этих цифр Сеулу не потребуется генерировать новый спрос достаточно вернуть на внутреннюю территорию часть операций, которые корейские участники уже проводят за границей.

Ценностный вклад Южной Кореи не исчерпывается заработком на комиссиях. Начав со спотовой торговли, Coinbase впоследствии диверсифицировал портфель в сторону хостинга, институциональных услуг и стейблкоинов; к первому кварталу 2026 года почти половина всей выручки компании формировалась вне торговой линии. Напротив, Dunamu получает основную часть доходов исключительно от комиссий за торговлю вонами. Одни и те же запросы на цифровые активы при наличии или отсутствии инфраструктуры для интеграции с широким спектром продуктов могут порождать абсолютно разные объемы рынка.

Сеулу необходимо заложить фундамент для превращения новых запросов в прибыльные бизнес-модели до того, как структурный разрыв окончательно закрепится. Мировой рынок стремительно растет, однако правовая база для легального коммерческого внедрения инноваций в Корее все еще формируется. Страна сохраняет возможность расширить свое присутствие до момента необратимого формирования конкуренции, что делает текущий период критическим окном возможностей для южнокорейского криптоиндустриального сектора. Параллельно с построением нормативной архитектуры, правительству нужно дать действующим за рубежом объемам торгов и капитала объективные причины для возвращения на внутренний рынок.

Налоговая политика выступает одним из механизмов формирования таких стимулов. Так, Таиланд в период с 2025 по 2029 год освободил физических лиц от уплаты налога на прирост капитала по сделкам с цифровыми активами, проведенным через лицензированных внутренних операторов, тем самым направив инвесторов в регулируемое русло. Южная Корея способна рассматривать налогообложение не только как источник бюджетных поступлений, но и как стратегический политический инструмент привлечения торговых объемов и капитала на внутреннюю территорию.

Даже частичное возвращение экспортного спроса и капитала даст эффект, многократно превосходящий прямой заработок на комиссиях. Это расширит горизонты для разработки новых продуктов корейскими платформами, что конвертируется в устойчивый рост бизнеса и укрепление отраслевой конкурентоспособности. Развитие самого рынка и расположенных на нем компаний обеспечит стране долгосрочные макроэкономические преимущества и расширит налоговую базу. Реализация текущего окна возможностей требует не просто издания нормативных актов, а создания полноценной экосистемы, обеспечивающей взлет и удержание нового рынка в Южной Корее.