Оригинальное интервью: Coffeezilla, YouTuber и журналист в сфере криптовалют;

Гость: Хейден Дэвис, один из основных создателей LIBRA;

Компиляция оригинала: ChatGPT

Редакционное примечание: Хейден Дэвис из Kelsier Ventures — один из четырех основных создателей LIBRA, остальные трое: представитель протокола Kip Джулиан Пех, аргентинский технический эксперт Маурисио Новелли и Мануэль Годой. Проект получил поддержку Хавьера Миэле 14 февраля 2025 года. Создатель данного видео, Coffeezilla, взял интервью у Хейдена, пытаясь разобраться в реальности происходящего вокруг LIBRA. В ходе беседы Хейден признался, что команда LIBRA осуществляла снайпинг собственного токена, а команда MELANIA провела аналогичную операцию с токеном MELANIA.

Ниже приведен оригинальный материал (текст слегка отредактирован для удобства восприятия):

TL;DR

Coffeezilla:В последние 48 часов я занимался расследованием истории с аргентинской мем-монетой под названием LIBRA. Если вы не в курсе, президент Аргентины публично поддержал этот проект, после чего цена рухнула, и участники начали спрашивать, куда исчезли 100 миллионов долларов. Мне удалось связаться с ключевыми фигурами этого случая, чтобы найти ответы. Далее вы услышите часовой разговор с Хейденом Дэвисом, главным организатором данного запуска, принимавшим множество решений по токену. На данный момент он контролирует 100 миллионов долларов и размышляет о дальнейших шагах. Вы заметите, что это не наше первое общение — я пытался выйти на него в последние 24–48 часов.

Это интервью не предназначено для продвижения моей личной точки зрения, так как моя цель — получение информации. Мне кажется, нам больше всего не хватает ответов. Поэтому я буду слушать, хотя в ходе звонка мы получили несколько очень важных признаний. Хочу сразу отметить, что это не мой привычный стиль «охотника на мошенников», он был специально адаптирован. С самого начала собеседник был крайне напряжен, поэтому мне не показалось уместным реагировать жестко. Каждый сделает свои выводы, исходя из увиденного. Но более нейтральный подход — дать самому этому человеку высказаться. Это его первое публичное выступление с тех пор, как он опубликовал твит. Твит занял всего минуту и вызвал крайне негативную реакцию. Поэтому я дал ему возможность выговориться и рассказать всё сразу. Интервью началось внезапно, так как изначально шла откровенно непубличная часть, которую пришлось вырезать. Надеюсь, эта беседа прольет свет на истинное положение вещей.

Это не «развод инвесторов», а сорвавшийся план по вытеснению других снайперов

Coffeezilla:Могу ли я записать это официальным образом? Я не хочу включать туда личные моменты, которых не должно быть в публичном доступе. Спасибо за контекст, именно о LIBRA идет речь.

Hayden Davis: Да, раздел про LIBRA вполне подходит. Продолжайте. Одной из проблем LIBRA стало то, что при листинге на Meteora мы пытались избежать всех этих снайперов. Проблема заключалась в том… что никаких конкретных мер предосторожности принято не было, контроля со стороны инсайдеров или командных кошельков тоже нет.

Hayden Davis: Настоящая проблема в другом: знаете, при крупном запуске весь объем торгов поступает сразу, и ты видишь, что этот парень — на крупном кошельке — неожиданно не продал много монет. Я тоже не понимал почему. Он владеет активом на 57 миллионов долларов, а рыночная капитализация LIBRA составляла 4,5 или 5 миллиардов долларов. Вот в чем суть проблемы.

Hayden Davis: Рыночная капитализация не достигла 5 миллиардов долларов. Приходилось принимать решения на лету: «Забрать ли часть ликвидности из пула, чтобы защитить минимальную цену и обеспечить успешный маркетинг в будущем?» Или «Просто дать графику обрушиться вниз». Такое случается при каждом крупном запуске: 3–10 человек получают огромные суммы.

Hayden Davis: Все они были посредственными снайперами, их единственная цель — сбросить свои позиции. Отследить их практически невозможно. Либо это занимает слишком много времени, либо совершенно не работает. Поэтому при каждом запуске происходит одно и то же.

Hayden Davis: Что касается具体情况 LIBRA, я рад поделиться этим, хотя Хавьер и его команда сообщили мне, что завтра будет важный телевизионный эфир. Я не считаю это полностью публичным, но он должен объяснить мою позицию и прояснить ситуацию вокруг проекта LIBRA, так как он явно находился под давлением общественности. По сути, когда LIBRA запускался, нашей главной целью было: «Сможем ли мы собрать достаточно ликвидности?» Некоторые могут сказать, что это лишь фрагментарно или неполно, но цель была именно в этом. Ведь Миэле планировал снять второе видео, а также некоторые другие… не буду называть имена, но высокопоставленные фигуры должны были подключиться, написать твиты и запустить маркетинговые ролики.

Hayden Davis: Таким образом, наша задача заключалась в том, чтобы на этом этапе вывести достаточную часть ликвидности, вытеснить снайперов и хотя бы контролировать их, чтобы падение графика не убило весь проект. А затем Миэле выпустил бы второе видео, и мы реинвестировали большую часть капитала или ликвидность, создавая мощный новый запуск. Почему он удалил свой пост — точного ответа я все еще не знаю. Предполагаю, что на него оказал сильнейшее политическое давление. Будучи человеком извне крипто-сферы, он мог испугаться. Я это понимаю. Если бы я был на его месте, реакция была бы аналогичной. Сейчас мы пытаемся понять дальнейшие шаги. Кто-то называет это «разводом». Но это явно не так: в пуле ликвидности по-прежнему заблокировано 60 миллионов долларов, рыночная капитализация составляет 300 миллионов. Это не развод, а провал плана. На руках у меня 100 миллионов долларов, я хранитель этих средств, но не понимаю, что с ними делать. Я не хочу становиться врагом общества, я не извлёк из этого выгоду, наоборот, моя жизнь оказалась под угрозой.

Coffeezilla: Да, тут есть несколько моментов, которые я хочу обсудить. Спасибо за пояснения. Насчет 100 миллионов: думаю, общественность использует термин «развод» в переносном смысле, подразумевая несправедливое изъятие стоимости. Суть такого изъятия — просто забрать деньги. И поскольку направления этих 100 миллионов не было четко озвучено, многие решили, что команда просто хочет нажиться. Общественное мнение складывается так, что эти 100 миллионов — чистая прибыль. Очевидно, нужно действовать, вернуть эти средства на рынок, попытаться передать их обратно участникам. Этот процесс наверняка очень сложен, чтобы предотвратить дальнейшую эксплуатацию ситуации.

Hayden Davis: Согласен, ситуация действительно многогранна, особенно учитывая, что это мем-монета. Если вы вкладываете весь свой портфель в одну мем-монету, то… это глупо, если говорить без учета финансовой ответственности.

Hayden Davis: Понимаю вас. Но если взглянуть на это с другой стороны: сегодня я обсуждал с несколькими людьми вопрос оценки ценности токена, особенно когда он ещё «не мертв». Вероятно, президент продолжит его поддерживать, значит, потенциал для восстановления цены есть. Нужно контролировать нарратив: «Люди потеряли деньги, потому что продали, но сам токен жив». Однако проблема в том, что никто не дает мне четких ответов.

Coffeezilla: Понял вас. Если Миэле действительно вернется к теме, я буду удивлен. Думаю, он дистанцируется и оставит это дело. Хотя могу ошибаться, не до конца погружен во все детали. У меня есть вопрос, требующий ответа «да» или «нет»: собирается ли Миэле зарабатывать на этом? Неужели нет? Второй вопрос: двумя людьми, вовлеченными в этот запуск, являются Мануэль и Маурисио? Да, они входят в техническую команду из Аргентины. Верно. Протокол Kip возьмет на себя операционную деятельность некоммерческой организации, какой-нибудь фонд и тому подобное.

Hayden Davis: Абсолютно верно.

Coffeezilla: То есть они практически не участвовали, а вам предстояло выпустить токены, но вы не контролируете распределение этих средств.

Hayden Davis: Да, могу добавить подробностей. Весь план задумывался как эксперимент, верно? Миэле очень хотел перенести все процессы в блокчейн, сделать всё прозрачным, токенизировать финансовые транзакции целых стран. Я общаюсь с разными людьми и фондами о том, как это может выглядеть в ближайшие годы. Первоначальная идея была простой: раз уж мы здесь, давайте проведем эксперимент и посмотрим, что получится. Честно говоря, несмотря на его поддержку, это не был его официальный мем-токен. Давайте пока остановимся на этом.

Coffeezilla: Да, одна из ключевых частей — попытка понять, что именно произошло. Средства были выведены со счетов, появились обвинения в инсайдерской торговле перед публикацией контракта. Все эти инфлюенсеры, по сути, инсайдеры в индустрии узнали о монете до её выпуска, и поэтому могли либо передать информацию другим, что создает несправедливое преимущество, либо лично заработать на ней. Пример очень показателен: Дэйв Портной узнал о монете за две недели до запуска. Он знал о событии. К слову, хотя Дэйв утверждает, что слышал о скором релизе, он говорит, что не покупал монету заранее и не действовал как инсайдер. Он купил её примерно через десять минут после того, как Миэле сделал твит. При условии он готов купить на 10 миллионов долларов. Чтобы прояснить: хотя он знал о существовании монеты, он заявил, что не совершал сделок раньше времени. Просто хотим внести этот факт в историю. У него нашлось время собрать 5 миллионов долларов, он провел сделку. Затем, парадоксальным образом, он понес убытки, и вы даже вернули ему деньги. Именно это большинство видит как скрытую выгоду инсайдеров и манипуляции: он перевел 5 миллионов, получил убыток, а потом ему всё вернули. Так ведь?

Hayden Davis: Несколько замечаний. Во-первых, это была моя ошибка в тот момент. Честно, не помню точное время, это была поздняя ночь, я вел с ним переписку. Тогда я думал: «Миэле публично поддержит монету, ничего страшного». Я не рассматривал ситуацию через призму возможных сомнений со стороны публики. Возможно, мне стоит поговорить с ним, уверен, мы обсудим разные условия для тех, кто знал о монете заранее. Я не могу утверждать, говорил ли кто-либо из нас, знавших эту информацию, Мануэль или Маурисио кому-либо другому. Скажу точно: круг посвященных был узким. Концепция «инсайдеров» всегда казалась мне загадкой. Ведь в каждом мем-токене, в котором я участвовал или инвестирует, наибольшую выгоду обычно извлекают структурированные трейдеры. Как и в любом бизнесе, самые приближенные зарабатывают больше всех, или теряют больше всех. Поэтому я не считаю это утечкой инсайдерской информации. Думаю, это реакция разозленной части крипто-сообщества, которая постоянно чувствует неравные условия. Если ты цепной гений и знаешь, как играть в системе Meteora, в мире есть около тридцати человек, делающих это лучше остальных. Многие считают, что это...

Coffeezilla: Нет, правила игры действительно неравные. Большинство хорошо разбирается в фондовом рынке. Можно быть Уорреном Баффеттом, но есть разница между инвестированием в акции и человеком, владеющим закрытой информацией о компании Pfizer и использующим её для торговли на открытом рынке. Это называется инсайдерской торговлей и является незаконным. Думаю, раздражение толпы возникает именно из-за использования недоступной публике информации для принятия торговых решений.

Hayden Davis: Согласен, но на рынке мем-коинов, во-первых, это не противозаконно, а во-вторых, это абсолютно нормальная практика. Каждый инфлюенсер по всему миру зарабатывает именно так: узнает новости о проекте, договаривается с командой и получает свою долю. Если обвинять в этом, придется обвинять всех подряд. Да, мне тоже кажется, что это действительно…

Coffeezilla: Я считаю это очень плохой практикой, правда. Для всех, кроме инсайдеров, мем-коины работают исключительно в их пользу.

Hayden Davis: Лично я не возражаю против этого, но полагаю, что большинство людей, ставящих на мем-коины, особенно начинающие, попросту играют по существующим правилам. Разочарование испытывают именно те, кто не входил в круг инсайдеров. Вот в чем ситуация. Все жалобы в соцсетях исходят от тех, кто пропустил сделку. Если бы они торговали, таких жалоб бы не было. Возникает вопрос: что делать? Ничего не делать? Отказаться от запусков? Чем тогда закончится дискуссия?

Coffeezilla: Всё очевидно. Совершать сделки на общих основаниях и использовать внутреннюю информацию для торговых решений — два разных явления. Если бы мне платили за публикацию твита, и я это официально раскрыл, это не вызвало бы вопросов. Но покупать токены на миллион долларов на основе информации, которой еще нет в открытом доступе, — неправильно, такой подход необходимо искоренять. Если участники считают, что данные рынки следует регулировать как классические капитальные, то здесь как раз и кроется...

Hayden Davis: Не согласен с этим мнением. И я не считаю, что их стоит воспринимать как капитальные рынки, потому что по своей природе они таковыми не являются.

Coffeezilla: Но вы же профессиональный трейдер, разве вам не следовало бы разделять этот подход?

Hayden Davis: Даже в этом случае я лишь делаю ставку. Инвестируя средства, я отдаю себе отчет, что они могут обнулиться. Я не отношусь к ним как к обычным акциям, воспринимаю их скорее как казино, потому что такова их истинная природа.

Coffeezilla: Примечательно, что чаще всего те, кто громче всех кричит о ненужности регуляций, сами оказываются теми, кто наклоняет столы в этом казино. Я слышал, как Дэйв или я упоминали фразу: «Плакальщики из окопов ныют». Врач, какая атмосфера? Прежде всего, большинство «плакальщиков» вообще не получали возврат в 5 миллионов долларов.其次, Дэйв говорит в духе: «Вы злитесь, потому что я распродал монеты раньше вас». Вы просто…

Hayden Davis: Вы злитесь исключительно из-за того, что не успели продать.

Coffeezilla: Я не злюсь. Конечно, наиболее крупные игроки в казино с максимальными плечами как раз те, кто заявляет: «Нам не нужны никакие правила,只要 мы публично объявим, что делаем это, всем известно». Верно?

Hayden Davis: Дэйв хороший человек. Но он толком не понимает механику мем-коинов. Он совсем не знаком с процессами, по правде говоря. Всего пару недель назад он только осознал: «Оказывается, если сделать ставку на монету и начать о ней говорить, цена растет. Непостижимо, как так работает? Как мне поступать дальше?»

Признание: команда LIBRA осуществила снайпинг собственного токена

Coffeezilla: Подождите, я не хочу сосредотачиваться исключительно на нём, отчасти я ценю его прозрачность. Кроме того, это демонстрирует закулисную сторону, которую мы обычно не видим. Но позвольте озвучить более широкий тезис: те, кто требует смягчить регулирование и не сравнивать эти токены с другими проектами, часто выступают одними из главных манипуляторов рынка или имеют личную заинтересованность. Это прямое несправедливое преимущество. Как вы правильно заметили, жалуются те, у кого нет преимуществ, а молчат те, кто ими обладает. Я считаю это справедливой оценкой. Хочу переключить тему: эти кошельки вроде бы связаны с вами и вашими запущенными токенами, верно? Например, в случае с LIBRA存在 один кошелек, из которого Дэйву вернули средства. Он утверждает, что это его личный кошелек. Также этот кошелек связан с Avalanche-кошельком, который использовался для снайпинга LIBRA. Получается, если вы запустили этот токен, вы тоже участвовали в снайпинге нечестным образом?

Hayden Davis: Я бы ответил «нет», и вот почему. Во-первых, как я уже говорил ранее, это часть более масштабной темы, о которой мы писали в сообщениях. Чаще всего, когда мы занимаемся снайпингом, наша цель — предотвратить выход на рынок других снайперов. Поэтому в целом я не практикую снайпинг, это не мой профиль. Если бы посадили меня за компьютер заниматься этим, я бы даже не понял, с чего начать. Я никогда не писал ботов, совершенно не разбираюсь в подобных технологиях.

Coffeezilla: Но вы отрицаете участие в снайпинге LIBRA кошелька, привязанного к вам.

Hayden Davis: Я бы не стал говорить, что он привязан ко мне. Я скажу, что он связан с…

Coffeezilla: Нет, я имею в виду связь с тем кошельком, через который возвращали средства Дэйву, а сам Дэйв сказал, что это ваши личные средства.

Hayden Davis: Это случайное совпадение, произошедшее в момент перевода средств под давлением обстоятельств. Это просто ошибка. Более того, если говорить о технической стороне, при обратной инъекции денег на рынок они проходят через другой кошелек, подобно тому, о котором мы вели речь.

Hayden Davis: То, что называют «снайпингом», по факту является движением проектных средств. Именно так мы это делаем, и всегда делали так. Главная цель подобных действий — блокировка работы конкурирующих снайперов. Если объемы торгов достаточны, мы используем эти резервы, обеспечивая стабильную работу рынка. Думаю, многим сложно понять этот механизм.

Coffeezilla: Согласен, действительно сложно понять.

Hayden Davis: Приведу отличный пример. Посмотрите на TRUMP. Объемы торгов там колоссальные, действия снайперов просто не оказывают значимого влияния.

Coffeezilla: Постойте, это неверно. Один участник рано осуществил снайпинг на миллион долларов, что спровоцировало крах MELANIA. Все винили команду MELANIA, однако фактически именно этот снайпер распродал активов на десятки миллионов.

Hayden Davis: Конечно, существует позиция на 84 миллиона. Мы можем спорить об этом до бесконечности. Мой тезис таков: если ты часть команды, снайпинг не означает, что это должно происходить постоянно. Однако во многих случаях это служит защитным механизмом. Если объемы торгов велики, можно изъять часть ликвидности, чтобы создать возможность для движения цены вверх. Мем-коины колеблются слишком быстро, проекты могут погибнуть за два дня. Единственный шанс противостоять снайперам — наличие достаточного капитала. Эту проблему активно обсуждают на Solana среди участников, понимающих механику запусков.

Coffeezilla: Вы считаете, что широкая аудитория осознает: при запуске проектов команды часто используют снайпинг? Я стараюсь смотреть максимально лояльно, предполагая, что средства направляются не на извлечение прибыли, а на благо проекта. Но общество не подозревает о тайных операциях через «боковые кошельки», что само по себе проблематично. Команда контролирует цену, что выглядит как манипуляция. «Мы отсекли часть графика, когда цена стала слишком высокой». При этом концепция «финансового кошелька» теряет смысл, ведь снайперский кошелек функционирует как казна. Полной прозрачности нет. Думаете, такое встречается часто?

Hayden Davis: Считаю, это стандартная практика для всех мем-проектов, если только они не обваливаются полностью и не отменяются в результате сбоев. Надеюсь, подобного не случится. Должен сказать, придерживаюсь принципа максимальной открытости, возможно, излишне подробно делюсь деталями, но мне плевать. Все эти процессы происходят потому, что определенная группа участников уже разобралась в системных особенностях блокчейна.

Hayden Davis: Когда отвечающее лицо пытается обеспечить долгосрочное существование проекта, практически любой инициатор запусков стремится к устойчивости, если только у него нет злонамеренных целей.

Hayden Davis: Моя главная цель при входе в эту индустрию заключается в следующем: упомяну кратко историю Дэйва. Команда Миэле хотела привлечь Дэйва для кроссплатформенного продвижения, возможно, проведения совместного интервью в стиле проекта с Трампом, а также создания возможностей для держателей, если у Дэйва появится собственный проект. Речь о разработке нового социального финансового продукта.

Hayden Davis: Мы постоянно пытались продумать эту схему. Главным фактором, разрушающим всё, неизменно становится массовый снайпинг. Нет способа это остановить, снайперы просто забирают 80, 100 или даже 200 миллионов и спокойно уходят, в то время как остальные остаются с убытками, а проекты подвергаются критике.

Hayden Davis: Да, снайпинг трудно назвать самым моральным действием. Но проблема в том, что никто до сих пор не придумал эффективный способ его сдерживания, особенно учитывая, что на ранних стадиях запуска контракт видят только снайперы. Они манипулируют рынком в системах Radium и Meteora, уверены в аналогичных схемах работы с Orca.

Coffeezilla: Самостоятельный снайпинг собственных проектов кажется безумием. Но я согласен, что снайпинг — огромная проблема мем-коинов. Также признаю важность инсайдерских утечек. Оба факта могут сосуществовать. Часть снайпинга как раз обусловлена утечками инсайдерской информации...

Hayden Davis: Не согласен.

Coffeezilla: Можете не соглашаться, но существуют альфа-группы, которые анализируют ончейн-данные, отслеживают ранние утечки адресов контрактов и покупают их у разработчиков для последующего снайпинга.

Hayden Davis: И что с того? В чем решение? Прекратить запуски? Или пытаться защитить проект? Подскажите, как бы вы поступили?

Coffeezilla: С философской точки зрения, мем-коины представляют собой игру с нулевой суммой, где стоимость изымается у большинства участников, а встроенные механизмы обмена создают изначально несправедливые условия. Поэтому направление развития всей индустрии с самого первого дня было ошибочным. Тем не менее, я сосредоточусь на явных несправедливых элементах: мошенничестве, инсайдерской торговле или иных действиях, которые общество однозначно осуждает. Если люди хотят участвовать в мем-коинах, ок. Но участие должно сопровождаться честными условиями. Считая мем-коины глупостью, я все равно настаиваю на их справедливости. Это напоминает казино: помимо необъективной ставки, там процветает обман, что привело к строгому регулированию. Казино контролируют, потому что людей обманывали. Думаю, нечто подобное должно произойти и здесь, несмотря на мощное лобби децентрализации и снятия ограничений.

Признание участия в снайпинге токена MELANIA

Coffeezilla: Знали, тема чувствительная, но обязан спросить, так как это часть моего расследования. Многих связывает вашу деятельность с запуском MELANIA, это огромный вопрос в глазах публики, включая меня. Вопрос прямой: участвовали ли вы в запуске MELANIA? Сталкивалась ли та же история со снайпингом?

Hayden Davis: Я уже сообщал об этом ранее, но повторю. Хотя ответ на этот фактический вопрос может поставить меня в опасное положение, отвечу прямо: участие было. Полагаю, команда действительно намеревалась провести снайпинг из-за огромных объемов торговли на TRUMP. Но мы не относились к числу крупных снайперов, напротив, старались избегать подобных схем. Мы не заработали ни цента со стороны команды MELANIA, не выводили ликвидность.

Coffeezilla: Это шокирующая информация. Позвольте детально разобрать этот момент. Вы утверждали, что не обменивали и не продавали ликвидность, однако наши отслеживания показали, что один из кошельков получил 1,5 миллиона MELANIA от неизвестного адреса. После этого кошелек распродал токены. Вы говорите, что не продавали ликвидность, но…

Hayden Davis: Я не совершал обмен ликвидности и не конвертировал её в один актив. Я не говорил, что деньги не реализовывались. Обмен ликвидности и продажа токенов — разные вещи.

Coffeezilla: То есть вы осуществляли обмены, но не продажи, или наоборот?

Hayden Davis: Нет, наоборот.

Coffeezilla: Наоборот? Продажи были, а обменов нет? Интригует. Хорошо. Это были ваши два главных запуска? Также слышал о запуске Hood, это ваш проект? Знаю, ситуация запутанная, но ценю вашу прозрачность и откровенность. Вы выглядите убедительно.

Hayden Davis: На самом деле…

Coffeezilla: Вы управляете капиталом в 100 миллионов?

Hayden Davis: Касательно сотни миллионов, начну с главного. В подобных делах нет ничего сверхъестественного. Некоторые задаются вопросом: «Как он оказался связан с Дэйвом и Миэле?» Я не какой-то выдающийся деятель. Я исследую эту тему, потому что ищу два решения. Во-первых, я считал мем-коины шагом к социальной финансовой системе. Теперь понимаю, что заблуждался, многие желают мне лишь вреда за подобные слова. Во-вторых, я думаю, что вы и другие участники должны задуматься: какие справедливые способы заработка существуют в этой сфере? Реально есть лишь один путь через комиссии, но на крупных запусках они ничтожны. При этом биржевые платформы зарабатывают баснословные суммы независимо от успеха или «вывода ликвидности». С этим категорически несогласен. Такие платформы как Meteora, Jupiter, Bullex и Photon генерируют доход на комиссиях даже при убытках пользователей, что считаю глубоко неверным. Я неоднократно указывал владельцам платформ на необходимость внедрения политик возврата средств. В любом случае, проблема в сломанной системе. Попытки её реформировать требуют анализа различных моделей запуска, выбора участников, сохранения контрактов, ведения скрытого маркетинга. Если этот диалог станет публичным, надеюсь, спровоцирует мысль. Даже лучшие умы крипты не нашли ответов. Я непрерывно размышляю: как извлекать прибыль чисто? Возможно ли это?

Coffeezilla: Корень проблемы в том, что люди в крипте избегают простого ответа, потому что он неприятен: аналогия с тюльпановым бумом. Можно выстраивать модели по-разному, но любой механизм, изымающий ценность у большинства, по определению вреден. Думаю…

Hayden Davis: Перестаньте использовать термин «экстракция в криптовалютах». Любой проект, будь то венчурная разработка или мем-коин, изымает ценность.

Coffeezilla: Нет? Разница очевидна. Некоторые инструменты несут практическую ценность, обеспечивают услуги и лишь потом формируют стоимость. Другие же изначально лишены всякого базиса. Однако…

Hayden Davis: По сути это та же экстракция. Наличие полезности тут не меняет сути.

Coffeezilla:未必. Возьмем Coca-Cola. Компания обогащает акционеров, предоставляя товары, за которые люди платят, и выплачивая дивиденды. Акционеры могут выйти в ноль на покупке/продаже актива, но прибыль получают от дивидендов. Это не игра с нулевой суммой. Такие корпорации и капитальные рынки в целом не строятся на принципе нулевой суммы. Они материально создают ценность. Изначальная идея крипто-рынка подразумевала虽有 спекулятивный оттенок, но фундаментальной опорой должна стать финансовая инфраструктура. Это главное преимущество.

Hayden Davis: Взгляните на любой крипто-актив, например Биткоин. Его ценность базируется на массовом убеждении и тезисе о независимости от контроля. В итоге本质上 остается механизмом изъятия ценностей. Любая криптовалюта, будь то мем-токен или инструмент, несет эту функцию. Все прилагаемые усилия направлены на минимизацию изъятия, но для этого требуется колоссальный прогресс отрасли.

Coffeezilla: Такой прорыв невозможен на уровне мем-коинов?

Hayden Davis: Напоследок отмечу: я не претендую на абсолютную истину, это мои собственные размышления. Считаю, что мем-коины при синергии коллабораций, сквозного маркетинга, сжигании активов и добавлении утилити способны сформировать потенциал социальных финансовых сетей. Но достижение этой цели потребует преодоления множества абсурдных процессов на пути.

Coffeezilla: Готов продолжить дискуссию. В вашем распоряжении сто миллионов, вы ищете выход. В личных сообщениях я оставлял рекомендацию. Она далека от идеала, но предлагает следующее: сделать снимок позиций, подсчитать прибыльные и убыточные счета, выявить пострадавших и пропорционально распределить возмещение. Рекомендуется приоритизировать мелкие потери, установив потолок компенсации в 50 тысяч долларов на человека, предполагая, что крупные инвестиции совершали опытные трейдеры. Особое внимание следует уделить новичкам: например, пользователям из Аргентины, слепо скопировавшим действия после твита Миэле, или американцам, вложившим порядка тысячи долларов. Данный подход позволит частично покрыть убытки. Минусы: требуются колоссальные трудозатраты и аналитика. Несмотря на сложность, при текущем хаосе это оптимальный вариант.

Hayden Davis: Да, мне уже озвучили четыре варианта действий. Рад любой помощи. Наши переписки вовсе не призваны вызвать жалость, мне объективно нужен надежный советник, так как я впал в ступор. Не хочу брать на себя вину за ситуацию, которую сам инициировать не стремился.

Hayden Davis: Запомните: проект принадлежит правительству Миэле, моему составу это не принадлежит, повторяю сотню раз. Я сам не искал этой роли. Варианты такие: Первый — полная компенсация, перевод всех средств в аргентинские НКО и информирование публики о благополучии. Считал бы эту идею ужасной. Второй — возврат средств. Но возврат должен опираться на комплекс метрик, толпа все равно будет зла и давить на меня. Мне неоднократно советовали отказаться от этого. Хотя я искренне считаю, что возмещать ущерб стоит даже в высокорисковых спекуляциях, где люди вкладывают последние сбережения. По моим расчетам возврат возможен в рамках определенных параметров. Третий вариант — полное реинвестирование на рынок. Я просчитал потенциал подъема даже под массивным давлением продаж.

Coffeezilla: Насколько массивным будет давление продавцов?

Hayden Davis: Какая максимальная высота возможна?

Coffeezilla: Нет, сколько конкретно свободных денег сейчас на счетах?

Hayden Davis: Около 100 миллионов. Сюда плюс комиссии выйдет примерно 110 миллионов свободной наличности.

Hayden Davis: Токены поддаются реинвестированию. Согласно модели, размещение всех сумм вытянет капитализацию на уровень 2,5–3 миллиарда долларов, что приблизится к историческому максимуму. Это даст проекту шанс. В любом случае это не ложится на мои персональные обязательства. Публика скажет: «Деньги возвращены». Кто-то вспомнит прошлые закупки. Вне зависимости от ситуации, я сам повторно не покупаю актив. Хотелось бы от него избавиться, это настоящий кошмар.

Coffeezilla: Предоставлю точку зрения: это ошибка. Подобные действия неизбежно спровоцируют новый хаос. Прежде всего, предложенный способ несправедлив. Пропорциональный возврат выглядел бы объективнее. Ваш же метод превращает процесс в легальное фронраннерство: роботы и быстрые трейдеры будут эксплуатировать предстоящую инъекцию средств. Сама публичность плана открывает возможности для инсайдерских сделок. Проницательный спекулянт заранее купит LIBRA по низкой цене, ожидая разгона. Уже обсуждение идеи со мной создает риск фронтраннинга. Я смогу мобилизовать капитал, зайти в позицию и ждать注入. Если вы введете 2 миллиарда, я получу кратный рост. В итоге неизбежно возникнут скандалы по поводу инсайдерской торговли.

Hayden Davis: Почему катастрофа? Если я официально озвучу намерение, я предоставлю равные шансы всем участникам войти в позицию. Это уже не инсайдерская сделка, а открытый свободный рынок, обладающий стопроцентной прозрачностью.

Coffeezilla: Но все равно более умные трейдеры получат больше прибыли. В таком случае…

Hayden Davis: Согласен. Результат одинаков, будь то начальный запуск или обратная инъекция. При возврате средств толпа все равно придет за нами. При реинвестировании злость сохраняется. Зачем тогда…

Coffeezilla: Если честно заявить: «Люди, полную сумму вы не получите», почему тогда начинается бурная реакция?

Hayden Davis: Потому что находятся субъекты, угрожающие убить семью, если не выплатят конкретную сумму в 1,5 миллиона. Будет ли возврат или реинвестирование, давление останется прежним.

Coffeezilla: Вы всерьез планируете…

Hayden Davis: Разумеется, нет! Сейчас главная задача — обезопасить свою семью.

Coffeezilla: Первое действие должно заключаться в изъятии средств из вашего личного контроля. Найдите надежную компанию, оформите юридическую структуру, передайте полномочия третьим лицам. Тогда Хейден утратит влияние на капитал. Именно ваша персональная власть над сотней миллионов порождает страх. Но…

Hayden Davis: Именно так. Будучи предельно честным, отмечу: контроль обеспечивает мне определенный рычаг давления на различные группы. Именно эта власть делает мишенью, но одновременно и защитой, поскольку конфликт носит международный масштаб, это не локальная афера. Стратегический провал уровня президента государства.

Coffeezilla: Согласен, это выстроенная схема. Если бы…

Hayden Davis: Передача управления третьей стороне означает потерю рычагов влияния. До тех пор, пока не получу четкий алгоритм действий от Миэле и его команды, никаких шагов. Я установил срок 48 часов. Если будет предложена реальная стратегия, отличная от банального «нужно полгода ожидания», я согласен. Я полностью готов сдать полномочия, больше не хочу иметь отношения к проблеме. Текущая ситуация такова: репутация уничтожена, я в фокусе внимания правоохранительных органов, единственный оставшийся рычаг — управление деньгами. Нельзя просто взять и отдать ресурсы. Это не сказка.

Хейден Дэвис: Уверен в добросовестности Миэле

Coffeezilla: Понимаю, история неоднозначная. Советую действовать медленно, взвешенно. Прямая инъекция средств не решает корневых проблем, равносильна передаче денег прочь. Необходимо осторожное управление. Если возврат вызовет охоту за вами, привлечение доверенного оператора снизит риски шантажа и похищения, так как физический доступ будет закрыт. Есть нюансы. Принимаю ваше объяснение: сто миллионов — способ самостоятельного выхода из тупика, так как Миэле дистанцировался. Сначала он позиционировался как участник, позже отошел. Возражений нет. Не стану утверждать, что Миэле глубоко знал проект или полностью одобрял его. Видимо, жалеет о поддержке, но факт одобрения остался.

Главный вопрос: как распорядиться средствами? Предлагаю учесть фактор несправедливости: факты ущерба неоспоримы. При наведении порядка искушение выбрать легкий путь — вернуться на рынок с формулировкой «это не моя вина, торгуйте сами» — велико. Более справедливым и ответственным шагом выглядит распределение потерь и поэтапный возврат средств. Масштабы ситуации обязывают к этому. Стою я не на вашей позиции, не желаю унаследовать проблемы со сто миллионов. Желание помочь вернуть деньги реально. Предпочту предложить максимально честный вариант, конечное решение и последствия лежат на вас. Это ваш груз.

Важно прояснить: тяжесть бремени ощущается именно из-за отсутствия инструкций. Я попал в экстремальные условия, которые людям сложно осознать. Все принимаемые решения отражают линию правительства Аргентины, которое сейчас отказывается от связей с проектом. Никакой официальной нагрузки на меня нет. Если руководство захочет возмещения, сделаю. Понимаете, ситуация безальтернативная.

Ни единых директив? Совсем никаких?

Никто не подсказывает порядок действий. Полный вакуум.

Похоже, Миэле растерялся из-за собственных политических проблем.

Да, несомненно…

Готовится impeachment? Не уверен, но судебные и парламентские процедуры неизбежны.

Итог формального отстранения может не наступить, но границы риска предельно близки.

Удар безусловно нанесен.

Существенный удар. Я убежденный сторонник, абсолютно честен и неподкупен. В стране много сил, желающих его свергнуть ради возврата к коррупционным схемам прошлого.

Текущий сценарий невыносим. Я в положении жертвы. Выгоды нет, репутация разрушена, полная кибер-атака, полная неопределенность. Лишь катализатор процесса. Безумие в том, что я ни автор токена, ни полноценный член команды.

Кого вы относите к команде?

Участники сети Kip. Они обязаны курировать развитие проекта.

Понятно. Запуск токенов вел вы, а контроль средств должен осуществлять…

В моих функциях стратегов запуска, исполнение решений управленцев. Принятие ходов согласно их задачам.

Не действующий в тени оператор, стремящийся к обогащению. Моя задача объединять проекты, стимулировать взаимное продвижение, наращивать масштабы и добавлять функциональную ценность. Изначальный вектор таков. Застрял в центре событий, редко решаю самостоятельно, выступаю преимущественно исполнителем.

Следует признать, вы обычно извлекали миллионы из запусков. Это бесспорно.

Работа не бесплатна, заявлять о безвозмездности было бы абсурдом.

Просто проверяю отсутствие роли жертвы. Финансово и эмоционально ситуация тяжела…

В данной конкретной ситуации я объективно потерпевшая сторона. Не собираюсь извлекать выгоду из данного инцидента. Но и отрицать доходы буду глупо.

Как доказать скептикам? Транзакции прослеживаются, анализ сложных паттернов доступен лишь единицам, проверка займет месяцы. Как доказать, что вы не присваиваете миллионы тайно? Деньги циркулируют быстро, доступ к большим суммам открыт, боковые кошельки участвуют в обороте, защищая проект. Как гарантировать утечку средств в личный карман?

Сравните с другими кейсами. Данный инцидент уникален угрозой семье и участием главы государства. Иная динамика, отсутствует желание извлекать выгоду, риски жизни реальны. Это не угрозы мафии, не интерес к проекту и деньгам. Воспринимайте как хотите, но контекст фундаментально иной.

Интересно. Вы любопытный участник. Зная мою позицию по мем-коинам, не буду чрезмерно осуждать, хотя мнения расходятся по снайпингу и множеству аспектов. Вас интересует, так как вы представляете скрытое измерение индустрии. Вам доступно закулисье крупнейших рынков.

Касательно MELANIA. Что должен знать рядовой пользователь? Как устроена кухня? Сколько зарабатывают команды? Какие настоящие секреты? Если полагаете, что люди заслуживают откровенности — откройтесь. Каково ваше видение закулисья?

Крупные проекты — игры для избранных

Лучший ориентир — проект TRUMP. Там собралось наибольшее количество средств, зафиксированы максимальные доходы. Иллюстрация проста: участники смогли войти на отметке капитализации в полмиллиарда долларов.

Значит,对该 монету тоже применялся снайпинг?

Речь не о снайпинге. Имелось в виду, до официального релиза на закрытом мероприятии в Вашингтоне обеспечили особые условия закупки.

Кто именно предлагал такую возможность?

Организаторами выступили участники крипто-конференции в столице.

Информация подтверждена не полностью, но если это факт…

Крупные проекты вроде TRUMP, MELANIA и LIBRA — это игры инсайдеров. Рынок действует как казино без надзора. Розничным трейдерам, мечтающим о легких прибылях, стоит подготовиться. Механика pump-fund проста: первыми заходят организаторы, котировки подскакивают, убыточными остаются новички. Правила игры одинаковы везде. Исключение составляют умершие проекты, которыми пытаются управлять маргинальные группы. Поведение зеркалит азартные залы. Ожидал появления рабочих инструментов кросс-промо, партнерств, финансовых общественных связей. Реальность другая. Больше не хочу участвовать, не вижу траектории. Стратегии отработаны. Несмотря на хейт, двадцать запросов на график. Безумие, но правила неизменны. Игра без регулятора.

Вы считаете, что открытие шлюзов стало роковой ошибкой? Не стоит ли было тормозить процесс?

Абсолютно. Раньше мыслил иначе, но сейчас пришел к выводу: изъятие рынков из-под госконтроля трансформирует их в другую форму инсайдерской игры. Политические фигуры вроде Пелоси, лидеры фондового рынка участвуют в аналогичных схемах. Капитальные рынки исторически управляются инсайдерами. Их беспрецедентно манипулируют. Банки ежегодно тратят сотни миллионов долларов на нарушение законов ради прибыли. Цитаты бесконечны.

Логично: если рынки подвержены манипуляциям, это обосновывает усиление, а не ослабление регулирования. Нельзя констатировать наличие игр и предлагать отменить правила защиты.

Требуется вера в регуляторов, но доказано их компрометация. Поскольку…

Осознание системных сбоев не должно приводить к радикальному демонтажу механизмов контроля. Решение лежит в плоскости усовершенствования контроля. Утверждение «все сфабриковано» не служит оправданием.

Для меня эти дебаты второстепенны. По факту носители капитала и ресурсов неизменно побеждают. Это универсальный закон рынка.

Против этого не поспоришь.

Я повторяю: мем-коины нерегулируемы, амплитуда волатильности зашкаливает, инсайдеры и снайперы доминируют. Парадоксально, но именно топ-менеджмент проявляет наибольший интерес. Общался с участниками, не являющимися злоумышленниками, пытался найти путь к устойчивости. Большинство старается сохранить жизнеспособность. Идеальных сценариев не нашел. Проекты формата LIBRA способны сформировать архитектуру. Но на практике телефоны не берут, когда возникают сложности, участники исчезают. Эксперимент завершен.

Потери колоссальны. Семья, имя. Пришлось выбирать между конфронтацией с последствиями и навечным ярлыком мошенника. Позиция невиновности очевидна.

Совершенно верно: фиксация собственной позиции предпочтительнее домыслов. Не собираюсь имиджмейкерствовать, лишь озвучу факты. Опубликую запись целиком за исключением оговоренных зон. Без монтажа, с полным раскрытием картины.

Ваша степень открытости превосходит поведение пуганных коллег. Исчезновение участников продиктовано страхом. Миэле оберегает репутацию, руководители Kip также остерегаются клеветнических атак. Испуг повсюду. Мужество ответить вызывает уважение. Мероприятия не обошлись без нарушений, но прямота помогает. Благодарю за откровенность.

Требуются резюме. Важные уточнения: Хавьер некомпетентен в технических деталях крипто-рынка. Обладает здравым смыслом, ориентируется в блокчейне, но недооценил масштаб последствий своих шагов. Выражаю непоколебимую поддержку личности Миэле, видя в нем спасителя одной из самых коррупционных стран региона, способного очистить систему. Обязан озвучить данную позицию публично.

Вторая причина публикации — надежда пробить информационный шум. Не ожидала такого резонанса, но необходимо подчеркнуть: нарративы об инфлюенсерах наносят ущерб семьям и безопасности авторов. Контент-мейкеры монетизируют распространение материалов напрямую или косвенно. Ваши трансляции стали причиной реальной опасности для близких.

Я не главный герой, выполняю роль катализатора. Прошу понимания: в ближайшем будущем потребуется охрана,面臨 тяжелых испытаний, к которым не готовился. Действия инициированы на 100%, коммерческая выгода исключена. Сотрудничество осуществляется в формате консультанта Миэле, направленного на развитие технологических дискуссий и новых инфраструктурных проектов.

Вопросы рентабельности сделок второстепенны. Негативировать прошлый доход абсурдно. Порядок публикации непринципиален. Надеюсь, объективность восстановит справедливость: я не мошенник, статус LIBRA не прекращен. Убежден в дальнейшем участии Миэле. Решение прояснится в ближайшие дни. В текущей политической изоляции поддержка проекта пойдет главе государства на пользу.

Возвращаясь к исходному вопросу: при условии нахождения квалифицированного куратора средств, центральная проблема — скрытый снайпинг. Вы фактически признали, что действовали по чьему-то указанию, верно?

Да, механизм сложный, развернутый нарратив выходит за рамки текущего интервью.

Приносили ли вы непосредственную финансовую выгоду от данных операций? Основной запрос аудитории: не использовали ли вы преимущества предрелизной стадии для обогащения?

Окончательный ответ — текущая прибыль нулевая, честно не прогнозировал. Средства классифицируются как казначейские резервы. Повторю акцент:复杂性 запусков связана с борьбой против лучших снайперов мира, забирающих десятки миллионов мгновенно без оглядки на алгоритмы динамического маркетмейкинга (DLMM и CLMM). Практика подавления атаки предполагает формирование более крупной капитализации на старте, закрывая лазейки для розничных участников. retail задерживаются на 10 минут при скачках цены. Комплексный подход направлен на защиту обычных инвесторов, однако публичный фокус сводится к заявлениям об инсайдерстве. Целевая перспектива проектов рассчитана на год-два, отсутствуй мотивация быстрого обогащения. Официально подтверждаю достоверность данных параметров.

Если ставить целью повышение капитализации, существует архитектурная оптимизация пулов ликвидности и многосторонние механизмы ценообразования, исключающие прямые атаки.

Архитектура предусматривает симметричные параметры.

Грамотная структура позволяет реализовать стратегию без применения агрессивного снайпинга.

Стратегическая цель включала данные настройки. Увы, атакуют любую модель: запускай при 100 миллионах или 500 миллионах, удар неизбежен.

Сравнение: банк декларирует доступность депозитов для инвестиций, но владелец сначала тайно изымает часть резервов, обещая возврат, глядя как участники сомневаются. Система превращается в игру на доверии.

Метафора отражает специфику индустрии. Процесс унифицирован. Дискуссия строится вокруг вопроса объективности и защиты от внешних игроков. Массовый ажиотаж выдает маршруты, скрытые запуски вскрываются алгоритмами. Механизм цикличен. Отсутствуют проверенные стратегии противодействия, ведущие к коллективной вине инициаторов. Общедоступность блокчейна ограничивает манипуляции. Требуются прозрачные регламенты.

Технические данные подтверждаются, как и ранее обозначенные тезисы о рисках. Обзор затронул существенные пласты, не освещавшиеся ранее. Диалог стал важным исследованием. Благодарю за участие.

Всего доброго, до связи.