Variant: Путь к балансу между правовыми рисками и коммерческой ценностью в криптоиндустрии

Автор: Дэниел Барабандер, заместитель главного юрисконсульта Variant Fund

Перевод: Сауэрси, Foresight News

Основатели в криптоиндустрии знают, что с юридической точки зрения понятие «контроль» таит в себе немалые риски. Хотя я рад тому, что рынок наконец-то обратил пристальное внимание на важность «контроля» (за последние годы прогресс действительно очевиден), я также отмечаю определенные затруднения у участников в вопросе того, как правильно воспринимать этот параметр. Кажется, основатели зачастую склонны рассматривать «контроль» как «минное поле», однако конкретные принципы его детального анализа остаются для них не до конца ясными.

Я полагаю, более корректным является понимание контроля как спектральной концепции (spectrum, под чем в данной статье подразумевается непрерывный градиентный интервал от одного полюса — сильного контроля — до другого — слабого контроля). Чтобы четко определить свою позицию в рамках этого спектра, необходимо задать себе два фундаментальных вопроса:

• Кто осуществляет контроль?

• Каковы границы (сфера) действия контроля?

Вопрос о том, кто осуществляет контроль

Его ключевой переменной выступает степень децентрализации. Визуально спектр выглядит следующим образом (от сильной к слабой форме контроля):

• Контрол одной стороной → Внутренний мультисигнатурный контроль → Независимый многосторонний мультисигнатурный контроль → Управление через децентрализованную автономную организацию (DAO) → Полная неизменяемость (иммутабельность)

Вопрос о сфере действия контроля

Его ключевой переменной являются границы полномочий. Визуально спектр выглядит следующим образом (от сильной к слабой форме контроля):

• Право полной модернизации (upgrade) → Право полной модернизации с таймлоком → Право обновления специфических внешних зависимостей (например, замена оракула) → Право приостановки функционирования → Полная неизменяемость

После четкого определения позиции на осях данного двухмерного спектра, ее можно напрямую применять к целевой правовой системе. Я убежден, что анализ контроля применим практически ко всем правовым отраслям. Центральная логика привлечения к юридической ответственности, как правило, всегда строится вокруг вопроса «кто каким контролем обладает».

Возьмем для примера правовую квалификацию операций по передаче денежных средств: я выдвигал тезис о том, что односторонний контроль над средствами пользователей является обязательным условием для признания субъекта денежным перевозчиком (money transmitter) (несмотря на иное решение суда по делу Tornado Cash, я уже подробно изложил свои аргументы против подобного толкования закона в соответствующих профессиональных публикациях). При определении понятия «односторонний контроль» необходимо одновременно учитывать: (1) степень децентрализации; (2) границы полномочий.

• Сценарий А: Один администратор владеет ключами, но имеет возможность приостанавливать работу протокола исключительно в экстренных случаях;

• Сценарий Б: Истинно децентрализованная DAO обладает правом полной модернизации.

Ни одна из этих ситуаций не образует признака одностороннего контроля со стороны инсайдеров, поэтому с юридической точки зрения можно обоснованно утверждать, что соответствующие проекты не подпадают под категорию денежных перевозчиков.

Данный подход к анализу контроля также легко экстраполируется на иные правовые области. В качестве примера можно привести тест Хауи (Howey test) в ценном законодательстве, где суть элемента «усилий других лиц» по своей природе сводится к оценке наличия управляющего субъекта, наделенного контролем, а техническая иерархия контроля протокола выступает именно тем объективным критерием, на который опираются при формировании такого вывода.

Что же касается конкретного позиционирования в спектре контроля, то этот вопрос требует тщательного взвешивания совместно с профильными юристами с учетом нюансов действующей правовой системы. Однако в макроперспективе следует исходить из следующего: контроль обеспечивает коммерческие удобства, но одновременно порождает юридические издержки и риски. Ключевым моментом является обеспечение баланса в анализе затрат и выгод, а также четкое определение стратегической цели сохранения контроля. Например, если основная задача сохранения контроля заключается в обеспечении реакции на нештатные ситуации, то «стоимость контроля» за счет сохранения лишь функции паузы (на уровне юридической ответственности) окажется существенно ниже, чем при сохранении права полной модернизации. Необходимо точно выявлять те совершенно необходимые требования к контролю, которые диктуются бизнес-процессами, а затем точно подбирать соответствующий уровень контроля.