Бывший партнер Hack VC публично обвинил компанию в принуждении к работе болеющими сотрудниками и мести бывшим работникам.

Автор: Сяо Бин

24 августа бывшая партнерша Hack VC и руководитель платформы Hsin-Ju Chuang опубликовала в X развернутый пост, в котором обвинила компанию в том, что ее требовали работать с интенсивностью 13–14 часов в день, 6 дней в неделю, несмотря на тяжелую болезнь и хроническую бессонницу. Когда она предложила уйти, руководство компании, по ее словам, пригрозило ей «отраслевой блокадой» и потребовало провести ряд мероприятий в рамках крупной конференции и блокчейн-недели в Южной Корее.

По приведенным ею расчетам, это составляет от 78 до 84 рабочих часов в неделю.

Она также объявила об увольнении своего адвоката-представителя, отказалась от любого варианта урегулирования спора с условием сохранения конфиденциальности и предупредила о публикации всех доказательств 26 августа.

От раннего сотрудника Solana до партнера Hack VC

Hsin-Ju не является обычным новичком, только что вошедшим в криптоиндустрию.

Ранее она отвечала за рост в проекте Stellar, а в 2018 году присоединилась к еще небольшой команде Solana на позицию Head of Growth. Должность Hsin-Ju была указана в опубликованном тогда же представлении команды Solana, что подтверждает статус одной из самых ранних участниц проекта.

Позже она основала Dystopia Labs, долгое время организовывала мероприятия для разработчиков Ethereum и курировала направления роста в Fhenix. Начиная с 2021 года она сотрудничала с Hack VC на проектной основе, а в 2025 году стала полноправным партнером и руководителем платформы.

В длинном посте от 24 августа она отметила, что работала в Hack VC на фултайме всего семь месяцев, хотя ранее несколько лет сотрудничала на условиях part-time. Перед уходом ее годовая зарплата была повышена со 250 тысяч до 300 тысяч долларов США, она получила бонус в размере 30 тысяч долларов, дополнительное обещание carry и возможность войти в состав GP-сущности.

Она добровольно раскрыла информацию о своем компенсационном пакете, видимо, чтобы ответить на неизбежные вопросы: имеет ли право партнёр с зарплатой в 300 тысяч долларов и долей в фонде жаловаться на интенсивность работы?

Её ответ заключается в том, что это не «борьба за невыплаченную зарплату», вызванная неудовлетворённостью условиями труда, а открытое заявление с жалобами после того, как были грубо нарушены её здоровье и личные границы.

Какие именно обвинения выдвинула Hsin-Ju?

На данный момент её показания можно свести к пяти пунктам.

1. Требование работать в интенсивном режиме на фоне тяжелой болезни

Hsin-Ju утверждает, что на тот момент ей уже поставили диагноз болезни Грейвса и гипертиреоза, сопровождавшиеся тяжелой бессонницей. Она работала по 13–14 часов в день, 6 дней в неделю, спать удавалось всего 0–4 часа в сутки.

Под её руководством проходили Hack Summit и ряд мероприятий в период блокчейн-недели в Южной Корее. По её словам, она неоднократно просила освободить её от этих проектов или разрешить уволиться, но ей отказывали.

2. Угрозы «отраслевой блокады» в случае попытки увольнения

Она прямо указала на сооснователя Hack VC Алекса Пака (Alex Pack) и партнера Даниэля Булаевского (Daniel Bulaevsky), утверждая, что они оказывали на неё давление, используя свои отраслевые связи.

Hsin-Ju рассказывает, что Алекс Пак говорил ей, будто знаком почти со всеми управляющими партнерами VC-фондов и располагает отношениями в отрасли сроком около десяти лет, что позволит заблокировать для нее доступ к работе внутри индустрии.

И индустрия венчурного капитала, и криптобизнес в значительной степени полагаются на репутацию, рекомендации и нетворкинг. Огромное количество вакансий не публикуется в открытом доступе, а закрывается благодаря рекомендациям от фондов, основателей и ключевых участников сообщества. Так называемая «блокада» не обязательно требует официального списка; нескольких телефонных звонков или негативных отзывов вполне достаточно, чтобы человек лишился возможностей получить финансирование, должность или партнерство.

3. Ухудшение рабочего процесса и психического состояния, приведшее к суицидальной попытке

Hsin-Ju утверждает, что продолжительный стресс (почти месяц), угрозы и недосып привели к серьезному ухудшению её психологического состояния, что в итоге спровоцировало суицидальные действия.

Даже после этого инцидента она письменно уведомила Hack VC о том, что не собирается подавать в суд на компанию. Ее единственным условием было лишь то, чтобы компания не осуществляла против нее никаких действий в порядке возмездия и не порочила её доброе имя в отрасли.

4. Проблемы с медицинским страхованием по программе COBRA спустя месяцы после увольнения

Hsin-Ju сообщает, что через месяц после увольнения у неё начались проблемы с продлением медицинского страхования по программе COBRA. Hack VC оперативно не решила вопрос, постоянно направляя её обращаться в службу поддержки сторонней компании. Проблема тянулась почти четыре месяца, пока дело не взяла в свои руки юридическая команда Hsin-Ju.

COBRA — это американская программа продления медицинского страхования, позволяющая соответствующим критериям сотрудникам временно сохранить участие в групповой медицинской страховке бывшего работодателя после увольнения, при этом большая часть или вся стоимость полиса ложится на самого сотрудника.

Руководство для работодателей, опубликованное Министерством труда США, прямо указывает, что даже если компания привлекает третью сторону для управления групповой страховкой, работодатель, подпадающий под действие законов ERISA и COBRA, обязан соблюдать все нормативные требования. Тем не менее, будет ли применима конкретная страховая программа Hack VC и где именно кроется проблема — в самой компании или у администратора со стороны — пока предстоит выяснить по дополнительным документам.

Для человека, только что перенесшего серьезный кризис здоровья, медицинское страхование — это не просто стандартная процедура при увольнении, а жизненно важная нить, определяющая возможность дальнейшего лечения. Именно поэтому Hsin-Ju расценивает ситуацию как акт мести.

5. Отказ от выплаты компенсации в обмен на молчание

По словам Hsin-Ju, адвокаты обеих сторон общались почти год и готовились перейти к стадии закрытого медиативного урегулирования. Однако в итоге она решила уволить своего представителя и отказалась принимать компенсацию при условии соблюдения конфиденциальности.

В своем сообщении она написала, что лучше получит 0 долларов, чем продаст свое молчание соглашением о разрыве, и анонсировала публикацию доказательств по делу 26 августа.

В ответном заявлении Hack VC сообщила, что ознакомилась с этим постом и обеспокоена здоровьем Hsin-Ju, однако между сторонами существуют существенные расхождения во взглядах на произошедшее. Из соображений конфиденциальности компания на данном этапе не намерена давать подробных публичных комментариев.

В ожидании ответа

Криптоиндустрия любит рассуждать о permissionless-доступе, устойчивости к цензуре, личном суверенитете и праве на свободный выход. Но реальные крипто-VC и проект-фаундеры всё ещё опираются на крайне узкую сеть связей:

• несколько фондов контролируют привлечение финансирования;
• несколько конференций управляют медийной видимостью;
• узкий круг партнеров обеспечивает отраслевые рекомендации;
• ограниченный пул бирж и KOL владеет ликвидностью и формирует нарративы.

Для обычного специалиста цифровые активы в сети можно свободно вывести из портфеля, но выйти из профессиональных отношений далеко не так просто.

Человек может в любой момент перевести токены на другой кошелек, но вряд ли рискнет быстро уволиться из фонда, контролирующего ключевые ресурсы отрасли.

То, какое окончательное определение получит эта история, станет понятно после того, как Hsin-Ju опубликует обещанные доказательства, а Hack VC получит возможность дать полный ответ.

Однако наиболее интересно то, что после публикации этого заявления многие комментаторы первой реакцией отреагировали так:

Да ладно? В Китае даже такие цифры не считают чем-то преувеличенным.

Настолько страшно не то, что кто-то публично пожаловался на восьмидесятичасовую рабочую неделю, а то, что многие, увидев эти цифры, больше не видят в них повода для возмущения.