1 млрд долларов США в иранской криптовалюте конфискованы США — можно ли включить их в Стратегический резерв биткоинов США?

Автор: Джино Матос

Перевод: Саорс, Foresight News

Краткое содержание

• Министр финансов Скотт Бессент заявил, что США арестовали криптоактивы Ирана на сумму около 1 млрд долларов США, однако не раскрыл адреса соответствующих кошельков и состав токенов.
• Категория активов имеет принципиальное значение: биткоины, конфискованные в рамках судебного процесса, могут быть зачислены в стратегический резерв биткоинов Трампа, остальные токены будут распоряжаться отдельно.
• На текущий момент неясно, находятся ли активы в состоянии заморозки, ареста или официальной конфискации; правовой статус напрямую определяет возможность их зачисления в резерв.

На Национальном экономическом форуме Рейгана министр финансов Скотт Бессент заявил, что США арестовали криптоактивы Ирана на сумму около 1 млрд долларов США. Этот случай ареста иранских активов стал первым практическим испытанием системы стратегического резерва криптовалют, учреждённой при Трампе. Бессент добавил, что США «непосредственно взяли под контроль соответствующие кошельки». По сообщению CBS, он назвал эти активы «похищенными у иранского народа средствами». Однако Бессент не раскрыл типы активов и информацию о соответствующих кошельках — ключевые сведения, определяющие возможность зачисления средств в стратегический резерв биткоинов Трампа.

Согласно указу Трампа, изданному в 2025 году, цифровые активы, принадлежащие правительству США, делятся на два отдельных счёта: стратегический резерв биткоинов, предназначенный исключительно для хранения биткоинов, конфискованных в рамках гражданского или уголовного судебного процесса либо полученных в виде гражданских штрафов; указ прямо запрещает продажу биткоинов, зачисленных на этот счёт. Второй счёт — «Резерв цифровых активов США» — предназначен для хранения неконвертируемых цифровых активов (не биткоинов), окончательно конфискованных по решению суда. Эта классификация превращает текущий арест иранских криптоактивов в реальный тест на соответствие категории: только биткоины, прошедшие полную процедуру конфискации, могут быть зачислены в стратегический резерв биткоинов; остальные токены попадут в Резерв цифровых активов США.

Если среди арестованных иранских активов есть биткоины и они успешно проходят процедуру законной конфискации, они могут быть зачислены в резерв; если же это стейблкоины или другие токены, их, скорее всего, направят в Резерв цифровых активов США. Существует также вероятность того, что активы лишь заморожены, а не арестованы: в этом случае США ещё не приобрели юридическое право собственности на них.

Уточнение юридического значения термина «арест»

Ещё в апреле Министерство финансов США ввело санкции против нескольких кошельков, связанных с Ираном. Компания Tether подтвердила, что в сотрудничестве с регуляторами заблокировала два адреса на общую сумму 344 млн долларов США в USDT. Аналитическая компания TRM Labs установила, что данные кошельки связаны с Центральным банком Ирана, Корпусом стражей Исламской революции (КСИР) и ливанской группировкой «Хизбалла». Оставшиеся активы на сумму около 656 млн долларов США не имеют публичной детализации ни по кошелькам, ни по видам токенов.

«Фактический арест» ≠ «юридическое владение». Правила Управления по контролю за иностранными активами (OFAC) чётко определяют: заблокированные активы подлежат лишь временной заморозке счёта, и США автоматически не приобретают права собственности на них. Например, в случае стейблкоинов, таких как USDT, блокировка адреса эмитентом в рамках регуляторных требований представляет собой санкционную заморозку, а не судебную конфискацию в уголовно-правовом смысле. Арест и изъятие активов правоохранительными органами означают лишь временное управление ими со стороны государства, тогда как право собственности остаётся предметом решения суда по делу о конфискации.

Окончательная конфискация является обязательным условием для зачисления активов в резерв: после завершения процедуры конфискации из суммы вычитаются компенсации потерпевшим, расходы правоохранительных органов, средства, выделяемые местным правоохранительным структурам, а также суммы, подлежащие возврату по закону. Только остаток может быть зачислен в резерв или Резерв цифровых активов США. При этом формулировки Бессента вызывают сомнения относительно правового статуса этих активов.

При текущей цене биткоина около 73 000 долларов США 1 млрд долларов США в биткоинах составляет примерно 13 632 BTC. Согласно статистике за 2025 год, правительство США уже накопило через предыдущие судебные процессы около 200 000 биткоинов. Если весь объём биткоинов будет зачислен в резерв, его увеличение составит 6,8 % от существующего объёма резерва. На сегодняшний день достоверно известен лишь один факт: заморозка 344 млн долларов США в USDT. Остальные 656 млн долларов США не имеют публичной информации о валюте и статусе юридического подтверждения права собственности; ни один из активов пока не прошёл процедуру законной конфискации.

Обоснование объёма ареста в 1 млрд долларов США с точки зрения масштабов отрасли

С учётом масштабов криптоиндустрии Ирана, объём ареста в 1 млрд долларов США выглядит обоснованным, хотя состав активов остаётся полностью непрозрачным.

По данным Chainalysis, объём ежегодных криптопереводов в Иране в 2025 году достиг 7,78 млрд долларов США; в четвёртом квартале 2025 года потоки средств, связанные с КСИР, составили половину всех криптотранзакций страны. TRM Labs оценивает совокупный объём криптоактивности Ирана в 2025 году почти в 10 млрд долларов США. Крупнейшая иранская биржа Nobitex обслуживает 11 млн пользователей и обеспечивает 70 % внутренних криптотранзакций; согласно исследованиям, платформа на протяжении длительного времени обрабатывала переводы на сотни миллионов долларов США от санкционированных структур, включая ЦБ Ирана и КСИР.

С учётом приведённых отраслевых данных, многократные операции правоохранительных органов США в сочетании с заморозкой адресов эмитентами, приведшие к блокировке активов на сумму 1 млрд долларов США, логически обоснованы, однако конкретный состав активов проверить невозможно. Зафиксированная заморозка 344 млн долларов США в USDT составляет лишь 33 % от заявленной Бессентом суммы в 1 млрд долларов США; 65,6 % средств остаются без публичного объяснения их происхождения и назначения.

Зафиксированная заморозка 344 млн долларов США в USDT составляет лишь 33 % от заявленной Бессентом суммы в 1 млрд долларов США в отношении иранских криптоактивов; информация о назначении оставшихся 656 млн долларов США отсутствует.

Структура валютных активов и возможные сценарии их дальнейшего использования

Если в составе 1 млрд долларов США значительную долю составляют биткоины и США завершат процедуру юридической конфискации, при этом не потребуется возмещение ущерба потерпевшим и не будут выделены средства на нужды правоохранительных органов, то соответствующие биткоины будут зачислены в стратегический резерв с запретом на продажу. Таким образом, криптоактивы, изначально использовавшиеся Ираном для обхода американских финансовых санкций, трансформируются в государственные резервы США.

Единственный подтверждённый актив — 344 млн долларов США в USDT, замороженные Tether в рамках регуляторных требований. Если оставшиеся 656 млн долларов США также представлены преимущественно стейблкоинами, то вся операция станет примером реализации нормативного регулирования стейблкоинов. Замороженные USDT останутся заблокированными; неконвертируемые активы после завершения процедуры конфискации будут переведены в Резерв цифровых активов США, распоряжение которыми будет осуществляться министром финансов в соответствии с утверждённой процедурой. Полный перечень кошельков и токенов кардинально изменит интерпретацию события: либо это шаг к формированию государственного резерва биткоинов, либо просто демонстрация эффективности регуляторного надзора за стейблкоинами. На данный момент Бессент не представил никаких деталей.

Указ также предусматривает, что подтверждённые активы могут быть возвращены пострадавшим сторонам, направлены на покрытие расходов по расследованию, распределены между правоохранительными органами штатов или возвращены по закону в рамках предусмотренных исключений. Любое из этих условий препятствует зачислению активов в резерв. Эти положения представляют собой многоуровневые барьеры, которые могут быть применены до или после конфискации и определяют переход активов из статуса «арестованных» в статус «государственного резерва».

Правовая база, заложенная указом Трампа, превращает все будущие аресты криптоактивов, принадлежащих враждебным государствам, в вопросы управления государственными активами США.

Все будущие криптооперации США против санкционированных стран, таких как Иран и КНДР, будут оцениваться по трём критериям: тип токена, правовой статус и выбор целевого государственного счёта. Только при одновременном выполнении трёх условий — актив представляет собой биткоин, процедура законной конфискации завершена и отсутствуют исключения, связанные с выплатой компенсаций или другими расходами — эти активы смогут пополнить стратегический резерв США. При успешном преодолении двух барьеров — процедуры конфискации и исключений, предусмотренных законом, — криптоактивы, изначально созданные для обхода финансового контроля США, станут частью государственных активов США.