Интервью с основателем Galaxy: биткоин продолжит рост, токенизация акций привлечет внимание всего финансового сообщества

Подготовка & перевод: TechFlow

Гость: Майк Новогратиц, основатель и генеральный директор Galaxy Digital

Ведущие: Дэвид Хоффман; Райан Сиэн Адамс

Источник подкаста: Bankless

Оригинальный заголовок: Bitcoin Hits Escape Velocity! Mike Novogratz on the Bond Crisis, Genius Act & AI’s Crypto Future

Дата выпуска: 2 июня 2025 года

Ключевые тезисы

Майк Новогратиц возвращается в эфир Bankless, чтобы проанализировать новый исторический максимум биткоина и его значение в мире финансовых неопределенностей.

В этом выпуске обсуждаются последние события в кризисе рынка облигаций, то, как законопроект GENIUS открывает новую главу в развитии стейблкоинов, токенизация традиционной финансовой системы и уникальная позиция Galaxy на пересечении криптоиндустрии и искусственного интеллекта. Это глубокий разговор о макроэкономических сдвигах и роли цифровых активов в новом финансовом ландшафте.

Основные моменты

• Рост рынка биткоина вступил в необратимую фазу.

• Я не считаю, что доллар потеряет статус глобальной резервной валюты, но его привлекательность может снизиться. Другие страны могут потерять доверие к доллару и решить направить часть резервов в биткоин и золото. Стоимость биткоина и золота продолжит расти.

• Ни один президент не сможет противостоять рынку облигаций: именно он является тем самым «тираном», который держит ситуацию под полным контролем.

• Блокчейн по своей природе — это «машина доверия». Сначала мы должны научить людей доверять этой машине, иначе она будет выглядеть как мошенничество.

• Я думаю, что вероятность принятия законопроекта GENIUS составляет 99%.

• Криптовалюты пользуются популярностью у многих, и изначально они задумывались как внепартийная технология, а не политизированный инструмент. Для большинства американцев криптовалюта сейчас更像是 спекулятивное казино, и ничего более.

• Настоящее внимание всей финансовой индустрии привлечет токенизация акций. Криптоиндустрия должна выйти за рамки отдельного актива, чтобы реально повлиять на весь финансовый рынок.

• В данный момент мы сотрудничаем с SEC. Вероятно, в ближайшем будущем мы сначала токенизируем акции Galaxy. Степень взаимодействия кардинально отличается от предыдущей ситуации.

• Сейчас у нас есть достаточно быстрые блокчейн-технологии, а также либеральная и четкая регуляторная среда. Оба фактора крайне важны и дополняют друг друга.

• Нам необходимо продвигать создание децентрализованных систем и ускорять токенизацию активов. В будущем мы увидим, что банковские счета, чековые счета и даже брокерские счета будут существовать в форме криптокошельков.

Биткоин обновляет исторический максимум

Райан:

Когда мы записывали эфир, биткоин обновил исторический максимум, пробив отметку в 109 900 долларов. Майк Новогратиц, какие у вас впечатления?

Майк:

С тех пор как Ларри Финк начал инвестировать в биткоин, мы прилагаем совместные усилия для развития этого рынка. Изначально это было похоже на снежный ком, медленно скатывающийся по склону холма и постепенно увеличивающийся в размерах. Затем ком достиг вершины, некоторое время там задержался, а теперь начал стремительно набирать скорость и движется вниз, ничто не может его остановить. Этим «снежным комом» является уровень принятия биткоина — всё больше людей начинают осознавать его ценность и активно использовать. Ларри сыграл очень важную роль в этом процессе.

Но сейчас вы видите, как к ним присоединяются суверенные фонды, обычные акционерные инвесторы и множество компаний вроде MicroStrategy, выпускающих соответствующие продукты. Розничные инвесторы и институциональные участники тоже активно включаются. Эта тенденция заставляет меня чувствовать, что рост рынка биткоина вступил в необратимую фазу. Если мы сможем удержаться в диапазоне 106–107 тысяч долларов в течение 3–4 дней, это откроет дополнительное пространство для роста и выведет цену на этап нового ценообразования.

Почему так происходит? Во-первых, из-за роста уровня принятия. Во-вторых, посмотрите на финансовые показатели США: в этом году бюджетный дефицит будет выше, чем в прошлом. Многие ранее этого не ожидали. Я высоко оцениваю работу Скотта Бессента, он действительно блестящ, но он обещал нам, что бюджетный дефицит останется на уровне 3%, хотя текущая ситуация явно выходит за все рамки ожиданий.

Влияние тарифов Трампа на биткоин

Дэвид:

Не могли бы вы дать немного контекста? Обновление биткоином исторического максимума в этот раз произошло не случайно. Вы упоминали некоторые локальные факторы и недавние новости. Я заметил, что эта ключевая точка пришлась ровно на голосование в Сенате в поддержку законопроекта GENIUS, что явно не случайность. Но есть и другие контекстуальные факторы, например, примерно четыре-пять недель назад Трамп объявил о «дне тарифов» и соответствующей торговой политике. Все эти события происходят на фоне активного роста биткоина. Можете ли вы объяснить логику, стоящую за всем этим?

Майк:

Как глобальная резервная валюта, доллар испытывает колоссальное давление.Затруднительно одновременно обвинять другие страны во лжи и кражах, но при этом требовать, чтобы они продолжали поддерживать доллар, полностью зависели от него или стали американскими протекторатами. Такое противоречивое отношение подрывает международный статус доллара, будь то его репутация или экономическая функция. При ослаблении доллара естественным образом растет стоимость других активов. Следовательно, здесь часть движения отражает медвежьи настроения рынка по отношению к доллару, а часть — обеспокоенность глобальной фискальной стабильностью. Например, цены на длинные японские облигации уже значительно упали, а сегодня доходность длинных американских облигаций также опустилась ниже 5%. Когда инвесторы теряют доверие к рынку облигаций стран G10, они ищут иные активы для защиты капитала. Поэтому золото, серебро, крупные акции и сырье становятся популярными вариантами. Сегодня биткоин воспринимается как «цифровое золото» и вступает в эту же когорту.

Райан:

И как, по вашему мнению, всё это завершится? Ранее мы приглашали Артура Хейса, который сделал ряд прогнозов. Его позиция заключается в том, что администрация Трампа слишком увлеклась тарифной войной, но сейчас возможна определенная коррекция курса. Однако целью может стать целенаправленное ослабление статуса государственных облигаций как резервного актива.

Майк:

Артур действительно очень умный человек, но я работаю на рынке госдолга уже 35 лет. Я хорошо знаю Скотта Бессента. Ни одно государство не станет сознательно подрывать кредитоспособность крупнейшего в мире рынка облигаций, имея на балансе долги в размере 35 триллионов долларов. Это было бы равносильно саморазрушению.

Райан:

Но Артур считает, что если они хотят устранить торговый дисбаланс, им приходится действовать именно так, верно? Например, через контроль капитала ограничить движение денег или повысить доходность, чтобы привлечь инвестиции. А решение Бессента заключается в прямом обращении к председателю ФРС Пауэллу для запуска «количественного смягчения 2.0».

Майк:

ФРС до сих пор проявляла сдержанность в этом вопросе. Из каждой пресс-конференции Пауэлла видно, что он не стремится к прямому вмешательству в рынок. Бессент мог бы использовать свое влияние для стимулирования покупки длинных облигаций, но Пауэлл не станет анонсировать такие меры самостоятельно, поскольку это выходит за рамки его компетенции. Сложившаяся ситуация целиком и полностью вызвана политикой нынешнего правительства. Если Пауэлл решит, что стабильность рынка под угрозой либо инфляционные и целевые ориентиры по занятости находятся под ударом, он предпримет действия. Однако его мандат двусторонний: сохранять рыночную стабильность и поддерживать экономический рост. Поэтому, если на рынке облигаций действительно произойдет сильный всплеск волатильности, я уверен, что внутри правительства будут созваны экстренные совещания для поиска решений.

Исторические прецеденты показывают, что в Великобритании в аналогичной ситуации Лиз Трасс была вынуждена уйти в отставку. В Америке нет парламентской республики, так что сместить президента непросто. Однако в США существует механизм корректировки политики президента, например, изменение тарифных соглашений. За всю историю Америки ни один президент не способен противостоять рынку облигаций: именно рынок облигаций является тем самым «тираном», который держит ситуацию под полным контролем.

«Момент Лиз Трасс 2.0»?

Райан:

Думаете, нас ждет нечто подобное «моменту Лиз Трасс»? Полагаете, что рынок развернется в этом направлении?

Майк:

Сегодняшняя обстановка действительно навевает такие мысли. На рынке длинных облигаций наблюдается распродажа. Недавний аукцион казначейских бумаг прошел неудачно, реакция рынка была крайне негативной, что привело к резкому падению доходности облигаций на 6–7%. Это напрямую спровоцировало разворот биржевых индексов с роста на снижение, приостановило ралли биткоина и сильно напрягло общее настроение участников.

«Моментом Лиз Трасс» называют период, когда она стала премьер-министром Великобритании. Тогда её правительство представило чрезвычайно агрессивный план экономических реформ, призванный быстро трансформировать экономику страны. Однако эти меры встретили жесткое сопротивление со стороны рынка облигаций. Инвесторы потеряли доверие, из-за чего цены на британские государственные бумаги рухнули, а доходность взлетела до небес. В итоге рыночное давление вынудило её уйти в отставку всего через три недели. Именно взлет доходности положил конец её кабинету. Вот почему мы называем подобные явления «моментом Лиз Трасс».

Рынок облигаций можно рассматривать как «ночного сторожа» экономической политики. Если участники считают, что ваши меры содержат критические недостатки, инвесторы прекращают покупку госдолга или требуют повышенную доходность в качестве компенсации. В такой ситуации властям неизбежно приходится корректировать курс. В конце концов, наша правительственная машина функционирует исключительно на заемных средствах. Сегодня мы тащим на себе наибольший в истории объём долга. Долговая проблема продолжила накапливаться как при Трампе, так и при Байдене. Собственно, ещё до инаугурации Трампа ситуация с долгами уже начала портиться.

Последствия американского «момента Лиз Трасс»

Райан:

Предположим, распродажи на рынке облигаций продолжат усугубляться, доходность будет расти, пока не произойдёт событие, схожее с британским «моментом Лиз Трасс». Какие последствия это повлечёт для США?

Майк:

Это может подтолкнуть администрацию к принятию более консервативной фискальной политики, так называемой «фискальной орлиной» линии. Они могут предложить меры по снижению налогов, например, отмену налога на чаевые или сверхурочные, заявив при этом об отказе от любых повышений, но параллельно продолжая наращивать военные расходы. Реакция рынка будет однозначной: властям нужно сокращать расходы, а не увеличивать их.

По моему мнению, США жизненно необходимо ужесточить фискальную политику. Позиция ФРС также чрезвычайно деликатна. Если экономика требует повышения ставки для борьбы с инфляцией, а центробанк воздерживается от этого шага, инфляционное давление лишь усилится. Распродажи на рынке фактически выражают обеспокоенность инвесторов растущими ценами.

Кроме того, ключевым фактором остаются тарифы. В краткосрочной перспективе повышение пошлин обычно толкает цены вверх, усиливая инфляцию. Этого не миновать. В долгосрочной перспективе тарифы могут затормозить экономический рост и привести к дефляции. Однако на текущем этапе адаптация тарифов скорее напоминает скрытое увеличение налогов, что дополнительно запутывает картину.

Для министра финансов и даже президента главная задача — восстановить доверие рынка. Текущее падение индексов и ослабление доллара являются прямым сигналом властям: инвесторы утратили уверенность в экономической политике США. Без扭转 этой тенденции последствия могут оказаться катастрофическими.

Биткоин, золото и доллар

Дэвид:

Мы живем в эпоху биткоина. Сегодня цена биткоина снизилась на 3000 долларов от пика, что, возможно, связано с упомянутым вами рынком гособлигаций. При этом золото в последнем квартале удерживалось на исторических максимумах. Считаете ли вы, что за этим стоит одна история, просто биткоин реагирует с лагом? Или это два совершенно разных явления?

Майк:

Можно сказать так: между биткоином и золотом прослеживается определённая связь, словно они «двоюродные братья». Основная причина роста стоимости золота — процесс диверсификации резервов центральными банками мира. Они массено скупают золото, изымая его с рынка. Такая активность исходит преимущественно от ЦБ стран БРИКС, которые поэтапно снижают зависимость от американских активов. Логично. Тем не менее, центральные банки пока не начали приобретать биткоины. Хотя мы видим попытки со стороны некоторых суверенных фондов, которые уже закупили биткоины на сумму свыше 500 млн долларов. Это серьёзный шаг, однако объёмы резервного биткоина пока далеко не достигли триллионных уровней золота.

Райан:

Майк, вы имеете в виду, что администрация Трампа, возможно, не ставила цели намеренно ослабить статус гособлигаций как глобального резервного актива, но этот процесс всё равно идет, независимо от их изначальных намерений, верно?

Майк:

Это действительно тонкий баланс. Возьмем пример Роберта Рубина на посту министра финансов: он открыто поддерживал политику сильного доллара. Скотт Бессент, вероятно, скажет, что тоже за сильный доллар, но исходя из цикличности экономики, иногда нужна умеренная девальвация. Как найти равновесие между «сильным долларом» и «цикличной девальвацией»? Официальная риторика гласит: в долгосрок мы за крепкую валюту, но в краткосрок возможны корректировки. Проблема в том, что при ослаблении доллара наша покупательная способность как граждан США снижается. Путешествие в Европу становится дороже, покупка итальянской мебели или автомобиля Mercedes увеличивается в цене. Иными словами, мы буквально «обнищаем».

Райан:

Но некоторые возражают: говоря о «обнипании», вы на самом деле говорите о тех, кто может позволить себе европейские туры и дорогую мебель. Важный аргумент в пользу девальвации доллара заключается в том, что США необходимо скорректировать торговый дефицит с другими странами для возрождения местного производства. Ведь теория «дилеммы Триффина» показывает: если страна одновременно обладает статусом глобальной резервной валюты и сильной национальной валютой, ей крайне сложно сохранять конкурентоспособность внутреннего производственного сектора.

Майк:

Абсолютно верно. Администрация Трампа пытается вернуть часть производств на территорию США — это заслуживает уважения, и определенные сдвиги уже наметились. Однако обратить вспять глобальные цепочки поставок, формированные последние 30 лет, практически нереально. К примеру, некоторые критически важные ресурсы физически отсутствуют в Америке, как литиевые рудники, сосредоточенные преимущественно в Аргентине и Чили. Эти цепочки часто трудоемки, и простого покрытия разницы в 30% затрат недостаточно.

Посмотрите на разрыв в зарплатах. Медианный доход в США составляет около 50–60 тысяч долларов, что по мировым меркам уже приближается к верхнему 1%-му процентилю доходов. Этот колоссальный разрыв дает таким странам, как Вьетнам, конкурентное преимущество даже при стоимости производства на 30% выше американской. Без полной автоматизации многие отрасли производства физически не способны вернуться в США. Даже если внедрить роботизацию, это не создаст достаточного количества рабочих мест.

Биткоин как актив нового мира

Райан:

Что касается статуса гособлигаций как глобального резервного актива, в последние годы мы наблюдаем пограничные явления, указывающие на постепенное оседание позиций. Это неразрывно связано с бурным развитием криптовалют за последнее десятилетие. В особенности биткоин постепенно начинает проявлять себя как новая форма глобального резервного актива. Если позиции гособлигаций действительно слабеют, что станет их заменителем? Считаете ли вы, что биткоин станет главным ответом текущего десятилетия?

Майк:

Исторически глобальной резервной валютой всегда выступал доллар. Статус резервной валюты за ним сохраняется уже около 80 лет, и такие циклы редко меняются спонтанно. Страна получала статус мировой резервной валюты прежде всего потому, что контролировала морские перевозки. У кого был сильнейший военно-морской флот, тот и печатал мировые деньги. Но по мере диверсификации транспортных маршрутов по всему миру военно-морское превосходство перестало быть единственным определяющим фактором.

Сегодня ключевыми условиями получения статуса резервной валюты остаются обеспечение глобальной безопасности и наличие широко признанной правовой системы. Военные расходы США занимают около 3,8% ВВП. Хотя это меньше прежних 5%, показатель по-прежнему значительно превышает 0,5–1,5% у других государств. Подобные колоссальные затраты — плата за сохранение статуса резервной валюты, которая взамен приносит огромные экономические и политические выгоды. Судя по всему, администрация Трампа недооценивает этот момент. Вывод из НАТО, размывание влияния блока или уход от глобальной экономической архитектуры, созданной после Второй мировой войны, способны подорвать долгосрочные позиции доллара.

Снижение спроса на гособлигации

Райан:

Шотландский историк денежного обращения Рассел Напьер предполагает, что по мере изменения статуса американских облигаций в качестве глобального резерва может появиться альтернатива. Мир рискует расколоться на два крупных экономических блока. С одной стороны — альянс во главе с США и их партнерами, использующий гособлигации как основной резервный актив. С другой — блок под эгидой Китая. Внутри китайского блока юань может частично обеспечиться золотом, поскольку исторически он не позиционировался как средство хранения стоимости. Юань функционирует скорее как платежное средство, а не инструмент сохранения капитала. Каково ваше мнение относительно идеи возможного деления мира на две экономические парадигмы?

Майк:

Такой вектор вполне вероятен. К примеру, страны БРИКС могут выпустить стейблкоин, частично обеспеченный золотом. Конечно, стопроцентного обеспечения металлом не будет, доля золота войдет в резерв. Это лишь мои личные прогнозы. Для крупной или развивающейся державы валюта, полностью лишенная базы поддержки, невозможна.

Сейчас эти государства могут заявить: «Наша валюта прикрыта государственными резервами, мы — богатая страна». В определенном смысле стоимость денег опирается на национальные активы и налоговую базу. Теоретически любая внутренняя валюта должна оцениваться как «AAA-рейтинг», то есть обладать абсолютным доверием. Государство способно печатать свои деньги, поэтому дефолт по внутренним долгам маловероятен. Главный вопрос: будут ли другие страны брать кросс-бордерные займы или готовы хранить своё богатство в данной валюте?

На сегодняшний день доходность доллара остаётся достаточно привлекательной, а юань — единственный потенциальный конкурент. Однако пока китайская валюта не готова полностью заменить позицию доллара. Китаю предстоит пройти долгий путь завоевания мирового доверия. Исходя из этого, я не ожидаю утраты долларом резервного статуса, но его привлекательность имеет тенденцию снижаться. Другие государства могут потерять уверенность в фиате и распределить часть резервов между биткоином и золотом.

Уже четыре года я внимательно слежу за динамикой биткоина и золота. Это существенно повлияло на мой инвестиционный подход. Более того, я запустил собственный подкаст, полностью посвящённый этим темам. Помимо аналитики, я коллекционирую золотые монеты и часто дарю их близким. Ещё в 16 лет я предупреждал своих друзей: «Ни при каких обстоятельствах не продавайте эти монеты. Однажды их стоимость перевалит за 3000 долларов». Сегодня я уверен: цена может достичь 10 000 долларов. Мне даже приходится переосмыслять методы безопасного хранения драгоценного металла, ведь кража 50 унций — это огромный ущерб. Тем не менее, я убеждён: стоимость биткоина и золота продолжит расти, и такая точка зрения сегодня находит всё больше сторонников.

План листинга Galaxy

Дэвид:

Galaxy успешно вышла на биржу Nasdaq 16 мая. Говорят, весь процесс листинга занял 13 месяцев вместо запланированных 90. Поделитесь опытом: было ли это путешествие разочаровывающим?

Майк:

Подготовка затянулась дольше наших ожиданий, из-за чего мы пропустили оптимальное окно для размещения. В эпоху Джэй Клейтона и администрации Трампа Coinbase и ряд горнодобывающих компаний успешно прошли одобрение регулятора. В то же время на посту председателя Комиссии по ценным бумагам и биржам США (SEC) Гарри Генслера регулирующий аппарат действовал значительно строже.

Дэвид:

Сколько попыток у вас было? Или вы изначально понимали, что одобрение невозможно?

Майк:

Нельзя отрицать, что в индустрии криптовалют присутствует множество мошеннических схем и скандалов. Инцидент с Самом Банкартом-Фриддом, вероятно, отбросил общественное доверие к цифровым активам назад на 1,5–2 года. Это парадоксально: большинство из нас пришли в крипто благодаря желанию перейти от зависимости от государственных институтов к криптографическому доверию. По своей сути блокчейн — это «машина доверия», однако мы упускаем важный нюанс: первоначально необходимо обучить аудиторию доверять этой машине, иначе проект будет восприниматься как обман.

При этом я рад наблюдать, как представители обеих партий начинают по-настоящему понимать ценность цифровых активов. Сенаторы Уорнер и Гаегос при продвижении профильных законов занимали нейтральную позицию, получив поддержку левого крыла. Несмотря на критику Елизаветы Уоррен, её аргументы всё чаще подвергаются сомнению. Она указывала на то, что криптовалюта снова стала инструментом обогащения узкого круга лиц, и призывала остановить эту несправедливость. Тем временем промоутеры индустрии ведут ожесточенную полемику.

В условиях современной политической поляризации продвигать криптозаконодательство крайне сложно. Но меня обнадеживает межпартийный консенсус по закону о стейблкоинах. Продвижение закона о структуре рынка, напротив, столкнется с большими трудностями. Дело тут не в междоусобицах, а во внутренних противоречиях самой индустрии. Допустимо ли, чтобы Coinbase одновременно выступал custodian, брокером и площадкой для торговли? В традиционном финсекторе это запрещено, но разрешено ли в крипто? Сама площадка наверняка поддержит такую модель, конкуренты — отвергнут. Закон о структуре рынка затрагивает множество заинтересованных сторон, поэтому его утверждение сложнее, чем законодательство о стейблкоинах.

Законопроект GENIUS

Райан:

Конгресс в настоящее время рассматривает два важных законопроекта, касающихся криптовалют. Первый — закон GENIUS, второй — акт о структуре рынка. Начнем с GENIUS. Какие у вас перспективы по этому документу?

Текущее голосование определяет лишь направление дальнейших дебатов, поэтому документу предстоит пройти много этапов согласования. Я слышал, финальное голосование состоится после памятной даты. Достаточно ли сейчас поддержки, чтобы гарантировать принятие?

Документ должен вернуться в Палату представителей на финальное голосование и завершить весь законодательный цикл. Однако одобрение Сенатом — самый важный рубеж. Что изменилось за последний год в верхней палате, позволившему получить столь широкую поддержку?

Майк:

Можно сказать: шансы минимальны, если вообще имеются, что закон заблокируют. Вероятность успешного принятия составляет порядка 99%.

С точки зрения криптоиндустрии Демократическая партия осознала реальность лишь после выборов. Они проигнорировали факт: в США владельцев криптоактивов уже больше, чем собаководов. Эта фраза впервые прозвучала в Twitter, я подхватил её, усилил распространение, и общество тепло поддержало. Я даже шутил, что Демократическая партия превратилась в «партию против собак». Очевидно, подобная тактика была стратегической ошибкой.

Цифровые активы любимы миллионами, они задумывались как внепартийная технология, а не политизированный инструмент. Но Демократическая партия почувствовала остроту проблемы только после голосований. Попытки оперативно среагировать обернулись излишней осторожностью и потерей времени. Влияние Елизаветы Уоррен на фракцию вызывало раздражение: её жесткая позиция практически задавала тон всему партийному курсу. Внутренний раскол вылился в массовое недовольство.

Тем временем Республиканская партия воспользовалась моментом. Так, Дональд Трамп собрал значительные пожертвования от крипто-сообщества, а технологический сектор стал тяготеть к республиканцам. После результатов голосования я общался с демократами, которые признавали: их критический настрой мог стоить им части электората. Они не желают повторять ошибки прошлого. Некоторые прогрессивные голоса в партии предложили прекратить бесплодные споры и легализовать индустрию через принятие данных законов, изъяв тему из политического повестника. Это позволило бы избежать дальнейших разногласий и минимизировать потери.

Исчезновение антикрипто-лагеря?

Райан:

То есть вы предполагаете, что демократы больше не выступают против крипто? Антикритоп-силы полностью исчезли? Эпоха противостояния завершилась?

Майк:

Отчасти да. Но попробуйте прогуляться по Вашингтону и спросить любого прохожего, понимает ли он принципы блокчейна и сможет ли объяснить принцип работы. Скажите честно, сколько криптоприложений установлено у вас на смартфоне?

Даже несмотря на это, функционал этих приложений чаще всего сводится лишь к покупке и продаже цифровых активов. Они не дают возможности оплачивать ими билеты, заказывать такси или совершать типичные повседневные транзакции обычных американцев. Следовательно, для большинства граждан США криптовалюта остается чисто спекулятивным казино. Политическая риторика точно отражает данную реальность.

Как индустрии нам необходимо раскрыть потенциал цифровых активов. Мы обязаны продвигать инфраструктуру децентрализованных сетей и ускорять процесс токенизации. Убежден, что в будущем банковские счета, чековые расчеты и брокерские портфели будут конвертироваться в криптокошельки.Лишь тогда криптоиндустрия принесет измеримую практическую пользу американскому обществу.

Тем не менее, внутри индустрии периодически раздаются речи о собственной исключительной важности. Признаюсь, если услышу очередной подобный монолог, могу вспылить. Биткоин, безусловно, играет фундаментальную роль. Но мы не можем замыкаться в рамках «биткоин-сообщества». Наша сфера охватывает все цифровые активы. aside от биткоина и нескольких международных стейблкоинов, когда вы в последний раз покупали что-то за stablecoins? Часто ли вы это делаете? Вряд ли регулярно. Таким образом, пока криптоиндустрия работает преимущественно как площадка для беттинга и инвестиций, избегая сфер, волнующих большую публику.

Регуляторный барьер раньше мешал развитию, но сегодня он превратился в наш главный шанс. Сейчас у нас имеются быстрые блокчейн-решения плюс либеральная и прозрачная среда регулирования. Эти два фактора критически важны и усиливают друг друга. Новая Комиссия по ценным бумагам и биржам (SEC) открыта к диалогу, тогда как прежний регулятор постоянно душил индустрию судебными исками. Переход к открытому подходу создаст питательную почву для новых идей и позволит участникам тестировать нестандартные форматы.

Крипто-рынок розничных потребителей в США

Райан:

Ранее я не погружался детально в текст законопроекта GENIUS, но теперь очевидно его скорое принятие. Можете кратко обозначить суть документа? Сегодня объем стейблкоинов в сети превышает 250 млрд долларов, в будущем ожидается рост до 2 трлн. Какие конкретные изменения несет GENIUS? Зарекомендует ли он Америку на мировом крипто-рынке и укрепляет ли позиции доллара глобально? Насколько масштабен этот потенциал?

Майк:

Это может стать важнейшим точкой перелома. Нам срочно требуется подключение платежных игроков вроде Stripe, Visa и Mastercard. Сегодня в McDonald’s легко расплатиться через Apple Pay, а представьте мир, где используются стейблкоины. Реализация потребует теснейшего взаимодействия платежных систем и техно-платформ. Stripe, Visa и Mastercard победителями в формирующемся эко-системе. Почему это критично? Скотт Бессент и другие чиновники подчеркивают необходимость привлечения 35 трлн долларов. Наша цель — заставить мировых пользователей хранить ликвидность в долларах, а не в чужих фиатах. Доказав ценность greenbacks, мы сможем привлекать зарубежные капиталы для закрытия бюджета.

Еще более захватывающий аспект: легализация даст компаниям спокойствие и устранит юридические риски. В отношении Tether законопроект предусматривает переходный период Compliance — 2 года, 3 года или 18 месяцев? Независимо от срока, команда USDT обладает колоссальным опытом и гарантирует решение вопросов адаптации.

Тем не менее, акт накладывает ограничения на нефинансовые платформы вроде Meta и X: им запрещено эмиссия собственных стейблкоинов. Банковский сектор, особенно региональные институты, воспринял это крайне болезненно. Аналогия проста: многолетняя блокировка Wal-Mart в попытке создать собственный банк вызывает страх перед потерей монополии. Крупные техно-корпорации безусловно разочарованы.

Платформы смогут использовать чужие инструменты расчета, что всё равно обеспечит колоссальный денежный поток. Мы лишь начинаем видеть применение IoT и микроплатежей, поскольку компании опасались рисковать в туманном правовом поле. Прямая легализация откроет двери для прорывных продуктов.

Еще один дискуссионный момент — возможность начисления процентов на стейблкоины.Банкиры категорически против, pues процентная доходность может спровоцировать забег ранний банковский бегунец, особенно против малых региональных учреждений. Если найдется фактор, способный затянуть закон, так это мощное сопротивление финансового сообщества.

Допустимо ли State Street выпускать одновременно money market fund и стейблкоин, позволяя клиентам свободно перетекать ликвидность в кошельках? Концептуально это напоминает процентные stablecoins. Вероятно, такие продукты появятся впереди. Chad Pasquale уже реализовал оффшорные доходные стейблкоины. Со временем они станут таким же обыденным явлением, как ETF, плотно войдя в бытовой оборот каждого.

Токенизация активов Galaxy в сети Ethereum

Дэвид:

Токенизация стейблкоинов — область, заслуживающая пристального внимания. Знаю, звучит интригующе и мотивирующе. Galaxy выходит на Nasdaq, но поясните: почему именно эта площадка?США традиционно выступают хабом глобальных капитальных потоков. Однако недавняя слабость рынка госдолга и провалы в продажах облигаций намекают на остывание интереса к Америке как мировому центру капитала. Деньги и активы утекают в другие направления, включая интернет-экономику. Здесь формируется токенизация стейблкоинов, работающая исключительно на Layer 1 Ethereum.

Если доминирование Nasdaq или финансового центра США начнет таять, Майк, когда вы планируете токензировать активы Galaxy в блокчейне?

Майк:

Реализуем это максимально быстро. В данный момент мы тесно работаем с SEC. Вероятно, первым шагом станет токенизация акций самой Galaxy. Впереди ждут прорывные решения в сфере equity-tokenization, включая контракты perpetual на долю собственности. Такие инициативы способны перевернуть структуру рынка. Текущая политика SEC поощряет эксперименты, давая бизнесу свободу действий и снимая страх перед проверками.

Дэвид:

Как складывается взаимодействие с регулятором? Есть ли ощутимые результаты?

Майк:

Крайне эффективно. Ситуация радикально отличается от прошлых лет. Верю, что во второй половине текущего года появятся амбициозные шаги. Практическая прибыль инвесторы получат, скорее всего, к следующему году. Одновременно мы отслеживаем векторы капитала, поскольку еще неясно, какие ниши вытянутся наверх. Одно известно точно: это спровоцирует невероятный всплеск активности в экосистемах DLT.

Вчера я обедал с выдающимися экспертами сектора, обсудили массу вопросов. Глубокие дискуляции обнажают сложность структуры современных рынков. Какой блокчейн идеален для расчетов стейблкоинов? Достаточно ли обычного distributed ledger? Какой уровень децентрализации обязателен? Казалось бы, очевидные вещи, которые ранее ускользали от моего внимания. Похоже, крупная европейская организация уже стандартизировала ответы, и присутствующие признали правила корректными. Я лично планирую подробнее разобраться в регламенте.

Сегодня вариативность высока. Подойдет ли Tron или XRP? Обязательно ли тяготеть к Ethereum? Должен ли государственный аппарат фильтроватьAllowed сети для расчетов? Или ответственность ляжет на покупателя? Дискуссии касаются инфраструктуры и гарантий, собирая вокруг себя энтузиастов. Я полагаю, окончательная архитектура еще не вырисована, но уверен: решение обязательно найдется.

Перспективная дорожная карта от SEC?

Райан:

Я настроен оптимистично относительно Комиссии по ценным бумагам и биржам США. За прошедшие четыре года подобное чувство мне не знакомо. Исторический поворот объясняется не только уходом Гарри Генслера, но и новым составом во главе с Хестер Пирс, который реально двигает вперед практические инициативы. Твиты и выступления Пола Аткинса также вдохновили: он сравнивает традиционные площадки с факсами, а крипто и блокчейн с интернетом. Акцент делается на необходимости проведения токенизации ценных бумаг в рамках технологий цифровой эры.

Непонятно, насколько декларируемая поддержка совпадает с реальной практикой сотрудничества. Считаете ли вы возможным получение полной дорожной карты от SEC в ближайшие пару лет, регламентирующей вывод американских акций и ценных бумаг в блокчейн? Это позволит не только токенизировать Galaxy, но и выстроить полноценную инфраструктуру и экосистему на-chain?

Майк:

Безусловно. Оцените динамику роста таких децентрализованных структур, как Hyperliquid и Uniswap. Если Uniswap выйдет на уровень реального участия holders в распределении прибыли, зачем ликвидность должна оставаться на старых стадионах? Поток обязательно перетечет в новую среду.

Полагаю, первым шагом станет переток капитала. Как только акции Apple перейдут в смарт-контракты, вы увидите круглосуточную торговлю и доступ для широких слоев населения, ранее отстраненных от рынка. Старт может быть вялым, затем наступит взрывной ускоренный рост. Важно отметить: текущие проекты токенизации сталкиваются с техническими ограничениями. Однако миграция функций из традиционных книг учета в распределенные реестры резко повысит производительность. Не берусь предсказать дату старта, но когда он свершится, отрасль переживет «кембрійський вибух».

Райан:

Чтобы прояснить картину: основные препятствия для токенизации ценных бумаг заключаются в отсутствии акта о структуре рынка и одобрения SEC. Оба элемента взаимозависимы, верно?

Майк:

Кроме того, важно регламентировать площадки для вторичной торговли токенизированными бумагами. Сейчас сделки проходят исключительно на регулируемых ATS-системах. Примером служит Republic Crypto, располагающая собственным ATS-инструментом (ранее велись переговоры о поглощении аналогичного продукта до изменения правил). Сейчас SEC инициирует оперативную ревизию нормативной базы. Мы пока не достигли финального этапа, но курс четко задан и движение непрерывно.

Ставка года на крипто-IPO?

Райан:

Эра крипто-IPO, кажется, совсем рядом. Galaxy уже торгуется на Nasdaq. Ждем ли массовых размещений в этом году? Станет ли он отправной точкой?

Майк:

Убежден, что в текущем году состоится ряд первичных предложений криптокомпаний. Kraken также изучает данный вариант. Практически каждый участник сектора сейчас проводит due diligence по выходу на публичный рынок.

Райан:

Это усилит легализацию индустрии, верно? У крипто появится прямой доступ к Уолл-стрит и институциональным деньгам. Даже признание S&P по отношению к Coinbase — гигантский шаг к признанию, делающий сегмент неотъемлемой частью макроэкономики. Как обстоят дела с притоком капитала?

Майк:

Юридический статус цифровых активов сегодня на порядок выше. Сообщество порой не хочет признавать факт, но драйвером легализации стал переход крипто из «казино» в категорию сервисных провайдеров. Желаю, чтобы приложения в моем телефоне давали расширенный функционал, а не ограничивались buy/sell/stake. В Штатах критически не хватает payment-решений. Пока вклад в повседневность ограничен хранением стоимости через BTC и cross-border платежами (особенно в Латинской Америке, где это жизненно необходимо). Мы инвестировали в пару венчурных фондов, заработавших немалые суммы на таких фичах. Я не сбрасываю со счетов пройденный путь, но нам нужен озаряющий момент «аха», когда среднестатистический американец оценит реальную ценность инструмента. Скорее всего, триггером станет появление токенизированных акций.

Закат классического финтеха и взлет крипто

Райан:

Обсудим насыщение традиционного рынка. Вы говорили, что продвигать крипто было тяжело, будто толкая снег в гору. Появление Ларри Финка все переменило, и сейчас мы ощущаем мощнейшую поддержку.

Финансовая элита уже приняла цифровые активы? Институционалы перетекают сюда плотными группами, или остаются барьеры, требующие преодоления для убеждения рынка в приоритете блокчейн-тренда?

Майк:

Однозначно, Wall Street теперь готов принимать активы гораздо мягче, чем прежде, хотя темпы адаптации все еще медленны, что объективно кажется несправедливым. Масштаб крипторынка пока недостаточен, чтобы всерьез беспокоить главных крупнейших банков.

Считаю, истинный фокус всей индустрии привлечет токенизация корпоративной собственности. Когда «любимчики» Wall Street начнут жить в блокчейне, каждый инструмент обретет критическую значимость. Рынок поймет: «Время переходить в новое поколение». Речь не о биткоине. Даже сохраняя ликвидность, BTC займет позицию, аналогичную золоту. У всех корпораций есть desk precious metals, но металл — не core business. Чтобы изменить архитектуру финансов, криптоиндустрия обязана выйти за рамки одного актива.

Дело Terra Luna

Дэвид:

Хотел задать вопрос касательно урегулирования дела Terra Luna. Вне рамок Galaxy об этом мало кто говорит. Слухи гласят, что компания выплатила штраф в $200 млн за продажу активов Luna параллельно с их поддержкой. Поделитесь внутренними ощущениями от процесса, дискуссиями в стенах компании и выводами на будущее?

Майк:

Важно уточнить: при урегулировании претензий с любым органом, особенно с офисом генпрокурора Нью-Йорка, подписывается соглашение об отказе от признания вины (AOD), исключающее детальное публичное обсуждение фактов. Могу констатировать только, что звонок регулятора вряд ли подарил позитивные эмоции. Меня удивило чрезмерное затягивание процесса, наложившееся на сложный тайминг. Я видел, как новый административный курс прояснял перспективы бизнеса, параллельно готовясь к листингу. Недавний выход на публичный рынок означает потенциальную работу с банковским консорциумом, который финансирует только благонадежных контрагентов. Учитывая вводные, внутреннее желание бороться уступило прагматизму: взять паузу и двигаться дальше. Профessionальное достоинство трейдера позволяет отсеивать убыточные сделки и продолжать путь без сожалений. Штраф ощутимый, болезненный, но спустя пару дней инцидент остался в прошлом. Наш девиз прост: не обсуждать публично, вести дела в Нью-Йорке, жить полноценной жизнью.

Райан:

Я вижу главный урок для всей индустрии: алгоритмические стейблкоины обладают колоссальным риском. Они способны мгновенно выйти из-под контроля. Представляю альтернативные сценарии...

Майк:

Верно. Экосистемы рынка многогранны, я постоянно подчеркиваю важность структуры, но маркировка продуктов требует крайней внимательности. Я никогда не считал алгоритмические tokens достойными звания «стейблкоин». Крах того проекта во многом был спровоцирован именно банковским бегством денег. Терминология играет решающую роль.

Вспомните Celsius, BlockFi и Voyager. Наверняка они делали дисклоузер, но пользователи трактовали это как депозитные вклады с государственной защитой. В реальности клиентский капитал попадал в маржинальные hedge-fundы с серьезными дырами в балансе. От Вашингтона я жду коротких, но предельно честных отчетов о природе продукта. Когда вы в последний раз видели адекватное описание рисков? Совсем недавно такого не встречал ни у одного провайдера.

Примерно как надпись на пачке сигарет: «Курение вызывает рак». Максимально прямолинейно. Защищено государством или нет? Перекладываете ли вы на клиента свои кредитные риски?

Требуется предельно прозрачный, простой для понимания формат информации. В нашем секторе много неопытных спекулянтов, а маркетинговый шум заглушает факты. Пол Аткинс глубоко понимает важность информирования. Если буду в комнате, настоятельно порекомендую внедрение стандартов предельной простоты раскрытия данных.

Райан:

Включены ли данные нормы в закон GENIUS? Определяет ли он стейблкоины строго как инструменты с 100% покрытием ликвидностью вроде гособлигаций, исключая аналоги Terra Luna?

Майк:

Соответствует действительности. Точных формулировок сейчас не держу. Полагаю, речь идет о 40-дневных казначейских нотациях или депозитах в Министерстве финансов США.

Будущее Galaxy и криптоиндустрии

Райан:

Это упорядочит стандарты и терминологию, верно? Принятие подобных актов в 2022 году стало огромным плюсом. Касательно Galaxy: вы совершили интересную ставку на синергию крипто и ИИ. При подготовке интервью узнал, что в декабре 2022 года вы купили майнинговую площадку в Техасе — объект площадью 160 акров под названием Helius.

Похоже, Galaxy планирует трансформировать мощности под ИИ-облако. Какая стратегия у компании? Видите ли вы тренд на массовую конвертацию старых крипто-фабрик в вычислительные центры?

Майк:

Galaxy — холдинг с двумя самостоятельными подразделениями: крипто-бизнес и существующий дата-центр. Уже заключены соглашения аренды, обещающие $14 млрд выручки за следующие полтора десятка лет (что составляет лишь треть потенциала текущих мощностей). Проект грандиозный: $6 млрд вложено нами в строительство, плюс $6–8 млрд пойдет на закупку оборудования. Итого капитальные затраты составят $14 млрд с полным вводом объекта в эксплуатацию в Техасе в течение двух лет.

Строгий график и бюджет критичны. Работа над масштабом открывает глаза на феномен размеров. Ввод полный контур даст 800 МВт, но мы рассчитываем нарастить до 1600 МВт, что в сумме с внешними мощностями составит 2600 МВт. Объект войдет в тройку крупнейших центров обработки данных удаленных зон штата. Общий объем инвестиций в проект достигнет $70 млрд.

70 миллиардов долларов сопоставимы с ВВП Уругвая, направленных на создание вычислительного гиганта. Это наглядно демонстрирует астрономическую амбицию корпораций вроде Microsoft, Google, OpenAI, Tesla и Amazon в области ИИ. Необходимо переучиться мыслить нелинейно, ведь привычные паттерны сознания отстают от реальности. Сравните автомобили, которыми управляли наши родители, с теми, за которыми мы сидим сегодня.

Компания будет расти органично. Человеческий разум плохо привыкает к подобному темпу. Наступает «Новый свет». Если честно, видя реальные бюджеты, вливаемые в стройку, понимаешь, что индустрия материальна. Я воспринимаю это абсолютно достоверно. Это выгодный бизнес, обладающий предсказуемой моделью. Разумеется, присутствуют риски: нам необходимо сдать объект точно в срок, обеспечить бесперебойную эксплуатацию, параллельно трансформируясь в девелопера недвижимости. Последние десять лет половина моего баланса функционировала в среде с экстремальной волатильностью.

Баланс между стабильным денежным потоком дата-центров и крипто-сегментом оказался крайне эффективным. Сам крипто-бизнес обладает колоссальным потенциалом, способным со временем перерасти в фундаментальный двигатель роста.

Мы пока не знаем деталей дальнейшего развития токенизации и источников ценности в этом сегменте. Но твердо уверены в долгосрочном appreciation биткоина. Поэтому мы не накапливаем BTC для бесцельного хранения.

Для меня азарт индустрии кроется в способности запустить децентрализованную революцию. Сможем ли мы токенизировать всё вокруг и подарить людям финансовую и валютную демократию? Мы находимся непосредственно на старте этого пути.

Дэвид:

Отправной точкой развития крипто оказались дата-центры, верно? Всё началось с профессионализации майнеров, породив первый крупномасштабный бизнес отрасли. Фактически секторы крипто и ИИ развивались почти синхронно, и движущей силой обоих процессов стала обработка массивов данных.

Каковы перспективы двух отраслей? Существует ли между ними глубокая структурная взаимосвязь, или это mere historical coincidence?

Майк:

Да, появление инфраструктуры — историческая удача. Майнеры и мы сами строили большие планы. Поскольку индустрия жрет электричество колоссальными объемами, нам удалось стать одним из немногих игроков, контролирующих энергетические контракты. Постоянно спрашивают, почему другие гиганты не вошли в нишу. Ответ примитивен: им не хватило мощности. Когда я анализировал рынок, мы уже управляли крупнейшим в мире объектом емкостью 800 МВт. Никто ранее не возводил комплексы подобного класса. Доминировать здесь может только тот, кто обеспечит бесперебойный энергоподачу.

Дэвид:

Ждете ли вы конвергенции блокчейн-технологий и искусственного интеллекта в обозримом будущем?

Майк:

Слияние неизбежно. Главная черта блокчейна — децентрализация, тогда как ИИ характеризуется экстремальной концентрацией. Между этими силами возникнет напряжение. Ваши AI-агенты в будущем, скорее всего, будут осуществлять микро-покупки через специализированные каналы, построенные на крипто-протоколах. Наши венчурные фонды уже инвестировали в проекты, стремящиеся стать такими маршрутизаторами, используя собственные токены для передачи ликвидности. Впереди可能出现 архитектурные решения, разработанные specifically для нужд ИИ. Я убежден: побочные эффекты от synergy крипто и машинного обучения будут значительными.

Расцвет дата-центров обусловлен прежде всего контролем над энергией. Поэтому смешивать ИИ и крипто воедино не стоит, но их пересечение создает интригующую картину. Я стремлюсь найти точки соприкосновения. Кто наши арендаторы? Это корпорации вроде Google, Microsoft, OpenAI, Tesla, катализирующие развитие машинного интеллекта. Партнерство с этими гигантами позволяет приблизиться к самому сердцу индустрии, а не гадать по телефону с Джефом Безосом о планах. Сотрудничество приносит не только коммерческий выигрыш, но и интеллектуальное сближение с передовыми исследованиями.

Строительство и расширение дата-центров

Райан:

Бизнес дата-центров по-настоящему захватывает. Визуально он кажется тяжеловесным, но десять лет назад я относил его к категории обычной инфраструктуры. Сегодня его значимость возросла до уровня геополитики, особенно в гонке ИИ между США и Китаем. Главный вызов: успеваем ли мы строить и масштабироваться быстрее Пекина или других конкурентов? Можем ли эффективнее добывать и распределять энергию?

Майк:

В Техасе задача решаема, откуда и плотный приток инвестиций. Emirati-представитель отрасли однажды метко сказал: формула Эйнштейна E=mc² трансформируется в E=I, где Energy равно Intelligence. Действительно, чем больше потребляем джоулей, тем больше вычисляем. Дефицит питания опережает предложение, ведь электричество напрямую генерирует интеллектуальный капитал. Марк Цукерберг отмечал, что раньше будущее поддавалось прогнозам, но сейчас математический рост превысил горизонт предсказуемости. Я уверен: мы входим в устойчивый бычий тренд минимум на следующие три-четыре года.

Райан:

Полагаете ли вы, что США удастся сохранить лидерство в энергетике и обработке данных над Китаем?

Майк:

Я не эксперт в географии энергоресурсов, но глубоко верю в американскую систему. Иногда мы допускаем просчеты, но всегда находим способы их исправить. Свежие данные говорят: 36% лауреатов Нобелевской премии и 50% CEOs корпораций-единорогов — иммигранты. Пока мы поддерживаем свободный обмен кадрами, бережем университетскую сеть и защищаем науку от политических манипуляций, Штаты гарантированно сохранят лидерство в индустрии будущего.