Три года обещаний «децентрализации» оказались пустыми, а Base всё ещё стоит на месте?

Автор: Jon Reiter

Перевод: Saoirse, Foresight News

В августе 2023 года мы опубликовали статью, в которой утверждали, что Base по своей сути является лишь инструментом Coinbase для предоставления централизованных услуг по хранению и переводу средств без проведения процедур KYC/AML. Платформа намеренно насыщает коммуникацию непонятным техническим жаргоном и пустыми лозунгами о дальних перспективах, чтобы скрыть истинную природу этого бизнеса. В последнее время сооснователь Base Джесси Поллак публично подтвердил, что приложение Base окончательно перешло под управление материнской компании Coinbase, а хорошо известный в индустрии Джордан Фиш (известный как Cobie) возьмет на себя самостоятельное руководство этим продуктовым направлением. В будущем продукт даже может выйти за пределы экосистемы Base для расширения, что делает наши взгляды из прошлого еще более неопровержимыми.

Coinbase обладает множеством финансовых лицензий по всему миру, и подобные действия представляют собой серьезные проблемы соответствия требованиям как в прошлом, так и сейчас. Еще в феврале 2023 года Coinbase добровольно признала, что на момент запуска у Base полностью отсутствовали децентрализованные характеристики, однако в том же году была опубликована дорожная карта децентрализации. Мы подробно разберем это ниже, но сначала выведем главный вывод: эта дорожная карта была заброшена без какого-либо реального прогресса. Авторитетная отраслевая платформа мониторинга сетей второго уровня L2Beat присвоила Base текущий рейтинг на стадии 0 (согласно их шкале, рейтинг снизится с 1 стадии до 0 в августе 2026 года). Вся сеть находится под полным контролем администрации площадки. Объясняя отраслевой термин простыми словами: этот высоко авторитетный мониторм сети второго уровня признал Base лишенным каких-либо признаков децентрализации.

После публикации нашей статьи в августе 2023 года Coinbase немедленно выпустило заявление о приверженности децентрализации в суперцепочечной экосистеме, где прямо признало, что Base полностью управляется Coinbase, и заявило о намерении совместно развивать инфраструктуру с Optimism и всей суперцепочечной экосистемой, постепенно решая проблему централизации. Однако, подобно предыдущей дорожной карте, это обещание также было забыто без реального прогресса.

В 2024 году Виталик выступил с открытым заявлением, призывая отрасль прекратить активное продвижение проектов L2 стадии 0 и сосредоточить все усилия на переходе к стандартам децентрализации стадии 2. В феврале 2026 года Виталик фактически опроверг ключевую идею о том, что «L2-масштабирование является оптимальным решением для масштабируемости Ethereum», аргументировав это тем, что «темпы движения отрасли к стандарту стадии 2 оказались намного медленнее и сложнее, чем изначально предполагалось».

Здесь необходимо объективно отметить: ни в 2023, ни в 2024 году ни один проект в отрасли не предложил зрелой, безопасной и способной к масштабированию технической реализации для стадии 2; и по сей день проекты, упомянутые Виталиком, так и не смогли создать такую полную схему. Это связано не с тем, что команды не выполнили четкое планирование, а с тем, что вся отрасль за годы исследований так и не преодолела основные технологические барьеры. Можно провести аналогию с программой исследования Марса: пока не были завершены чертежи полной ракеты, финансирование было исчерпано, и проект пришлось приостановить. Изначально индустрия делала ставку на быструю реализацию технологического пути к децентрализации, и сегодня эта ставка оказалась проигрышной.

Выше представлен краткий обзор текущего состояния отрасли за последние три года. Большинство сетей второго уровня Ethereum сталкиваются с аналогичными проблемами: прогресс в направлении децентрализации либо отстает и идет рывками, либо полностью остановился.

Далее мы подробно разберем полную историю развития Base, после чего столкнемся с нерешенным вопросом: когда сеть L2 долгие годы остается на стадии 0 под полным официальным контролем, чем она отличается от учреждений по хранению средств и сервисов денежных переводов? Когда регуляторы должны инициировать расследования против таких платформ, которые работают без необходимых лицензий, минуя процедуры KYC и AML?

История развития Base

Первоначальный план дорожной карты Coinbase предусматривал внедрение механизма fault-proof (доказательств сбоев) без разрешительных ограничений уже в 2023 году. Даже если вы не понимаете эту технологию, неважно: главное заключается в том, что этот базовый компонент не был запущен вовремя в 2023 году, тогда как он являлся необходимым шагом для устранения механизма подстраховки со стороны официальной администрации. Задержка напрямую заложила огромный риск.

Только в апреле 2025 года Coinbase официально объявил об accomplishing этой вехи. Тогда L2Beat классифицировал Base как сеть второго уровня стадии 1, определив её как «практически децентрализованную, но всё ещё сохраняющую резервный механизм полного официального контроля». Разумеется, само деление на стадии содержит элемент субъективной оценки, а отраслевые стандарты рейтингов постоянно обновляются; технология того уровня, достигнутая в апреле 2025 года, по сегодняшним новым стандартам попала бы исключительно в стадию 0 с полным контролем со стороны администрации. Примечательно, что многочисленные инциденты безопасности за последние годы доказывают: полномочия по контролю, которые якобы активируются только в экстренных случаях, администрация использует все чаще, и реальная степень контроля значительно превосходит первоначальные заявления команды проекта, из-за чего отраслевые стандарты стадий продолжают ужесточаться.

Это повсеместный беспорядок в индустрии Web3: дело не только в поверхностном «театре децентрализации», команда проектов также перенаправляет административные права бэкенда, предназначенные для «обеспечения безопасности и защиты активов пользователей», на другие цели, а в крайних случаях может напрямую присваивать активы пользователей. Многие протоколы, позиционирующие себя как децентрализованные, пострадали именно потому, что команда скрыла администраторские ключи, которые впоследствии утекли, приведя к краже активов и огромным убыткам.

На протяжении многих лет наше издание придерживалось консервативных критериев оценки: все полномочия централизованного контроля должны анализироваться в худшем сценарии, при оценке мы предполагаем наличие злонамеренности у операторов и строго оцениваем «способность платформы увести все активы пользователей». Прошлые инциденты безопасности неоднократно подтверждали обоснованность этой логики, и сегодня всё больше участников индустрии начинают разделять данную точку зрения.

Возвращаясь к основной линии развития Base: несмотря на отставание и ограниченные результаты, проекту удалось достичь некоторых результатов в рамках дорожной карты. Однако в феврале 2026 года Coinbase объявил о полном отказе от первоначального плана продвижения децентрализации через Optimism, вместо этого создав стек технологий, полностью контролируемый самой Base. До изменения часть административных прав принадлежала совместно Coinbase и Optimism; после изменения все полномочия контроля были сосредоточены в двух мультиподписных кошельках: мультиподпись комитета централизованной безопасности и мультиподпись централизованного координатора. Coinbase располагает огромными финансовыми ресурсами и значительным влиянием в отрасли, что позволяло ему оказывать существенное давление на Optimism, а теперь компания способна полностью контролировать физических лиц и небольшие партнерские организации, стоящие за этими двумя кошельками.

Таким образом, Coinbase не только существенно отстал от запланированного графика 2023 года, но и прямо отменил всю дорожную карту, не предложив ни одного реализуемого альтернативного плана развития. Что еще важнее, небольшая доля контроля, которая временно передавалась Optimism, вновь полностью вернулась в руки Coinbase. Совместные предприятия могли бы совместно хранить активы, архитектура сотрудничества между Coinbase и Optimism на короткое время достигала такого результата, что можно считать едва заметным шагом вперед по дорожной карте 2023 года. Но с окончательным отказом от неё, у Base не осталось никаких оснований для реального продвижения к децентрализации. Маркетинговые рекламные кампании не равны фактическому прогрессу, одни лишь лозунги не составляют реальной разработки.

В июне 2026 года Base столкнулась с двумя подряд сбоями сети. В процессе восстановления Coinbase напрямую изменила базовый код, сделала полный откат данных всего блокчейна и принудительно потребовала от всех узлов сети синхронизировать обновление с исправлениями для возобновления работы. За три с половиной года после запуска Base по-прежнему находится на полностью централизованной стадии 0, администрация площадки может в любой момент использовать контрольные полномочия для прямого распоряжения активами пользователей — факты говорят сами за себя.

Централизованная распределенная база данных

Операции по восстановлению после двух сбоев полностью обнажили суть Base: это просто обычная централизованная распределенная база данных. На рынке существует бесчисленное количество зрелых коммерческих решений: Oracle, SAP, IBM предлагают высоконадежные коммерческие БД; MySQL можно развернуть бесплатно; ведущие облачные провайдеры также предоставляют облачные распределенные базы данных. Пока объем транзакций соответствует пределам аппаратных мощностей, распределенные БД являются уже отлаженной и внедренной технологией, работающей стабильно и надежно. Проблемы с производительностью возникают лишь при обработке сверхбольших объемов трафика.

Пропускная способность Base составляет лишь несколько сотен транзакций в секунду, ее уровень производительности сравним с традиционными системами 1980–1990-х годов. Достаточно изучить отраслевые отчеты периода интернет-пузыря 20–30-летней давности, чтобы увидеть: многие традиционные компании того времени обрабатывали объемы транзакций, измеряемые на несколько порядков выше, чем у Base. Этот уровень производительности относится к эпохе, задолго до появления биткоина, и даже до массового распространения смартфонов; в ранние годы онлайн-банкинг работал исключительно через веб-браузеры на ПК, пользователям приходилось вручную проверять криптографическую маркировку HTTPS перед вводом пароля — это крайне устаревший технологический уровень.

Вы можете ознакомиться с материалами 2001 года о системных сбоях платформы eBay в конце 90-х. Мы не умаляем сложности эксплуатации систем;亲历经历ав ограничения технологий 90-х лично: тогда изображения с цифровых камер считывались исключительно через последовательный порт; при работе с медицинскими снимками компьютер стоимостью с премиальный автомобиль не мог загрузить десятком черно-белых изображений разрешением 16 мегапикселей одновременно; а сегодня самый дешевый смартфон Samsung легко хранит и плавно открывает файлы объемом в несколько раз больше.

Однако это не означает, что Base преодолевает проблемы устаревших технологий. Если бы требовалось достичь производительности серверов 90-х в бессертификатной глобально распределенной децентрализованной сети, инженерная задача могла бы быть невероятно сложной или, наоборот, простой — но Base вообще не движется в этом направлении. Современная Base — это просто неэффективная, нестабильная и неудобная распределенная БД, хотя технологии аналогичного класса давно стали абсолютно зрелыми десятилетия назад. Coinbase возлагает на Base грандиозные ожидания, и в 2023–2024 годах отрасль могла проявлять снисхождение, обсуждая是否需要 смягчать регулирование ради инноваций; но к 2025 году такие отговорки уже вызывают усталость.

За три с половиной года после запуска, несмотря на использование блокчейна в качестве основы, эта технология не применялась для создания каких-либо совершенно новых, оригинальных продуктовых логик; от начала и до конца вся система централизованно управляется Coinbase. Блокчейн лишь искусственно усложняет эксплуатацию, представляя собой осознанный выбор «хардкорного режима» для работы уже зрелой технологии баз данных, так и не позволив осуществить децентрализацию. Нельзя требовать особого отношения со стороны регуляторов только потому, что компания намеренно выбрала более сложный и хлопотный технологический подход.

Почему мы всегда подчеркиваем, что операционным субъектом является Coinbase, а не Base

В материале мы постоянно называем Coinbase, а не Base, органом контроля, и данное утверждение имеет под собой прочную фактическую базу. Обратитесь к официальному блогу Coinbase: в разделе вакансий в конце поста указано следующее:

Строительство интернета следующего поколения является общим делом. Если вы стремитесь к решению задач масштабирования, кибербезопасности или продвижению децентрализации Base, приглашаем вас подать заявку на наши позиции, перейдя по ссылке для просмотра требований.

После перехода по ссылке открывается платформа Greenhouse, где для всех позиций четко указано, что нанятый персонал принадлежит Coinbase и выступает в статусе штатного сотрудника или внешнего подрядчика. В комментариях к посту штатные сотрудники Coinbase также используют местоимение «мы», имея в виду команду Base. Полные тексты пользовательского соглашения и политики конфиденциальности на официальном сайте Base тоже пронизаны упоминаниями Coinbase как юридического лица.

Логика публичного позиционирования Coinbase звучит так: Coinbase действует исключительно как инкубатор, и после достижения проектом децентрализации компания освобождается от какой-либо юридической ответственности. Однако реальность очевидна: вся система эксплуатируется штатными сотрудниками Coinbase; кроме того, в сетях второго уровня стадии 0 децентрализация в принципе отсутствует, следовательно, Base по своей сути является подразделением Coinbase. Именно поэтому данный материал на протяжении всего текста прямо указывает на Coinbase в качестве центрального субъекта.

Перспективы отрасли и юридические споры

В индустрии Web3 часто ставится под вопрос одна фундаментальная проблема: многим проектам блокчейн вовсе не нужен, но они насильно навязывают цепочечные технологии. Первичным объяснением Base служило утверждение, что блокчейн — единственная технология с потенциалом эффективного решения проблем масштабирования; эта точка зрения до сих пор вызывает споры. Однако после нескольких лет нулевого реального прогресса три острых вопроса неизбежно выходят на поверхность:

• Является ли опубликованная Coinbase в свое время дорожная карта децентрализации изначально не имевшей полноценного реализуемого плана действий?
• Учитывая текущую ситуацию Base и остановки во всей отрасли сетей второго уровня, реалистично ли достижение полной децентрализации в краткосрочной перспективе?
• Сколько терпения должны предоставить регуляторы инновациям, и когда следует запускать проверки на соответствие требованиям?

Coinbase обладает финансовыми лицензиями в ряде стран и законно не вправе эксплуатировать платформу денежных переводов, которая не требует идентификации клиентов и не подлежит надзору в сфере хранения активов. Это жесткое обязательство, прилагаемое ко всем типам лицензий, и единый закон, действующий для всех рыночных субъектов. Умеренная терпимость регуляторов в начальный период запуска нового проекта оправдана: разработка ПО изначально содержит уязвимости, а обеспечение безопасности активов пользователей требует адаптации, что понятно внутри индустрии. Однако ни одна разумная позиция не поддержит идею о том, что полное отсутствие прогресса в децентрализации на протяжении 40 месяцев может продолжать безнаказанно пользоваться льготным режимом регулирования.

Будучи публичной компанией на фондовом рынке США, Coinbase обязана публиковать достоверную и точную информацию, особенно касающуюся стратегических планов бизнеса, перспектив развития и прав акционеров. Если бы у Coinbase с самого начала отсутствовала готовая схема внедрения децентрализации и компания выставляла на рынок лишь размытые «концептуальные идеи», это породило бы серьезные вопросы к добросовестности: не скрывала ли корпорация свои технические слабые места, ложно рекламируя рынку свою способность успешно реализовать децентрализацию?

Разработка без малейшего прогресса на протяжении нескольких лет — это скорее не отраслевое строительство, а целенаправленное расходование лимита регуляторной терпимости. С февраля 2023 по август 2026 года рейтинг децентрализации Base оставался на стадии 0, не发生过 ни одного положительного прорыва. Команда действительно выполнила базовую работу: написала код, запустила платформу, через которую прошло множество пользовательских активов, совершив «физическую работу»; однако единственным результатом стала непрерывная маркетинговая активность команды, не принесшая никаких实质ных успехов в достижении главной цели — децентрализации.

Даже если Base добавит новые функции и более сложные механизмы底层, это не будет иметь значения. Критерием оценки никогда не было то, интересно ли инженерам разрабатывать или выполнена ли ими базовая работа. Главный критерий состоит в другом: способна ли эта система предоставлять легальные услуги, имеющие реальную ценность, и соответствует ли она публичному плану проекта Coinbase.

Судя по текущему положению вещей, серия шагов Coinbase по сути пытается упаковать фразу «мы до сих пор не нашли легального пути к децентрализации» в форму «мы решаем серьезную отраслевую проблему и заслуживаем постоянного освобождения от регуляторного контроля». Данная аргументация подвергалась сомнению еще несколько лет назад, а сегодня она полна пробелов.

Инновации бизнеса заслуживают определенного пространства для ошибок, и мы не требуем, чтобы все планы публичных компаний воплощались безупречно и в точном соответствии с графиком. Но постоянный провал планов на протяжении нескольких лет, а также подозрения в использовании модели эксплуатации для несанкционированного управления активами и перевода средств влекут за собой неизбежную юридическую ответственность. Иначе финансовые регуляторные правила полностью потеряют свою обязательную силу.