От хранения криптовалюты к оплате через ИИ-агентов: разбор открытой стратегии MetaMask

Автор: FourPillars

Перевод: AididiaoJP, Foresight News

Ключевые моменты

Баланс в банковском приложении — это не деньги, которыми вы владеете напрямую, а запись о вашем требовании к банку в его учетной книге. Подобный «закрытый» тип денег требует разрешений, полагается на посредников и сильно фрагментирован. Стоит деньгам перейти между системами или выйти за пределы страны, как мгновенно возникают трения.

Открытые деньги переносят центр тяжести с институциональных счетов на кошельки пользователей. Кошелек — это не коробка для хранения активов, а ключ для их перемещения. На основе принципа самохранения деньги становятся программируемыми и компонуемыми.

MetaMask, добавляя mUSD, карты и оплату агентами, эволюционирует кошелёк в операционную систему для денег. Хранение, потребление, платежи и даже делегирование полномочий агентам собираются в одном кошельке. Это конечная точка развития кошелька — открытые деньги.

Вы действительно контролируете свои деньги?

Откройте банковское приложение на телефоне. Баланс, отображаемый в центре главного экрана, мы интуитивно воспринимаем как собственные деньги. В повседневной жизни этот принцип редко дает сбой: зарплата приходит вовремя, оплата картой и переводы требуют нескольких нажатий. В странах с развитой финансовой инфраструктурой пользовательский опыт практически лишён трений. Поэтому большинство людей даже не задумываются: «Нахожусь ли я в прямом владении этими деньгами?»

Но структурно баланс в банковском приложении — это не пачка наличных денег. Скорее, это фиксация в книге обязательств банка по выплате мне средств. Иными словами, это похоже не на наличные в моих руках, а на кредиторскую задолженность банка передо мной. Пока эти деньги представлены в бухгалтерии банка как мое требование, право окончательно решать, можно ли их перевести, вряд ли полностью принадлежит мне.

В обычное время этот факт незаметен. Но стоит столкнуться с лимитами на переводы или заморозкой счета, как баланс, несмотря на визуальное наличие, невозможно двигать ни на копейку. С виду это мои активы, но структурно — мои права против банка, значит, власть блокировать или морозить средства также находится вне моего контроля.

Если говорить о трениях, вызванных правовой природой денег, то следует обратить внимание на фрагментированную инфраструктуру движения капитала. Даже при нормальной работе счета и отсутствии лимитов, трения возникают, когда деньги должны перейти в другую систему. Например, при международных переводах: появляются барьеры, отсутствующие внутри единой валютной зоны — курсы валют, банки-корреспонденты, комиссии, рабочие дни. Я не могу полностью контролировать, когда именно поступят средства.

Оба вида трений проистекают из одной структуры: институты запирают мои деньги в закрытых бухгалтерских книгах, которые сами по себе фрагментированы. Владеть деньгами и иметь возможность свободно перемещать их по своему усмотрению — две совершенно разные вещи. Денежную систему с такими характеристиками, с которой мы сталкиваемся ежедневно, мы называем «закрытыми деньгами». Узкие места, создаваемые этой структурой, обычно трудно заметить; они отчётливо проявляются только тогда, когда средства пересекают границы, платформы или системы.

Можно ли открыть эту закрытую структуру? Открытые деньги — это попытка преодолеть данный узкий проход. Их базовая идея проста: позволить деньгам течь так же свободно, как интернету, без привязки к конкретным институтам или государственным границам.

Что такое закрытые деньги?

Чтобы понять открытые деньги, сначала нужно чётко осознать природу закрытых.

Во-первых, движение закрытых денег требует разрешения. Чтобы перевести средства, обязательно чье-то одобрение. Банк утверждает перевод, платёжная ассоциация одобряет оплату, платёжные сети обрабатывают транзакции. Пользователь нажимает кнопку, но фактическое перемещение денег происходит только после внутренней авторизации системой.

Закрытые деньги опосредованы. Между мной и моими активами всегда стоит третья сторона. Банковское приложение — это окно в книгу учёта банка, приложение брокера — экран системы счётов брокера, платёжное приложение может иметь гладкий UX, но его основа по-прежнему остаётся интерфейсом к расчётным сетям банков, карт и торговых операторов.

Наконец, закрытые деньги фрагментированы. Деньги на банковском счету, на брокерском счёте, баланс в платёжном приложении, остаток на бирже, доллары на зарубежном счете — визуально всё это «мои деньги», но фактически они разбросаны по разным системам. Перевод между ними требует каждый раз заново проходить процедуры вывода, пополнения, клиринга и согласования.

Эта структура стабильна. Она обеспечивает защиту потребителей, во многих случаях позволяет вернуть средства, и пользователи к ней давно привыкли. Поэтому простое заявление «банки ненадёжны» лишь ослабит аргументацию в пользу открытых денег. Системой пользуются успешно уже сотни лет.

Настоящий вопрос заключается в следующем: в эпоху, когда деньги уже перемещаются через интернет, должны ли они оставаться настолько изолированными? Музыка перешла от файлов к стримингу, ПО ушло с дисков в облако, данные беспрепятственно пересекают границы порталов и приложений через API. А деньги по-прежнему разрозненно хранятся в эксклюзивных учётных книгах учреждений. Именно на этом сосредоточены открытые деньги.

Что меняют открытые деньги?

Открытые деньги переносят фокус с институциональных счетов на кошельки пользователей.

В мире открытых денег пользователи подключают сеть через кошельки. Это не просто приложение. В блокчейне кошелек выступает как аккаунт, средство входа, права на подпись и ключ для перемещения активов. Если банковское приложение — это окно в учётную книгу, то кошелек ближе к реальной власти напрямую управлять активами.

Разумеется, активы физически не хранятся внутри кошелька. Цепочечные активы записаны в адресах блокчейна, а кошелек управляет приватными ключами и правами подписи, позволяющими перемещать средства на этих адресах. Проще говоря, кошелек — это не контейнер для денег, а ключ для их перемещения.

Прямое владение этим ключом называется самохранением. Это не просто «храню сам», а отказ от депонирования средств на чужих счетах в пользу прямого контроля активов через собственные ключи. В основе открытых денег лежит контроль.

Совместимость блокчейна с этой структурой очевидна. Он превращает деньги в состояние публичной сети, а не в запись в базе данных отдельной компании. Любой может видеть одни и те же правила, использовать единую адресную систему и взаимодействовать с общими протоколами. Активы можно перемещать круглосуточно, они могут быть привязаны к условиям и логике смарт-контрактов, а сервисы могут соединяться без предварительного разрешения.

Это и есть программируемые и компоновые деньги. Денежные потоки больше не являются просто отправляемыми и получаемыми числами; они могут интегрироваться с кодом, автоматически перемещаться, связываться с другими финансовыми протоколами и проводить расчеты напрямую в глобальной сети.

На этом этапе блокчейн уходит из абстрактных технических дискуссий и становится осязаемым пользовательским опытом. Фрилансеры получают оплату от зарубежных клиентов, стартапы выплачивают зарплаты международным командам, пользователи хотят хранить и использовать стейблкоины вне бирж. То же самое применимо к рожденным в интернете экономическим активностям геймеров, создателей контента и ИИ-агентов, а также к цепочечным пользователям, круглосуточно перемещающим активы на открытом рынке. Для них главное — чтобы деньги могли течь, не будучи заблокированными в конкретном банке, юрисдикции или приложении.

Сама по себе эта структура ещё не является готовой альтернативой. Самохранение даёт пользователю контроль, но одновременно возлагает на него ответственность. Управление ключами, фишинг, ошибки подписи, восстановление доступа — это риски, которые человек должен обрабатывать самостоятельно. Таким образом, ключевой вопрос открытых денег заключается не только в том, контролирует ли пользователь свои деньги напрямую, но и в том, можно ли снизить трения безопасности и пользовательского опыта, сохранив этот контроль.

Чего хочет добиться MetaMask?

Центром этих перемен выступает кошелек самохранения, и MetaMask служит ярким примером того, как кошелек эволюционирует в платформу для денег.

Изначально это был простой кошелек. До появления MetaMask взаимодействие с сетью Ethereum означало работу с командной строкой: запуск нод, подключение к RPC, прямая работа с приватными ключами и построчная подпись транзакций. Эти барьеры были непреодолимы для обычных пользователей. Расширение для браузера MetaMask существенно снизило порог входа. Создание аккаунта Ethereum, подключение к dApp и подпись транзакций превратились в дело пары кликов.

По мере появления всё большего числа кошельков схожей архитектуры их роль постепенно менялась. Сначала он использовался исключительно для хранения токенов, затем стал средством входа в dApp, позже взял на себя функции обмена, межсетевых мостов и многоплатформенных подключений. Сейчас в кошельки интегрируются стейблкоины, карточные платежи, доходные продукты и производные инструменты. Сквозной идеей этой трансформации остается поглощение финансовых функций кошельком на базе самохранения.

Существующие суперприложения финтеха тоже наращивают функционал. Они объединяют переводы, инвестиции, карты, бонусы и кредиты в одном месте. Однако большинство из них продолжает работать на счетах самой платформы и партнёрских финансовых учреждениях. Пользователи получают удобное приложение, но деньги остаются в закрытой системе.

MetaMask идёт по иному пути. Он помещает пользовательский кошелек в центр финансовых операций. Независимо от того, обменивает ли пользователь активы, держит стейблкоины, использует мосты или оплачивает покупки картой, отправной точкой всегда является его кошелек, а не счёт платформы. На первый взгляд разница может показаться незначительной, но в архитектуре открытых денег это решающий фактор. Контроль над деньгами смещается со счетов платформы на кошельки пользователей.

mUSD от MetaMask демонстрирует это направление.

На рынке уже существует множество долларовных стейблкоинов. Особенность mUSD заключается не столько в самом факте выпуска, сколько в возможности прямой обработки внутри пользовательского интерфейса кошелька. Пользователь может хранить долларовые активы непосредственно в кошельке, обменивать их, перемещать между сетями, направлять в DeFi при необходимости или использовать для платежей.

Ранее этот процесс разделялся на множество шагов. Пользователь покупал актив на бирже, переводил на кошелек, подключал dApp, затем снова возвращал на биржу для вывода средств. Для цепочечных пользователей это уже было сложно, а для обычных людей становилось настоящим барьером. Им просто нужны были деньги для использования, но приходилось действовать как сантехники: нужно было знать, какую сеть выбрать, куда выводить, что такое мост и зачем требуются комиссии.

mUSD консолидирует все эти шаги внутри кошелька. Когда долларовые активы находятся в кошельке и одновременно подключены к цепочечным финансам и оффлайн-платежам, он перестаёт быть просто хранилищем, превращаясь в структуру, где хранение, использование и оплата выполняются в одном месте.

Кроме того, mUSD, находящийся на счету Money Account пользователя, может приносить годовую доходность до 6% (APY). Это не прямые процентные выплаты от MetaMask, а переменный доход, генерируемый за счёт автоматического направления депозитных средств на цепочечные кредитные рынки. Важно отсутствие периодов блокировки: пользователь может тратить, отправлять и торговать этими средствами в любое время.

Чтобы открытые деньги действительно заработали, в конечном итоге ими должна быть возможность платить.

Даже если пользователь отлично управляет активами в сети, без возможности купить кофе в соседней кофейне для массового рынка опыт останется неполным. В реальной жизни людям важнее всего деньги, пригодные для фактических платежей, а не финансовые философии. Именно поэтому карта MetaMask имеет такое значение.

Многие существующие криптокарты требуют перечисления активов на счета бирж или компаний-эмитентов карт. Они удобны, но вновь погружают пользователя в структуру централизованного хранения. Чтобы пользоваться криптовалютой, человеку в итоге приходится передавать активы третьей стороне.

Карта MetaMask сохраняет активы в пользовательском кошельке вплоть до момента оплаты. Пользователь может подключить средства с кошелька к традиционной сети карт для платежей. Это момент, когда цепочечные активы перестают быть просто цифрами в инвестиционном приложении и превращаются в средство платежа для повседневной жизни.

Это наиболее наглядная картина открытых денег. Деньги находятся на моем кошельке вплоть до последнего мгновения перед оплатой и используются в реальных точках продаж по необходимости. Центр хранения, управления и расходования денежных средств сводится к одному кошельку.

На данном этапе сохраняются практические ограничения, включая поддерживаемые страны, эмитентов карт, платежные сети, регуляторные нормы и политики мерчантов. Эти вопросы продолжают решаться, из-за чего пользовательский опыт варьируется в разных регионах. Тем не менее, направление, показанное MetaMask, абсолютно ясно: кошелек становится интерфейсом между цепочечными активами и оффлайн-платежами. На этом этапе кошелек перестает быть mere «приложением для хранения монет» и превращается в платежный интерфейс для реального использования денег.

Теперь обратимся к более футуристической теме. Все обсужденное до сих пор строится на одном предположении: субъектом перемещения и использования денег является человек.

А что делать, если плательщиком выступает не человек? Когда ИИ-агенты проводят исследования, продлевают подписки или рассчитываются за каждый вызов API, эта предпосылка начинает рушиться. Если для каждой операции требуется участие человека для подтверждения всплывающего окна подписи, об автоматизации речи не идет. Именно здесь кроется узкое место оплаты через агентов. Транзакции должны совершаться со скоростью машин, однако человеческие решения вмешиваются в каждый процесс.

Самое простое решение — передать агенту полный приватный ключ. Однако это напрямую разрушает концепцию самохранения. Как только ключ попадает к агенту, последний получает полный доступ к кошельку, и пользователь теряет контроль. Автоматизация достигается за счет пожертвования контролем, который должны защищать открытые деньги.

MetaMask выбирает иной путь. Умные счета используют абстракцию аккаунтов, позволяя делегировать отдельные права без передачи ключа. Благодаря стандартам ERC-7710 (делегирование) и ERC-7715 (запросы прав), пользователь может предоставить агенту ограниченный доступ, например: «не более 10 USDC в день, срок действия — месяц, только для покупки ETH». Внутри этого диапазона агент способен торговать без вмешательства человека, в то время как полный контроль над кошельком остается у владельца. Здесь автоматизация и самохранение могут сосуществовать без конфликтов.

Сама по себе эта архитектура не нова. Ещё в 2023 году MetaMask предлагала похожий подход в формате «доверенных сессий». После утверждения пользователем ключа сессии транзакции в рамках неё переставали требовать новой подписи. Типичным кейсом тогда стали блокчейн-игры, где игроки не хотели постоянно подтверждать каждое действие через всплывающие окна кошелька. Идеи, зародившиеся в игровой среде, стандартизированы через ERC-7710 и ERC-7715 и сейчас стали основой для делегирования прав агентам вместо людей.

После интеграции x402 рамочная структура агентских платежей оказывается завершённой. Стандарт x402 определяет машиночитаемый процесс оплаты поверх HTTP. Опираясь на делегирование по ERC-7710, агент способен оплачивать услуги по запросу, оформлять автономные подписки и осуществлять поток микроплатежей без ручного управления кошельком. В мире закрытых денег это реализовать крайне сложно, так как каждый шаг требует человеческого согласования. Над кошельками открывается сеть платежей, где машина направляет средства машине при заданных условиях.

Одним из площадок для демонстрации подобных инициатив стал хакатон Smart Accounts Kit, совместно организованный MetaMask. В нём приняли участие 321 разработчик и представлено 142 проекта, что установило рекордное количество заявок среди всех хакатонов MetaMask. Основная тема касалась приложений автономной оплаты агентами, причем сами агенты привлекались к жюри.

На платформе открытых денег кошелек в конечном итоге становится слоем прав доступа, через который делегированные человеком агенты способны перемещать средства. Если кошелек — это операционная система для денег, то оплата агентами знаменует собой момент, когда эта ОС открывается одновременно как для агентов, так и для людей.

Финал развития кошелька — открытые деньги

Вернемся к теме статьи. Изначально кошелек представлял собой простейший инструмент для подписи. Отправка токенов, подключение к dApp и одобрение транзакций составляли весь его функционал.

Но если кошелек — это ключ для перемещения активов пользователя, естественным образом вокруг него начнут формироваться новые финансовые функции. Обмен, межсетевые переводы, стейблкоины, доходные продукты, карточные платежи, мультичейн-функционал и торговля деривативами будут интегрированы в кошелек. Это не просто список возможностей, а процесс трансформации кошелька в операционную систему для денег.

В мире закрытых денег финансовые приложения выступают лишь окнами в системы учреждений. В мире открытых денег кошелек становится отправной точкой, через которую пользователь напрямую управляет средствами в сети. Речь не о том, заменят ли кошельки банки целиком. Ключевой момент заключается в появлении новой опции. Традиционные финансы по-прежнему будут эффективно обслуживать бытовые внутренние платежи. Однако глобальные, программируемые деньги, способные беспрепятственно перемещаться между приложениями и протоколами, нуждаются в принципиально иной архитектуре. Кошелек занимает центральное место именно в этой новой структуре.

Если баланс в банковском приложении — это просто цифры в учётной книге, то цепочечный кошелек предоставляет прямой ключ для перемещения активов. Закрытые деньги затягивают пользователя внутрь системы, тогда как открытые деньги позволяют человеку свободно перемещаться между системами с помощью собственного кошелька.

Именно поэтому конечной точкой эволюции кошелька становятся открытые деньги. Хранение токенов, вход в dApp и NFT — лишь промежуточные этапы. Финалом становится новый уровень: пользователь осуществляет прямой контроль над своими деньгами и свободно перемещает их, обеспечивая свободное течение финансов, сравнимое с Интернетом.