Apple подала иск, и Маск с Алтманом снова начали спорить.

Автор: Ли Хайлунь

Редактор: Сюй Циньян

Илон Маск и Сэм Альтман снова устроили перепалку в X. Маск прямо написал: «Лжец Альтман снова пустился в дело».

На этот раз искрой послужила Apple.

10 июля по американскому времени Apple подала иск против OpenAI, её подразделения по производству оборудования io Products, а также двух бывших сотрудников Apple в федеральный суд Калифорнии, обвинив их в краже коммерческой тайны и оказании помощи OpenAI в разработке потребительского аппаратного обеспечения ИИ.

В ответе OpenAI заявила, что компания продолжает изучать материалы иска и не заинтересована в чужой коммерческой тайне, продолжая сосредоточиться на разработке инновационных технологий. В свою очередь, представители Apple заявили о намерении и далее защищать достижения своих сотрудников и инновационные активы компании.

Дело ещё не дошло до основного слушания, но Маск уже первым включился в борьбу.

01 Apple подаёт иск к OpenAI, Маск использует это как повод для нападок

В иске Apple рисует картину куда серьёзнее обычной смены работодателя, особо выделяя двух бывших сотрудников, которые уже перешли в OpenAI.

Один из них — Тан Тан. Он долго работал над дизайном продуктов вроде iPhone, Apple Watch и iPod, покинул Apple после чего присоединился к io Products, основанной бывшим главным дизайнером Apple Джони Айвом, и сейчас занимает должность главного аппаратного директора OpenAI.

Другой — бывший электротехник Apple Чан Лю. По словам компании, он участвовал в сверхсекретных проектах разработки продукции, а после увольнения и перехода в OpenAI продолжал получать доступ к файлам аппаратного обеспечения и скачивать их через устройство Apple, которое он не вернул компании.

Кроме того, в иске содержатся более тяжкие обвинения: по данным Apple, при найме сотрудников этой компании OpenAI просила кандидатов обсуждать внутренние проекты Apple, демонстрировать физические компоненты и даже направляла некоторых работников для уклонения от проверок при увольнении.

Это дело вскоре привлекло внимание Маска.

Он репостил связанные публикации в X, написав: «Лжец Альтман снова вылез с чем-то...», а затем неоднократно публиковал посты, утверждая, что Альтман «вывел мошенничество на совершенно новый уровень» и даже «больше всех на свете обожает обманывать других».

Маск также опубликовал фотографию Альтмана, на которой подписано: «Я делаю это, потому что люблю это». Маск добавил, что то, что Альтман «любит», есть ни что иное, как «мошенничество».

Под «этим» подразумевается искусственный интеллект. В мае 2023 года Альтман выступал на заседании комитета Сената США. Отвечая на вопрос о доходах, он сказал, что его годовая зарплата покрывает лишь страховку по здоровью, он не владеет никакими акциями в OpenAI и произнёс эту фразу: «I'm doing this because I love it».

«Scam Altman» («Лжец Альтман») стало устойчивым прозвищем, которое Маск постоянно использует в нападках на Альтмана.

После чего Альтман быстро нанёс ответный удар.

Он перевёл стрелки на планы SpaceX по созданию космических дата-центров, которые компания продвигает инвесторам: «Братан, это ты продаёшь публичным инвесторам идеи краткосрочных космических дата-центров».

В ответ Маск заявил, что SpaceX начнёт запуск соответствующих объектов уже в следующем году, и язвительно бросил Альтману: «Если твой куратор по условно-досрочному освобождению даст добро, возможно, тебе самому разрешат приехать и взглянуть».

Подтекст Маска сводится к тому, чтобы сравнить Альтмана с заключённым или находящимся на условно-досрочном освобождении преступником. Мол, раз он «украл» благотворительную организацию по развитию открытого ИИ и «похитил» телефонные технологии Apple, ему самое место за решёткой.

Затем Альтман связал эту перепалку с недавно выпущенной моделью GPT-5.6 Sol от OpenAI.

Он написал, что множество бенчмарков указывают на то, что GPT-5.6 Sol может быть лучшей моделью в мире на данный момент, «но самым надёжным признаком этого служит то, что Илон опять зациклился на атаках против меня».

OpenAI называет GPT-5.6 Sol своей самой мощной на сегодня моделью, сделав упор на улучшение навыков программирования, выполнения задач с протяжёнными цепочками агентов, биологических исследований и кибербезопасности; тем временем подразделение SpaceX AI под управлением Маска выпустило Grok 4.5, ориентированный на те же направления: кодинг, агентные задачи и интеллектуальный труд.

Юридический спор вокруг коммерческой тайны в итоге превратился в гонку релизов моделей и личностные нападки руководителей двух компаний, работающих в сфере ИИ.

Такая сцена кажется абсурдной, но вполне соответствует стилю взаимодействия Маска и Альтмана за последние годы.

Раньше они вместе основали OpenAI в 2015 году. Однако по мере роста потребности компании в финансировании и построения коммерческой структуры между ними начались разногласия относительно контроля, финансирования и стратегии развития. В 2018 году Маск покинул OpenAI, после чего создал xAI и вступил с ней в прямую конкуренцию.

С тех пор их конфликт из залов советов директоров перебрался в суды, а оттуда перекинулся на платформу X.

В мае 2026 года присяжные вынесли решение не в пользу Маска по иску против OpenAI и Альтмана. Маск объявил о намерении подать апелляцию.

Иск Apple против OpenAI предоставил ему удобный шанс снова начать кампанию против Альтмана.

02 Перепалка обнажает три новых фронта в конкуренции ИИ

Личная вражда Маска и Альтмана длится уже много лет. На этот раз перепалка приобрела новое измерение.

Apple, OpenAI и SpaceX AI борются за одни и те же ресурсы: лучших инженеров, потребительские точки входа, экосистемы разработчиков, инфраструктуру вычислительных мощностей и доверие инвесторов к платформам следующего поколения для ИИ.

Эта словесная дуэль одновременно выявила три «новых фронта», формирующихся в индустрии ИИ:

Первый фронт — аппаратное обеспечение ИИ.

В последние годы OpenAI опиралась преимущественно на ChatGPT и API для взаимодействия с пользователями, однако программные точки входа всё время находились под контролем таких корпораций-платформ, как Apple, Google и Microsoft.

На мобильных устройствах OpenAI зависела от магазинов приложений Apple и Google; на рынке офисного и корпоративного программного обеспечения компания сильно зависела от экосистемы и облачных сервисов Microsoft; попадая в личные сценарии использования пользователей, ChatGPT по-прежнему работала на смартфонах, компьютерах и операционных системах, созданных другими производителями.

Именно это стало непосредственным толчком для выхода OpenAI на рынок аппаратуры.

В июле 2025 года OpenAI купила основанную Айвом компанию io Products почти за 6,5 млрд долларов, надеясь создать принципиально новое устройство ИИ, отличающееся от смартфонов и традиционных экранов. CFO OpenAI Сара Фриар заявила в апреле текущего года, что компания планирует выпустить потребительское оборудование к концу 2026 года.

Ранее Apple и OpenAI были партнёрами.

На Всемирной конференции разработчиков Apple в июне 2024 года компания анонсировала интеграцию ChatGPT в iPhone. Если Siri не справлялась со сложными запросами, пользователь мог вызвать модель OpenAI для получения ответа.

По мере того как OpenAI начала нанимать аппаратных руководителей и инженеров из Apple и открыто продвигала свои устройства с ИИ, отношения между компаниями резко изменились. Партнёр, который ранее помогал Apple интегрировать возможности больших языковых моделей, теперь пытается создавать продукты нового типа, способные изменить привычки использования смартфонов.

Иск Apple подан не только ради защиты коммерческой тайны, но и для того, чтобы помешать конкурентам быстро скопировать накопленные аппаратные компетенции. Это напрямую связано с борьбой за контроль над точками входа в вычисления будущего.

OpenAI стремится превратить ИИ из одного из приложений в смартфоне в автономное устройство, которое может сопровождать пользователя в любое время. Как только подобные продукты наберут массовую популярность, статус смартфона как ключевого портала в интернет может быть поставлен под угрозу.

Второй фронт — инвестиционные нарративы.

Выбор Маска перейти в наступление с обвинением Альтмана в «мошенничестве», а ответ Альтмана через критику «космических дата-центров» — далеко не случайность.

SpaceX провела IPO в июне этого года. Согласно данным CNBC, компания привлекла 75 млрд долларов инвестиций, а рыночная стоимость сразу после закрытия торгов в первый день приблизилась к 2 трлн долларов. После того как xAI вошла в состав SpaceX, инвесторы фактически приобретают единый комплекс: ракеты-носители, спутниковый интернет, модели ИИ, социальную сеть и инфраструктуру вычислительных мощностей.

Космические дата-центры становятся самой фантазийной и одновременно наиболее дискуссионной частью этой бизнес-модели.

Маск рассчитывает использовать низкую стоимость запусков SpaceX и сеть Starlink для размещения вычислительных центров на орбите, что позволит обойти ограничения наземных дата-центров по потреблению энергии, занимаемой площади и охлаждению. План SpaceX предполагает развертывание до 1 млн вычислительных спутников, а пиковая мощность каждого спутника серии AI1 первой очереди может достигать 150 кВт.

На данный момент эта идея пока лишена масштабной инженерной проверки. Вопросы эффективного рассеивания тепла на орбите, ремонта оборудования, срока службы микрочипов, стоимости запусков и скорости передачи данных обратно на Землю могут существенно снизить её экономическую целесообразность.

Выбрав атаковать тему космических дата-центров, Альтман по сути подрывает ключевую историю роста SpaceX после листинга: насколько реальная стоимость компании, превышающая два триллиона долларов, базируется на устоявшемся бизнесе ракет и спутников, а какая доля завязана на неподтверждённые инвестиции в ИИ-инфраструктуру?

У OpenAI тоже возникают аналогичные вопросы.

По мере подготовки компании к потенциальному IPO, её оценка должна опираться на ряд ожиданий: непрерывный рост ChatGPT, расширение в корпоративном секторе, лидерство моделей и успех нового железа. Иск Apple способен задержать выпуск аппаратных продуктов OpenAI, а также породить у инвесторов новые опасения по поводу прав интеллектуальной собственности, корпоративного управления и стабильности команды.

В результате взаимные нападения обоих направлены именно в самые уязвимые точки друг друга.

Маск ставит под сомнение деловую этику OpenAI и процесс её трансформации, тогда как Альтман сомневается в том, сможет ли SpaceX выполнить свои обязательства по внедрению перспективных технологий.

Третий фронт — границы компаний ИИ.

Начальная стадия конкуренции базовых моделей строилась вокруг объёма параметров, вычислительных ресурсов для обучения и результатов тестирования. Сегодня зоны расширения лидеров отрасли заметно расширились.

OpenAI одновременно осваивает поисковые системы, браузеры, инструменты для разработчиков, коллаборативные офисные решения, корпоративных агентов и потребительское железо. Маск же постепенно объединяет модели, платформу X, экосистему Cursor, Starlink и инфраструктуру SpaceX в единую систему.

Большие языковые модели становятся фундаментом, однако долгосрочное положение компаний будет определяться не только ими. Ключевыми факторами станут масштабы внедрения моделей в продукты, плотность пользовательских связей, объём используемых вычислений и способность создать самостоятельную платформу без оглядки на Apple и Google.

Под защитой текущего иска Apple находятся не просто несколько чертежей аппаратного обеспечения.

За последние двадцать лет Apple выстроила целостную экосистему потребительской электроники на базе собственных чипов, промышленного дизайна, операционной системы, цепочки поставок и магазина приложений. OpenAI же пытается превратить естественный язык и цифровых агентов в новый интерфейс управления, снижая зависимость пользователей от традиционных экранов, иконок приложений и сенсорного ввода.

Маск, в свою очередь, стремится интегрировать модели ИИ в социальные сети, автомобили, робототехнику, спутниковую сеть и космическую инфраструктуру.

Все три компании выбрали разные пути, но преследуют один и тот же ответ на фундаментальный вопрос эпохи ИИ: кто получит контроль над первичным интерфейсом взаимодействия пользователей с цифровым миром?

Ответ Apple по-прежнему заключается в устройствах и операционных системах, ставка OpenAI делается на модели и аппаратные терминалы нового поколения, а Маск нацелен на создание вертикальной экосистемы, охватывающей всё: от чипов и дата-центров до сетей, моделей и приложений.

В этом контексте взаимные оскорбления Маска и Альтмана обладают особой вирусной ценностью.

Они помогают мобилизовать сторонников обеих фигур, усиливая медийный резонанс вокруг новых моделей, и одновременно позволяют свести сложнейшую технологическую конкуренцию к простому личному конфликту между двумя предпринимателями.

Тем не менее, словесная дуэль так и не способна ответить на главные вопросы.

Apple должна доказать, что способна и в эпоху ИИ удерживать ключевой доступ к потребительской электронике; OpenAI нужно подтвердить, что её новые аппараты имеют самостоятельную ценность, а процессы разработки пройдут юридическую проверку; Маску предстоит доказать, что такие грандиозные проекты, как космические дата-центры, способны выйти из категории историй для инвесторов в плоскость реальных инженерных решений.

Новая волна их перепалки может начаться в любой момент.