Автор: PerpetualCow.hl

Перевод: AididiaoJP, Foresight News

Несколько дней назад я раскрыл детали отрасли мгновенных обменов на сумму в сотни миллиардов долларов, а сегодня я соединю ниточки тех улик, которые еще никто не собрал вместе в крипто-Твиттере.

С 2018 года, когда практически все остальные криптовалюты взлетали вверх, цена монеты Monero (XMR) оставалась зажатой в определенном коридоре.

Большинство объясняет это удалением с бирж, давлением регуляторов или риторикой о том, что «приватные монеты мертвы».

Все они ошибаются.

Чтобы понять, что происходит на самом деле, нужно сначала глубоко изучить историю Monero XMR, включая все случаи удаления с бирж, и то, как на самом деле люди покупают эту монету.

Реальный спрос на Monero XMR

Люди всегда хотели Monero не только ради приватности, но и потому, что ее рассматривают как средство хранения стоимости, альтернативу биткоину, подобно швейцарскому банковскому счету в 21 веке.

Ее функции не изменились из-за того, что биржи были вынуждены удалить её из-за страха перед регуляторами.

Это можно сравнить с нелегальным оборотом наркотиков: когда легальные аптеки недоступны, зависимые ищут более подозрительные каналы, чтобы получить необходимое, даже по завышенной цене.

В результате спрос на Monero перетек в сервисы мгновенного обмена, вместо централизованных бирж.

Представьте себе обычную ситуацию пользователя в 2024 году:

Вы хотите купить Monero, но Binance недавно его удалил, а Coinbase боится вообще с ним работать. Другие мелкие биржи, где он еще торгуется, скорее всего, заблокируют ваши средства из-за наличия этой монеты.

У вас остается только два выбора:

• Найти третью по важности биржу, которая все еще торгует Monero, и молиться, чтобы она не унесла ваши деньги и не скрылась.
• Использовать сервисы мгновенного обмена, платить высокие комиссии и надеяться, что они не заблокируют ваши средства на неопределенный срок под предлогом «проверки на соответствие требованиям противоотмывочных мер».

Более 60% пользователей выбирают второй путь.

Эти сервисы стали фактическим шлюзом для ввода и вывода средств в экосистеме Monero.

Они, конечно, работают неофициально, курсы обмена ужасны, но у пользователей нет иного выбора.

После того как все легальные биржи отказались от Monero, отрасль мгновенных обменов стала единственным каналом, принимающим весь объем торгов этой монетой.

Отслеживание движения капитала

Модель работы всех сервисов мгновенного обмена одинакова:

Пользователь отправляет биткоин, получает Monero, а сервис тайно взимает комиссию в размере 3-4% (на виду указывают лишь 0,5-1%).

Но эти комиссии взимаются в самой Monero.

Как же эти сервисы распоряжаются полученной Monero?

Они не держат её в долгую — это не верующие в проект компании. Это офшоры, гоняющиеся за прибылью в фиате, которые мгновенно меняют Monero на стейблкоины и выводят средства.

Таким образом, на рынок ежедневно сбрасывается Monero на миллионы долларов.

Если говорить языком микроструктуры рынка, это создает постоянный однонаправленный отток ликвидности. Независимо от общего состояния рынка, эти сервисы постоянно продают. Хотя для них это просто бизнес-модель, влияние на цену оказывается разрушительным.

Количественная оценка утечки ликвидности

В моей предыдущей статье я оценивал, что отрасль мгновенных обменов ежегодно обрабатывает около 150 млрд долларов транзакций (по всем сетям), и это лишь та часть, которую можно проверить в блокчейне.

Объем торгов Monero не виден из-за его конфиденциальных функций, но по оценкам отрасли, он составляет примерно 20% от общего трафика мгновенных обменов.

Допустим, что через эти сервисы ежегодно обменивается 30 млрд долларов Monero.

При консервативной оценке реальные цифры могут быть вдвое меньше, около 15 млрд долларов.

При средней комиссии в 0,75% (фактически чаще берут 1%), годовая стоимость комиссий в виде Monero составит около 112,5 млн долларов.

Вся эта Monero будет сброшена на рынок.

Это означает постоянное пассивное давление продаж свыше 300 тыс. долларов каждый день. Как будто невидимый насос постоянно откачивает ценность Monero.

И это лишь консервативная оценка. Если Monero действительно составляет 20% объема, а комиссия равна 1%, то это 300 млн долларов в год, что приближается к давлению продаж в 1 млн долларов ежедневно.

Но на этом проблемы не заканчиваются — есть еще «ловушка противоотмывочных мер».

Ловушка противоотмывочных мер

Это «грязный секрет», который я раскрыл в своей прошлой статье: несмотря на рекламу «без KYC», эти сервисы произвольно блокируют средства пользователей по формальным причинам «проверки на соответствие требованиям противоотмывочных мер».

По оценкам, 2–5% транзакций через сервисы мгновенного обмена подвергаются блокировке. Для крупных сумм этот процент еще выше.

Так формируется порочный круг:

• Мелкие транзакции проходят, но с комиссиями в 10–20 раз выше обычных;
• Крупные транзакции полностью замораживаются, часто навсегда;
• Реальный покупательский интерес, достигающий рынка, составляет лишь малую долю от фактического спроса.

Это создает самый жесткий барьер для ценообразования: покупатели, способные реально влиять на курс, систематически исключаются из рынка.

Истинный спрос на Monero всегда был значительно выше того уровня, который отражает ее цена. Индустрия мгновенных обменов либо высасывает этот спрос, либо напрямую перекрывает его.

Рынок под искусственным контролем

Давайте проясним суть этого порочного круга:

Отрасль мгновенных обменов не завоевала рынок благодаря конкурентоспособности. Когда все биржи удалили Monero, они получили монопольное положение и начали максимально выкачивать средства из пользователей, у которых не осталось выбора.

Комиссия в 1% на фоне ужасных курсов обмена и случайных блокировок средств.

Пользователи терпят, потому что выхода нет, и операторы прекрасно это понимают.

Именно так происходит, когда целый класс активов загоняют в единственную трубу под контролем анонимных офшорных операторов: они выкачивают прибыль, предлагая абсолютно неконкурентоспособные условия.

Каждый цент, который они высасывают, превращается в давление продаж на Monero.

Решение от Wagyu

Два дня назад запустилась версия Wagyu v2.

Основная идея проста: предоставить пользователям Monero тот же уровень ценообразования, что и трейдерам на биржах.

Когда вы производите обмен через Wagyu, ваш ордер направляется к @Hyperliquidx — там самые конкурентоспособные маркетмейкеры в крипте сражаются за выполнение заявок.

Эти маркетмейкеры также обеспечивают ликвидность на Binance, Bybit и OKX, предлагая минимальный спред.

Результат: вы можете торговать по биржевым ценам и с микроскопическими комиссиями, вместо традиционных 1% или 0,5%, как у профессиональных трейдеров.

Это первый случай с момента удаления Monero с бирж, когда пользователи больше не становятся заложниками и не попадают на свои же активы.

Даже одна сделка на 100 тыс. долларов предотвращает выброс давления продаж на сумму более 1000 долларов на рынок.

За первые 48 часов после запуска Wagyu v2 уже обработал операции на миллионы долларов, предложив лучшие на рынке условия обмена:

Сделки, которые раньше шли бы через традиционные сервисы с комиссией свыше 1% и создавали бы мгновенное давление продаж на десятки тысяч долларов на рынке, теперь выполняются через Wagyu.

• Обмен на 1 млн долларов через традиционный сервис = продажа Monero на 10 тыс. долларов;
• Обмен на 1 млн долларов через Wagyu = полное отсутствие принудительных продаж.

Умножьте этот эффект на каждого крупного покупателя Monero, который узнал, что больше не обязан становиться жертвой «разбоя».

Порочный круг разворачивается

Годами Monero находилась в негативном цикле:

Отрасль мгновенных обменов действует как слой для высасывания ценности, встающий между покупателями и реальной ценой. Они перехватывают спрос, забирают прибыль, искажают ценовые сигналы. Пользователи не могут их обойти, так как других вариантов просто нет.

Теперь всё меняется.

Лишь за два дня после запуска объемы торгов начали смещаться в сторону Wagyu. Люди осознают, что могут получить биржевой уровень цены для актива, который даже Binance не поддерживает, и эта информация стремительно распространяется.

Цикл разворачивается:

Пробитие отметки в 600 долларов и начало первого за многие годы процесса формирования цены для Monero — это далеко не случайность.

Wagyu спасает Monero

В этом вопросе я не собираюсь скромничать:

Каждая сделка, выполненная через Wagyu вместо традиционных сервисов, — это реальный спрос, доходящий до рынка.

Каждая миллионная сделка, проходящая через нашу систему, означает, что более 10 тыс. долларов не будут проданы другим держателям.

Мы не высасываем экосистему Monero, а подключаем её непосредственно к реальной ликвидности.

Паразитический слой, сдерживавший Monero на протяжении многих лет, наконец встретил конкурента. Более того, мы конкурируем не по их правилам — мы делаем саму их модель устаревшей.

Когда пользователи могут получать биржевые цены через Wagyu без риска блокировки средств, кому придет в голову платить 1% комиссии анонимным офшорным операторам, запрещающим вывод средств?

Никому.

Что это означает

Я не ставлю здесь целью давать прогнозы по ценам. Я не знаю, вырастет ли Monero до 1000, 2000 долларов или упадет обратно до 400.

Но я точно знаю одно: впервые с момента удаления с бирж спрос на Monero способен реально трансформироваться в цену.

Прошло всего два дня с нашего запуска, а мы уже обрабатываем операции на миллионы долларов — сделки, которые ранее неизбежно вызывали постоянное «кровотечение» рынка.

После снятия «потолка» Monero в 600 долларов все еще недооценена. По крайней мере сейчас рынок сможет по-настоящему определить её стоимость.

Процесс ценообразования наконец стал возможным, и именно Wagyu обеспечивает этот переход.