Нужен ли DeSci Pump? На примере кризиса в фармацевтической отрасли

Оригинал:Decentralised.co

Перевод: Yuliya, PANews

Наука всегда была величайшим катализатором человеческого прогресса. Однако сегодня, когда упоминается слово "наука", люди часто реагируют скептически. Когда заголовки proclaim "наука показывает...", это скорее вызывает насмешку, чем настоящий интерес. Это растущее разочарование не беспочвенно —— наука все чаще становится маркетинговым термином, разбавленным корпоративными интересами и отклоняющимся от своей фундаментальной цели продвижения человеческих знаний и благополучия.

Децентрализованная наука (DeSci) как новая парадигма обещает восстановить научные исследования на более прочном фундаменте. В настоящее время проекты DeSci в основном сосредоточены на фармацевтической сфере, что является одним из низко висящих фруктов для улучшения важнейшего ресурса человечества —— здоровья.

Кризис финансирования научных инноваций

Традиционная система финансирования науки пришла в упадок. Академические исследователи тратят до 40% своего времени на написание заявок на гранты, при этом уровень успеха составляет менее 20%. По мере сокращения федерального финансирования частное финансирование растет, но сосредоточено в руках крупных корпораций.

Фармацевтическая отрасль превратилась в игру с высокими ставками, неблагоприятную для инноваций. Рассмотрим такую реальность: из 10 000 обнаруженных соединений только 1 успешно выходит на рынок. Этот процесс исключительно жесток. Только 10% препаратов, входящих в клинические испытания, получают одобрение FDA, весь процесс занимает до 15 лет, а стоимость каждого успешного препарата превышает 2,6 миллиарда долларов.

В 1990-е годы централизация фармацевтической промышленности казалась благом —— она принесла эффективность, оптимизировала цепочки поставок и позволила быстро масштабировать открытие лекарств. Однако эта точная машина, изначально бывшая двигателем инноваций, превратилась в узкое место, где те же самые участники阻碍ствуют прогресс для сохранения монополии, что приводит к резкому росту затрат.

В текущей модели биотехнологический стартап должен потратить годы на поиск финансирования от NIH для ранних открытий, а затем собрать 15 миллионов долларов раунда финансирования серии A для перехода к доклиническим испытаниям. Если успешно, он лицензирует интеллектуальную собственность крупной фармацевтической компании, которая инвестирует более 1 миллиарда долларов в клинические испытания и коммерциализацию.

Именно здесь искажаются стимулы. Крупные фармацевтические компании больше не сосредоточены на революционных новых методах лечения, а освоили более прибыльную игру: манипулирование патентами. Стратегия проста: когда патент на прибыльный препарат即将 истекает, подаются десятки вторичных патентов на незначительные модификации —— новые способы доставки, слегка измененные формулы или даже просто новое применение того же препарата.

Возьмем, к примеру, противовоспалительный препарат Хумира от AbbVie. На протяжении многих лет Хумира была одним из самых продаваемых препаратов в мире с годовым доходом более 20 миллиардов долларов. Ее оригинальный патент истек в 2016 году, но AbbVie подала более 100 дополнительных патентов, чтобы препятствовать конкуренции дженериков. Эта юридическая операция отложила выход доступных аналогов на рынок, costing пациентам и системе здравоохранения миллиарды долларов.

В недавних дебатах по DeSci между Tarun Chitra и benjels был поднят вопрос о застое фармацевтических инноваций и цитировался закон Эрума (обратная сторона закона Мура).

Эти практики отражают более крупную проблему: инновации захвачены мотивом прибыли. Фармацевтические компании вкладывают ресурсы в тонкую настройку существующих препаратов —— внесение незначительных химических изменений или поиск новых механизмов доставки —— не потому, что это приносит значительную пользу для здоровья, а потому, что это позволяет получить новые патенты и продлить период прибыльности.

Наука на правильной траектории

Тем временем глобальное исследовательское сообщество, полное талантов и креативности, остается исключенным из этого процесса. Молодые исследователи ограничены недостаточным финансированием, бюрократией и культурой "публикуйся или исчезни", которая ценит сенсационность выше значимых исследований. В результате орфанные заболевания, забытые тропические болезни и ранние exploratory исследования серьезно недофинансированы.

DeSci по своей сути является механизмом координации. Он объединяет человеческий капитал со всего мира —— биологов, химиков, исследователей, позволяя им синтезировать, тестировать и итерировать без依赖 традиционных институтов. Модель финансирования также переосмыслена. Децентрализованные автономные организации (DAO) и токенизированные стимулы заменяют государственное финансирование или корпоративное спонсорство, делая доступ к капиталу более демократичным.

Традиционная фармацевтическая цепочка поставок — это жесткий, изолированный процесс, доминируемый несколькими гейткиперами. Она обычно следует линейному пути: централизованная генерация данных, открытия в закрытых лабораториях, дорогостоящие испытания, эксклюзивное производство и ограниченное распределение. Каждое звено оптимизировано для прибыли, а не для доступности или сотрудничества.

В отличие от этого, DeSci внедряет цепочку открытого сотрудничества, переосмысливая каждый этап, делая участие более демократичным и ускоряя инновации. Это проявляется в следующих аспектах:

1. Данные и инфраструктура

Традиционная модель: Данные являются проприетарными, разрозненными и часто недоступными. Исследовательские институты и фармацевтические компании накапливают наборы данных для сохранения конкурентного преимущества.

Модель DeSci: Платформы объединяют и демократизируют доступ к научным данным, создавая основу для прозрачного сотрудничества.

Пример: yesnoerror использует AI для проверки математических ошибок в опубликованных работах, повышая воспроизводимость и достоверность исследований.

2. Открытия и исследования

Традиционная модель: Открытия происходят в закрытых академических или корпоративных лабораториях, ограниченных приоритетами финансирования и вопросами интеллектуальной собственности.

Модель DeSci: DAO напрямую финансируют ранние исследования, позволяя ученым исследовать прорывные идеи без институциональной бюрократии.

Пример: VitaDAO собрала миллионы долларов для финансирования исследований долголетия, поддерживая проекты по старению клеток и открытию лекарств, которые иначе难以获得 финансирование. HairDAO — это коллектив исследователей и пациентов, записывающий опыт лечения выпадения волос различными соединениями.

3. Рынки

Традиционная модель: Контролируется посредниками. Исследователи зависят от традиционных издателей, конференций и сетей для обмена открытиями и доступа к ресурсам.

Модель DeSci: Децентрализованные рынки соединяют исследователей с финансированием и инструментами в глобальном масштабе.

Пример: Bio Protocol предоставляет исследователям платформу для создания BioDAO —— этих DAO, посвященных исследованию новых соединений, обеспечению постоянного финансирования для новых биотехнологических активов и предоставлению ликвидного рынка для токенизированной IP. По сравнению с областью AI-агентов, Bio можно рассматривать как Virtuals мира DeSci.

Big Pharmai, являясь аналогом ai16z, запустил токены для инвестирования в DeSci на Daos.fun. Их AUM превысил 1 миллион долларов, и они планируют запустить собственный фреймворк Bio-агентов.

4. Эксперименты и валидация

Традиционная модель: Доклинические и клинические испытания дорогостоящи и обычно ограничены крупными фармацевтическими компаниями. Прозрачность минимальна, неудачи часто скрываются.

Модель DeSci: Платформы децентрализуют испытания, обеспечивая глобальное участие и финансирование через токены.

Пример: Pump Science использует кривые связывания для краудфандинга экспериментов по долголетию, продвигая соединения от тестов на червях к плодовым мушкам и затем к крысам, в конечном итоге достигая коммерциализации.

Медицинские исследователи могут submitting предложения по исследованию лекарств на Pump Science, платформа помогает тестировать эти лекарства на червях и транслирует результаты экспериментов в реальном времени на фронтенд платформы. Пользователи могут спекулировать на токенах, представляющих эти лекарства. Два популярных токена, Rif (Рифампицин) и URO (Уролитин A), тестируются на червях, и если будет обнаружено, что они продлевают жизнь, эти соединения перейдут к стадии коммерциализации, и держатели разделят прибыль.

Результаты этих испытаний записываются и транслируются в прямом эфире на Pump.science

5. IP и монетизация

Традиционная модель: Интеллектуальная собственность заблокирована в патентных монополиях, создавая барьеры для инноваций и завышение цен на лекарства. Патентование новых соединений дорого и мучительно сложно.

Модель DeSci: Протоколы токенизируют IP, позволяя исследователям прозрачно делиться и монетизировать открытия.

• Пример: IP-фреймворк Molecule позволяет исследователям финансировать проекты, разделяя права IP на NFT и токены, согласовывая стимулы между учеными и инвесторами. Однако эта модель все еще находится на ранней стадии. Лишь немногие исследователи провели эксперименты по токенизации своего IP, и трудно оценить, как прибыль будет поступать держателям при коммерциализации IP. Кроме того, для обеспечения полной защиты IP исследователям, возможно, все еще потребуется регистрация в традиционных государственных органах.

BioDAO через фреймворк Molecule уже держит токенизированных IPT на сумму более 33 миллионов долларов

Проблемы подотчетности

DAO сталкиваются с дилеммами в координации сложных задач и поддержании подотчетности —— немногие DAO демонстрируют устойчивый успех в управлении долгосрочными проектами. DeSci сталкивается с еще большими вызовами: ему требуется координация исследователей для решения сложных проблем, соблюдение сроков исследований и поддержание научной строгости без надзора традиционных институтов.

Традиционная наука, несмотря на свои недостатки, установила механизмы рецензирования и контроля качества. DeSci должен либо улучшить эти системы, либо разработать совершенно новые рамки подотчетности. Учитывая высокие риски, связанные с медицинскими исследованиями, этот вызов особенно серьезен. Неудачный проект NFT может привести к потере денег, но неправильно проведенное медицинское испытание может поставить под угрозу жизни.

Критики утверждают, что DeSci — это просто спекуляция —— не более чем игра в трейдинг. Это утверждение не совсем ошибочно. История показывает, что новые технологии часто проходят через период борьбы, прежде чем добиться прорывного успеха и захватить воображение общественности. Так же, как AI-агенты получили мейнстримное внимание через такие проекты, как aixbt, DeSci, возможно, также нуждается в решающем моменте, чтобы изменить восприятие людей.

Будущее может не развиваться完全 в том направлении, которое envisage сторонники DeSci. Возможно, дело не в полной замене традиционных институтов, а в создании параллельных систем,推动 инновации через конкуренцию. Или, возможно, в finding特定 ниш —— таких как исследования орфанных заболеваний —— областей, где традиционные модели уже потерпели неудачу.

Представьте мир, где выдающиеся умы не ограничены границами или бюджетами, посвящая себя решению величайших медицинских вызовов человечества —— прорывы в китайских лабораториях могут быть мгновенно проверены в Сингапуре и масштабированы в Сан-Паулу.

Пионеры шаг за шагом строят это будущее. Возьмем, к примеру, Bryan Johnson —— этот независимый биохакер экспериментирует с использованием лекарств не по назначению и нетрадиционными терапиями. Хотя его методы могут вызывать беспокойство у традиционалистов, он представляет дух DeSci: эксперимент прежде контроля доступа.