Конспект подкаста | Беседа с братьями Уинклвосс: Zcash — это «зашифрованный биткоин», чем мощнее ИИ, тем дороже приватность

Подготовка и перевод: TechFlow

Вступление TechFlow: Сооснователи Gemini Кэмерон и Тайлер Винклевоссы стали гостями подкаста Максима Десалё, начиная с инвестиционной концепции «цифрового золота» биткоина, заложенной в 2012 году, объяснили, почему в 2016 году они возглавили seed-раунд Zcash и почему сейчас специально учредили компанию Cypherpunk для регулярной покупки и майнинга ZEC. Основная гипотеза близнецов: биткоин решил проблему децентрализации валюты, но выставил каждую транзакцию на всеобщее обозрение; Zcash восполнил упущенный фрагмент приватности, став «зашифрованной версией биткоина».

На фоне ускоренного развития ИИ и квантовых вычислений, считают они, скорость ухудшения приватности финансовых данных в блокчейне будет только расти, поэтому Zcash становится защитным активом против ИИ и квантовых угроз в мире криптоактивов. Также они предлагают простую систему оценки: текущая капитализация ZEC составляет около 2% от рыночной стоимости биткоина; если ценность приватности достигнет 10% от капитализации BTC, то появится 5-кратный потенциал роста, цена одной монеты легко превысит 5000 долларов США, и откроется четкий путь к 10 000 долларов.

Гости: Кэмерон Винклевосс, Тайлер Винклевосс (сооснователи Gemini, ранние инвесторы в биткоин, основатели Cypherpunk)

Ведущий: Максим Десале

Источник выпуска: YouTube (https://www.youtube.com/watch?v=fezWpms2z3I)

Оригинальное название: Zcash Is Encrypted Bitcoin - The Winklevoss Twins

Дата выхода: 20 октября 2026 года

Ключевые тезисы

• Инвестиционная теория 2012 года — «цифровое золото»: Близнецы последовательно сопоставили девять характеристик биткоина и золота, и биткоин превзошёл золото по таким свойствам, как ограниченная эмиссия, портативность и делимость. Единственным пунктом, в котором он проигрывал, была приватность, которую тогда они недооценили.
• Лидирование в seed-раунде Zcash в 2016 году: инвестиционная теория не изменилась: Финансовая приватность — это насущная потребность. Иронично, но банковские переводы и наличные деньги обеспечивают более высокую приватность, чем транзакции в сети биткоина; Сатоши Накамото изначально планировал внедрить доказательства с нулевым разглашением в протокол биткоина, но тогда технология была слишком незрелой.
• Настоящее отделение денег от государства должно включать приватность: Если правительственная система тотального мониторинга может видеть каждую транзакцию, то децентрализация реализована лишь наполовину; приватность — это граница, где заканчивается власть государства и начинается свобода личности.
• ИИ и квантовые вычисления выступают катализатором для Zcash: ИИ полностью раскрывает публичность таких сетей, как биткоин; алгоритм Шора квантовых компьютеров угрожает эллиптическим кривым и электронным подписям биткоина, а Zcash по своей природе устойчив к квантовым атакам из-за принципа «нельзя взломать то, чего не видно».
• Фреймворк оценки: ориентир — капитализация биткоина: Рыночная капитализация ZEC составляет около $25 млрд, что лишь 2% от стоимости биткоина; если ценность приватности вырастет до 10% от капитализации BTC, потенциал составит 5x, цена одной монеты уверенно пробьёт отметку $5000, открывая ясный путь к $10 000.
• Циклы роста ZEC зависят не от халвинга, а от прорывов в ИИ: Катализаторами для Zcash являются такие технологические точки, как архитектура transformer или квантовые вычисления, а не четырёхлетние циклы халвинга; история биткоина только начинается, а история Zcash находится на самой ранней стадии.
• Война за приватность неизбежна: Правительство всегда движется только в одном направлении — к расширению полномочий; однако децентрализованную частную валюту нельзя отключить без остановки всего интернета. Аналогия с эпохи интернета: когда-то власти рассматривали шифрование как оружие и ограничивали его экспорт, но в итоге полностью перешли на HTTPS.
• Ответ на аргумент «скрывать мне нечего»: Анонимный выход биткоина от Сатоши Накамото, создание теории относительности Эйнштейном, работавшим в патентном ведомстве, повсеместная самоцензура в академической среде доказывают, что приватность питает не только личную безопасность, но и идейный рынок всего общества; приватность должна быть стандартом по умолчанию, а публичность — осознанным выбором.

Ключевые цитаты

• «Приватность — это линия, где заканчивается государство и начинается ты. Границы твоей личной свободы и суверенитета имеют критическое значение.»
• «Шифрование — это мирная и ненасильственная версия Второй поправки.»
• «Если вы оптимистично смотрите на будущее ИИ, вы обязаны поддерживать Zcash, даже если ещё этого не осознаёте. Чем быстрее развивается ИИ, тем стремительнее деградирует твоя финансовая приватность, а Zcash решает именно эту проблему.»
• «Вы не можете взломать то, что скрыто от вас.»
• «Zcash не строится с нуля, он стоит на плечах гигантов. Это форк биткоина, приватный биткоин, зашифрованный биткоин.»
• «Биткоин — это HTTP, веб 1.0: когда вы покупаете авиабилет, вы отправляете данные карты открытым текстом. Zcash — это HTTPS, защищённые SSL и TLS. Раньше правительство сопротивлялось шифрованию, но в итоге развернулось на 180 градусов и потребовало обязательного использования HTTPS для всех государственных сайтов.»
• «Вопрос не в том, придёт ли война, а в том, когда она начнётся. Но децентрализованную валюту практически невозможно заблокировать, если только вы не отключите интернет целиком.»

Основной текст интервью

1. 2012 год: инвестиционная концепция «цифрового золота»

Максим: Вы купили биткоин уже в 2012 году. Какова была ваша инвестиционная логика тогда?

Кэмерон и Тайлер: Логика 2012 года умещается в одну фразу: цифровое золото. Мы последовательно сравнивали характеристики биткоина и золота. Что касается предложения: золото редко встречается, но его точное количество не фиксировано, и оно продолжает добываться ежегодно; у биткоина жёсткий лимит в 21 миллион монет, который никогда не будет увеличен, каким бы ни был спрос. По этому параметру ничья, а в некоторых аспектах биткоин даже лучше.

Максим: Помимо предложения, какие ещё есть параметры?

Кэмерон и Тайлер: Портативность. Золотые слитки тяжёлые, это та самая «проблема»: теоретически можно ограбить Федеральный резерв, но вам понадобится грузовик, чтобы его нагрузить, а затем найти способ вывезти металл из города — транспортировка больших объёмов золота крайне затруднительна. Биткоин куда легче. Биткоин также выигрывает по делимости. Тогда мы составили таблицу с девятью характеристиками и пришли к выводу, что биткоин превосходит золото во всём.

Максим: Тогда в каком пункте биткоин проигрывает?

Кэмерон и Тайлер: Приватность. Когда у вас на руках золотой слиток, никто об этом не знает, кроме вас; с биткоином всё иначе. Тогда мы недостаточно оценили этот фактор, а именно он стал отправной точкой для всего остального. Кроме того, нужно прояснить длительное заблуждение: биткоин часто называют инструментом для преступников, но на самом деле это публичный реестр с возможностью аудита, записи в которых сохраняются навсегда — одно из самых неподходящих мест для незаконных операций.

Максим: С технической точки зрения, в чём особенность биткоина?

Кэмерон и Тайлер: Он работает подобно электронной почте, будучи первой валютой, рождённой для интернета. Слово Bitcoin описывает две вещи: это протокол с большой буквы B и цифровой актив с маленькой буквы b. Оно кардинально отличается от банковских переводов (wire transfer) и систем вроде ACH, поскольку имеет интернет-происхождение. Именно тогда мы осознали это: это «интернет валюты». Более того, валюта является крупнейшей социальной сетью в истории человечества.

2. 2016 год: лидерство в seed-раунде Zcash — финансовая приватность как норма

Максим: Через четыре года вы участвовали в seed-раунде Zcash. Какова была ваша инвестиционная философия тогда?

Кэмерон и Тайлер: Полностью такая же, как и сегодня: финансовая приватность чрезвычайно важна. Существует парадоксальный факт: приватность, которую обеспечивает биткоин, на деле уступает традиционной финансовой системе. Когда я перевожу вам деньги через банковский перевод, никто, кроме банка, вас и меня, не видит движения этих средств — это намного приватнее, чем on-chain транзакции в биткоине; наличными ещё приватнее. Именно эту ключевую проблему и призван решать Zcash.

Максим: Почему приватность заслуживает внимания как центральная проблема?

Кэмерон и Тайлер: Потому что она необходима для свободного и открытого общества. Я считаю, что если бы технология доказательств с нулевым разглашением была бы более развитой, Сатоши Накамото обязательно включил бы её в исходный протокол биткоина. Он действительно обсуждал нулевые разглашения, но тогда эта технология была слишком новой и громоздкой, чтобы поместиться в блок. Как если бы в эпоху зарождения интернета уже существовал протокол денежных переводов поверх IP — TCP/IP, вероятно, изначально имел бы встроенный платёжный слой.

Максим: Значит, вы считаете, что Zcash восполняет незавершённую часть биткоина?

Кэмерон и Тайлер: В аннотации к whitepaper сказано «электронные деньги», но строго говоря, биткоин не является деньгами, потому что наличные не оставляют следа. Наличные центризованы, но приватны; биткоин децентрализован, но публичен. Zcash замыкает эту дугу: он децентрализован и приватен. Именно это и представляет собой настоящие электронные деньги, полностью соответствующие духу cypherpunk.

3. Разделение денег и государства обязано включать приватность

Максим: Вы часто говорите о «разделении денег и государства». Как это связано с приватностью?

Кэмерон и Тайлер: Правительства уже очень давно используют валюту для манипуляции населением: валютный контроль, гиперинфляция — всё это инструменты, поэтому разделение денег и государства крайне важно. Однако, если вы просто decentralize валюту, но при этом правительство использует тотальный надзор, чтобы отслеживать каждую транзакцию, то разделение выполнено лишь наполовину — вы просто переехали в стеклянный дом. Настоящее разделение означает, что эти средства остаются приватными.

Максим: Как вы определяете приватность?

Кэмерон и Тайлер: Приватность — это граница, где заканчивается государство и начинается личность. Твоя индивидуальная свобода и личный суверенитет базируются именно на этой границе. Мы видим её в праве собственности и в Четвёртой поправке, которая запрещает правительствам необоснованные обыски и арест имущества. Это также различие между гражданином и подданным.

Максим: Есть ваше утверждение, которое связывает шифрование с правом на носение оружия.

Кэмерон и Тайлер: Да, шифрование — это мирная и ненасильственная альтернатива Второй поправке. Среди ценностей создателей страны приватность, личный суверенитет, право собственности и та граница безопасности вокруг ваших денег имеют первостепенное значение. Расширение государственной власти происходит только в одну сторону — навстречу контролю, и оно никогда не возвращается назад самостоятельно. Фридрих Хайек говорил, что нет ничего более постоянного, чем временные государственные меры, поэтому бдительность необходимо сохранять всегда.

4. ИИ и квантовые вычисления — не угроза, а катализатор для Zcash

Максим: С развитием ИИ и квантовых вычислений ваши взгляды на Zcash изменились?

Кэмерон и Тайлер: Я называю их акселераторами. ИИ полностью обнажит публичность публичных цепочек без приватности, таких как биткоин, фактически давая мощный импульс всем инструментам ончейн-аналитики.

Максим: А что насчёт квантовых вычислений? Многие считают их катастрофой для криптоактивов.

Кэмерон и Тайлер: Прогресс квантовых вычислений сделает биткоин ещё менее безопасным, так как он не обладает стойкостью к алгоритму Шора. Шор — это квантовый алгоритм, способный ускорить взлом RSA и эллиптических кривых (ECDSA), которые лежат в основе криптографии биткоина. Zcash иной: он стоек к алгоритму Шора, потому что невозможно взломать то, чего не видно. Пока вы используете shielded pool, например, после обновления Ironwood, никакая сила ИИ не сможет мониторить эти данные.

Максим: Каков ваш вывод?

Кэмерон и Тайлер: Если вы оптимистично смотрите на развитие ИИ, вы обязаны делать ставку на Zcash, даже если пока этого не осознаёте. Уверенность в постоянном ускорении ИИ означает непрерывную деградацию вашей финансовой приватности, а Zcash решает именно эту проблему. Я никогда не рассматриваю Zcash как отдельную торговую сделку; это обратная сторона медали ИИ. Чем круче график роста ИИ, тем дороже становится приватность. Если вы ищете хеджирование против ИИ или квантовых угроз в криптопространстве, это однозначно Zcash.

5. Место биткоина: публичность и аудит иногда становятся преимуществом

Максим: При наличии Zcash каково место биткоина? Кто-то утверждает, что если бы биткоин появился позже Zcash, им никто бы не пользовался.

Кэмерон и Тайлер: В определённых сценариях возможность публичной проверки и аудита является скорее характеристикой преимущества, чем дефектом. Существуют организации, готовые заявить: «Вот наш адрес биткоина, посмотрите баланс, нам не нужно предоставлять пояснения — проверьте запись в блокчейне напрямую». Поэтому центральные банки или отдельные институциональные держатели активов могут сознательно стремиться к такой прозрачности. Более того, биткоин вряд ли исчезнет: он запустил всю революцию и имеет почти двадцатилетнюю историю. Для многих наличие надёжного инструмента хранения стоимости с жёстко ограниченным предложением — это уже всё, что нужно.

Максим: Как тогда распределяются сферы применения?

Кэмерон и Тайлер: Если вы планируете активно использовать их для транзакций и в роли наличных, наиболее вероятный сценарий: конвертация биткоина в Zcash, проведение операции обмена, обратная конвертация в биткоин. История биткоина для многих только начинает свой путь, а история Zcash находится на самой ранней, почти начальной стадии.

6. Фреймворк оценки: какой процент от капитализации биткоина должен составлять ZEC

Максим: Где окажется Zcash через пять или десять лет? Повторит ли он многократные циклы роста биткоина?

Кэмерон и Тайлер: Первой крупной вехой биткоина стало банковское банкротство на Кипре, когда вкладчиков с суммой свыше 100 000 евро принудительно конвертировали в акции («стрижка»), а депозиты были изъяты. В тот момент многие даже не持有 биткоин, но прекрасно осознали важность децентрализованной валюты, не выпускаемой правительством. U Zcash также случится похожий момент: какое-либо событие ярко продемонстрирует необходимость финансовой приватности.

Максим: Будет ли соблюдён четырёхлетний цикл?

Кэмерон и Тайлер: Не уверен. Прогресс Zcash скорее будет тесно коррелировать с развитием ИИ, а не с процессом халвинга. Четырёхлетнее сокращение вознаграждения за блок может оказаться значительно менее значимым, чем прорывы в моделях ИИ. Архитектура Transformer ещё не была изобретена в 2012–2014 годах, и катализаторы в виде ИИ и квантовых технологий тогда отсутствовали, поэтому сложно просто копировать графики биткоина. Мы сейчас находимся в неизведанных водах: в ближайшие пять лет ведущие лаборатории вложат порядка одного триллиона долларов в центры обработки данных — это больше, чем прокладка оптоволокна для коммерческого интернета, больше, чем строительство железных дорог или телекоммуникационная революция. Это крупнейшая в истории инфраструктурная техническая кампания. Если это действительно катализатор для Zcash, масштаб этого драйвера колоссальный.

Максим: Как тогда проводить оценку Zcash?

Кэмерон и Тайлер: Самый простой способ — взять капитализацию биткоина за ориентир. Текущая рыночная стоимость ZEC составляет около $25 млрд, что примерно равняется 2% от стоимости биткоина. Вопрос сводится к следующему: сколько процентов от капитализации биткоина стоит приватность? Нам очень нравится биткоин, и мы не считаем, что он исчезнет, однако ценность приватности явно превышает 2%. Если допустить 10%, то появляется пятикратный потенциал роста. Цена одной монеты легко преодолеет отметку $5000, а чёткая траектория ведёт к $10 000.

Максим: Почему данный фреймворк — оценка через долю от капитализации биткоина — обоснован?

Кэмерон и Тайлер: Потому что многие не знают: Zcash является форком биткоина, это буквально приватный и зашифрованный биткоин. Он не строится с нуля, а стоит на плечах гигантов. У обоих одинаковый жёсткий лимит в 21 миллион монет и четырёхлетний цикл халвинга. Те, кто разбирается в биткоине, естественно понимают принципы Zcash. Изначально команда проекта мало акцентировала внимание на связи форка, но это знание крайне полезно для правильной оценки.

Максим: Можно ли провести параллель и с золотом?

Кэмерон и Тайлер: Абсолютно. Золото относительно редкое на Земле, но в космосе его полным-полно: на астероидах содержится золота на десятки триллионов долларов, которого хватает как песка. В отличие от него, сверх лимита в 21 миллион биткоина и ZEC невозможно добыть ни на одной другой планете. Мы озвучивали эту мысль несколько лет назад, и тогда её назвали излишне футуристичной. Сейчас даже Илон Маск говорит о космических дата-центрах, и общество начинает принимать идею: если уже можно строить ЦОД в космосе, почему бы не отправить зонды на астероиды и даже начать там горнодобывающую деятельность? Время на нашей стороне.

7. Cypherpunk: от покупки ZEC к ставке на весь сектор приватности

Максим: Больше года назад вы создали Cypherpunk. Оглядываясь назад, время выбрано невероятно удачно. На чём базировалось ваше решение тогда?

Кэмерон и Тайлер: Мы хотели предоставить людям удобный доступ к Zcash. Gemini запустила листинг ZEC ещё в 2018 году, став, вероятно, первым регулируемым биржевым площадкам, предлагающим этот актив. Мы всегда этим гордились и поддерживали проект. Однако многим инвесторам приходилось получать актив через производные финансовые инструменты в форме акций, поэтому мы начали крупную покупку самого ZEC, а затем расширили активность в сторону майнинга.

Максим: Значит, это не просто фонд, который хранит ZEC?

Кэмерон и Тайлер: Верно. Цель компании Cypherpunk — поддержать дух движения cypherpunks и инвестировать в технологии конфиденциальности. Начиная со спотовой торговли ZEC и майнинга ZEC, любые технологии, продвигающие приватность, попадают в поле нашего зрения: защита Первой, Второй и Четвёртой поправок, то есть самих фундаментальных американских ценностей.

8. Война за приватность: аналогия Flock-камер и перехода на HTTPS

Максим: В прошлом уже велась война против криптопроектов. Не начнётся ли сейчас война против приватности, например, в виде тотального внедрения камер Flock?

Кэмерон и Тайлер: Она неизбежно начнется. Вопрос не в том, состоится ли она, а в сроках. Zcash — это неприостановимая валюта конфиденциальности. Мы уже говорили то же самое про биткоин: остановить децентрализованную валюту крайне трудно, потребуется фактически перекрыть работу интернета целиком. Zcash ещё сложнее заблокировать, чем биткоин. Так что в этой войне мы победим, но, боюсь, нам придётся вести реальную борьбу.

Максим:你觉得 война уже идёт прямо сейчас?

Кэмерон и Тайлер: Если точнее, ведётся тихая, скрытая война. Многие люди совершенно не понимают суть работы камер Flock, путая их с обычными фотофиксаторами нарушений скоростного режима. Принципиальная разница огромна: вторые активируются по срабатыванию датчика, фиксируя только нарушение; первые же не требуют никаких триггеров, работают круглосуточно и фотографируют не только номера машин, но и сами автомобили, людей и обычные передвижения законопослушных граждан. Все данные стекаются в централизованную базу, откуда ИИ анализирует маршруты. Централизованные данные являются легкой мишенью для атак. Навряд ли хороший финал ожидает правительство, которое аккумулирует абсолютные геоданные всего населения.

Максим: Есть ли в истории исторический прецедент, похожий на эту ситуацию?

Кэмерон и Тайлер: В ранние годы интернета администрация США попыталась контролировать шифрование как военную технику, совершив грубую ошибку. Позже наконец осознали, что без шифрования невозможен процветающий интернет, и развернулись на 180 градусов, предписав всем государственным ресурсам использовать протокол HTTPS. Если применить эту логику к деньгам: биткоин напоминает HTTP, веб 1.0 — когда вы бронируете билет, вы открыто передаете данные кредитной карты, и любую информацию о вас может прочитать третий; Zcash представляет собой HTTPS, используя стандарты шифрования SSL и TLS.

Максим: То есть вы считаете, что в конечном итоге правительства примут эту реальность?

Кэмерон и Тайлер: Скорее всего, будет оказано сопротивление, затем стороны поймут, что отключить Zcash можно только остановив интернет, и в итоге примут эту реальность. Возможно, даже начнут советовать гражданам использовать шифрование для защиты своих активов, пусть и внутренне недовольные этим. Фактически только во Франции в этом году зафиксировано около 40 случаев «wrench-атак» (физического принуждения владельцев криптовалют). Публичность блокчейна означает, что каждый держатель токенов становится ходячей мишенью. Как открытое состояние капитала, так и централизованные базы данных мониторинга одинаково опасны для обычных граждан.

Максим: Технически заблокировать их действительно невозможно?

Кэмерон и Тайлер: Крайне сложно. Еще раньше люди печатали ключи PGP на бумаге, утверждая, что это защищает их свободу слова, и использовали этот метод для обхода ограничений. Децентрализованную валюту с функцией приватности остановить практически нереально.

9. «Скрывать мне нечего»: ответ Сатоши и Эйнштейна

Максим: Самый распространенный ответ про приватность звучит так: «Мне скрывать нечего». Как вы это парируете?

Кэмерон и Тайлер: Тогда почему Сатоши Накамото оставил анонимным документ под названием whitepaper? Потому что подобные идеи рискованны, и он прекрасно понимал, что раскрытие своей личности поставило бы под удар его личную безопасность. Интересно, что биткоины, полученные им на ранних этапах майнинга, не двигались с кошелька вплоть до настоящего времени, ведь их активация могла бы обернуться большей опасностью.

Максим: Можно привести другие примеры?

Кэмерон и Тайлер: Если вернуться на несколько веков назад, теория Коперника о вращении Земли вокруг Солнца казалась в ту эпоху крайне опасной идеей. Возьмем пример ближе к нам: множество новаторских мыслей Эйнштейна, бросающих вызов устоявшимся догмам, были написаны, когда он работал клерком в патентном управлении в Берне, вне университетской системы. Ему не нужно было бояться оскорбить профессоров, сталкиваться с административным давлением при назначении tenure или подвергаться политическому давлению. Оказавшись вне этой структуры, он получил пространство для свободной мысли и защиту от политических репрессий.

Максим: То есть ценность приватности распространяется не только на самого субъекта?

Кэмерон и Тайлер: Безусловно. Возможно, лично вам приватность и не кажется необходимой, но вы точно хотите, чтобы люди вроде Сатоши обладали ею, ведь они способны изобрести нечто, приносящее пользу всему обществу. Приватность питает интеллектуальное любопытство, передовые открытия и идеи, бросающие вызов статусу-кво. Как отмечал Сноуден, касаясь свободы слова: возможно, у вас и правда нет ничего секретного, но свободный идейный рынок бесценен для каждого, так как он порождает более здоровое общество, новые инновации и даже тот смартфон iPhone, которым вы пользуетесь.

Максим: Еще один аспект — это самоцензура.

Кэмерон и Тайлер: Посмотрите на современный академический мир: сколько профессоров и интеллектуалов вынуждены цензурировать свои собственные убеждения исключительно из страха быть «отмененными» за неверное слово. Вот почему приватность должна стать стандартом по умолчанию. Люди, желающие публичности, могут сделать это осознанно, но режим «всеобщей открытости» категорически не подходит современному миру.

Максим: Приватность еще меняет качество дискуссий?

Кэмерон и Тайлер: Именно. Оно заставляет участников возвращаться к сути аргументов. Допустим, Сатоши не беспокоился о безопасности, но вы имеете дело только с исходным кодом. Вы не можете переходить на личность автора, смешивая человека и его идеи, а вынуждены фокусироваться исключительно на концепции. Это мощнейший инструмент: мы должны дискутировать не о том, кто скрывается за мнением, а непосредственно о самой идее, фактах и ее ценности. Приватность возвращает диалог к его истинному предназначению.