Эксклюзивное интервью с генеральным директором Move Industries Torab Torabi: как Movement восстанавливает доверие после скандала с маркетмейкерами?

Автор: TechFlow 

Введение

В декабре 2024 года в первый же день листинга токен Movement (MOVE) столкнулся с масштабной распродажей со стороны маркет-мейкера Web3Port, который распродал 66 миллионов токенов, создав давление на продажу на сумму около 38 миллионов долларов. Капитализация токена временно рухнула с 3 миллиардов долларов до отметки менее 500 миллионов.

Последовавшее расследование выявило контракт маркет-мейкера, который внутренний юрист назвал «худшим из когда-либо виденных соглашений» — компания под названием Rentech, практически не имеющая публичной информации, выступала в документе одновременно как дочерняя структура Web3Port и агент Фонда Movement.

В мае 2025 года, после внутренних проблем в Movement Labs и увольнения Руи Манче, была создана новая независимая компания Move Industries, которая на условиях строгого рыночного ценообразования (arm’s length) приобрела часть команды Labs и назначила Тораба Тараби своим генеральным директором.

Что этот кризис означает для Movement? Как новое руководство планирует разобраться с последствиями? Как будет реализована ценность токена MOVE? Отвечая на эти вопросы, TechFlow взял интервью у действующего CEO Move Industries Тораба Тараби.

Часть 1: Новая глава Movement — бренд, роли и стратегия

TechFlow: Спасибо за готовность взять интервью. Прежде всего, могли бы вы представиться нашим читателям?

Torab: Меня зовут Тороб, я один из основателей Movement, а недавно стал генеральным директором вновь созданной компании Move Industries. До этого я работал в Кремниевой долине, занимаясь ростом продаж через анализ данных мобильных приложений в Salesforce и Sensor Tower.

Примерно пять лет назад я перешел в криптоиндустрию на полную ставку. Тогда я работал над крупнейшим DeFi-протоколом Marinade на сети Solana, где действительно освоил все тонкости криптографии и блокчейна, особенно в сфере DeFi.

Затем я участвовал в проекте стейблкоина, который, в итоге, провалился — если смотреть сейчас, это было сделано слишком поздно. Я присоединился к команде Movement около двух с половиной лет назад, став одним из основателей. Прошло уже примерно девять месяцев с тех пор, как я занял эту новую роль, и впечатления отличные.

TechFlow: Недавно ты стал CEO Move Industries. Какие самые значительные изменения произошли в твоей повседневной работе? Как изменился твой стиль руководства при переходе от руководителя по BD/росту к позиции CEO?

Torab: Изменения были существенными с самого начала. Раньше тебе нужно было взаимодействовать только с внешним миром, но как CEO, ты должен управлять интересами как внутренних, так и внешних стейкхолдеров. Плюс управление отношениями с инвесторами, чем я ранее вообще не занимался. Для меня это был отличный опыт обучения.

Я быстро понял, что предыдущая должность возлагала на меня огромную ответственность, но не давала реальной власти принимать решения. Я часто приводил такой пример: это все равно что быть приемным родителем — на тебя сваливаются все родительские обязанности, но нет авторитета. Шутя говоря, ты даже права повышать голос на детей не имеешь.

Теперь же как CEO я способен вести команду и принимать окончательные решения. Главное отличие — мы перешли от роли пассажиров к водителям. Но для меня самым большим достижением стало то, что нам удалось сохранить большую часть команды разработчиков и инвесторов.

TechFlow: После того как Руи Манче ушел в отставку из-за скандала с преимуществами для маркет-мейкеров, ты сразу же основал Move Industries. Какой основной фактор стоял за этим решением? Почему выбрано именно название «Move Industries» — есть ли здесь глубокий смысл?

Torab: Когда возникла проблема, первым делом ее нужно признать, понять, как до этого докатились, и создать механизмы, чтобы такого больше не повторялось. Мы начали с удаления того самого маркет-мейкера. Сейчас мы сотрудничаем только с ведущими игроками рынка, получившими профессиональное одобрение и доверие бирж.

Многие задаются вопросом, как изначально происходил рост Movement? Ответ всегда был и остается одним — сообщество. За счет тесного сотрудничества с участниками сообщества по всему миру.

Мы запустили программу «Глобальные хабы» (Global Hubs) и будем сосредоточены на этом направлении в процессе восстановления доверия. Доверие сложно завоевать, но восстановить еще сложнее. У нас оно было, оно разрушилось, и сейчас мы занимаемся именно его восстановлением. Это было нашим главным приоритетом последние несколько месяцев.

Что касается названия Move Industries — оно отражает формирование целой отрасли вокруг языка Move: инфраструктура, приложения, инструменты для разработчиков и процветающая экосистема. «Industries» символизирует масштаб, зрелость и долгосрочные обязательства. Оно также говорит о том, что речь идет не об одной компании или одном человеке, а о движении, объединяющем разработчиков, строителей проектов и пользователей вокруг выдающейся технологии.

TechFlow: Как CEO, какую лидерскую модель ты считаешь необходимой для Movement на данном этапе? С какими ключевыми шагами ты планируешь обратиться к сообществу, чтобы восстановить и укрепить доверие?

Torab: Во-первых, речь не о внедрении чего-то нового. Я продолжаю идеологию, в которую верил еще с момента присоединения к Movement. Я пришел в криптоиндустрию потому, что увидел финансовую систему, открытую лишь для узкого круга лиц.

Моим главным «озарением» стал момент, когда я смог заложить активы в Solana, чтобы занять USDC или USDT. Я подумал: «Невероятно, я могу купить машину, не продавая свои активы». Затем я начал изучать вопрос и понял, что так играют богачи. Возьми Илона Маска или Джеффа Безоса… Обычно они не продают акции, а берут кредиты под них в залог. Я спросил себя: «Почему обычный человек лишен этой возможности?»

Криптоиндустрия позволяет людям по всему миру, даже тем, у кого нет банковских счетов, получать финансовые услуги на миллионы долларов (при условии наличия достаточного залога). Мой вопрос состоял в том: как донести это до остальных людей мира? Именно поэтому я пришел в Movement и именно это я хочу построить.

Недавно мы объявили о создании Move Alliance, чтобы строители проектов могли расти вместе с Movement.

Одна из главных проблем большинства экосистем: создатели хотят, чтобы сеть работала хорошо, иначе их проект не взлетит, но экономически они не привязаны к самой сети. Move Alliance — это беспрецедентный шаг. Ни одна экосистема раньше не делала такого, чтобы каждый строитель проекта обязался хранить токены экосистемы.

Когда токен MOVE достигнет своей справедливой стоимости, все участники экосистемы получат выгоду вместе с нами, а не будут конкурировать друг с другом за количество пользователей или комиссии, как раньше. На уровне мотивации мы теперь полностью синхронизированы.

Часть 2: Последние достижения и конкурентные преимущества

TechFlow: С момента создания Move Industries заявлялась ориентация на технологии и развитие сообщества как на ключевые принципы руководства. Какие конкретные шаги были предприняты в этих направлениях? Какие ключевые вехи или успехи можно отметить?

Torab: Во-первых, блокчейн — это технология. Моим первым шагом после назначения стал фокус на повышение производительности сети. Мы пригласили доктора Яна Яна Лиау, который сейчас занимает позицию нашего CTO. Он руководил платформой Move в Aptos и присутствовал еще с момента разработки языка программирования Move в Facebook, многие инструменты создала возглавляемая им команда. Он также является одним из мейнтейнеров исходного кода Libra.

Под руководством Яна мы внедрили обновление Monza, которое стало революционным. Мы снизили задержку с 12 секунд до 1 секунды, и эффект дал о себе знать мгновенно: TVL вырос на 61%, среднедневной объем торгов на DEX увеличился в 10 раз, TVL стейблкоинов утроился в 7 раз. Если до Monza у сети был всего один публичный узел, то после обновления их количество превысило 70, что дает разработчикам возможность по-настоящему развернуть руки и полноценно работать.

Мы обеспечили нулевое время простоя сети, ежедневно обрабатывая свыше 35 000 обменов, а экосистема уже развернула более 11 000 смарт-контрактов. Сеть стала по-настоящему работоспособной и готова конкурировать с лучшими блокчейнами отрасли.

Недавно мы объявили о переходе с уровня L2 на L1, а также оптимизировали технологический стек. Вместо разрозненных компонентов мы теперь, как суверенная сеть, обладаем полным стеком технологий. Мы контролируем каждый технический аспект, что способствует децентрализации сети Movement и управлении сетью. Что еще важнее, статус L1 предоставляет разработчикам фундамент для полной реализации потенциала языка программирования Move.

На современном рынке необходимо иметь четкую специализацию, поскольку универсальные L1-сети фактически мертвы.

TechFlow: Запуск Move Alliance стал для вас недавней ключевой вехой. Как механизм работает на практике? Как устроена система обратного выкупа (репо), обеспечивающая прозрачность и проверяемость в блокчейне? Какую роль ты ожидаешь от него в стимулировании роста экосистемы? Какие проекты уже присоединились к альянсу?

Torab: Почти каждая команда, активно развивающаяся в нашей экосистеме, приняла участие в программе Move Alliance. Думаю, частично это связано с тем, что стандартный подход текущего времени (сеть выпускает собственный токен, и каждая команда тоже эмитирует свой токен) просто не работает.

Зачем командам выпускать токены? Они хотят создать экономическое событие для себя и пользователей. Но что, если мы сможем подождать оптимального момента для эмиссии или вообще отказаться от нее?

Проанализировав потребности строителей проектов, мы предложили следующее: «А что, если вы будете использовать выручку для обратного выкупа токенов MOVE? Если вы разместите средства в своем казначействе, мы предоставим вам годовую доходность, сопоставимую с параметрами стейкинга».

Каждая команда альянса имеет показатели, основанные на KPI, которые обеспечивают их финансовую синхронизацию с целями Move Alliance.

Как это выглядит на практике? По сути, каждая команда альянса согласилась направлять от 50% до 100% полученной выручки на обратный выкуп токенов MOVE.

В первом квартале у каждой команды появится панель мониторинга для отслеживания всех операций, включая доходы и ежедневные покупки. Мы ожидаем, что команды в течение установленного периода будут направлять выручку на покупку MOVE и хранить приобретенные токены в своих сокровищницах.

Все эти действия будут полностью прозрачны для всего мира, так как они фиксируются в блокчейне. Мы внедрим панели мониторинга, чтобы любой желающий мог отслеживать и проверять эти процессы.

TechFlow: Говоря о репо, можешь поделиться дополнительными деталями текущей модели обратного выкупа MOVE и хода её реализации?

Torab: Когда новость о маркет-мейкерах всплыла в открытый доступ, Binance вернула нам 38 миллионов долларов с условием использования средств на обратный выкуп. Этот процесс задокументирован в открытых реестрах. Мы провели соответствующие операции, выкупив почти 2% от общего предложения токенов.

Сейчас у нас есть два резерва MOVE: один размещен в сети Ethereum (токен версии ERC-20), второй — непосредственно в сети Movement. Их совокупный объем составляет около 2% от общего предложения. Мы пока существенно не трогали эти средства, но планируем запустить операции в ближайшее время.

Что касается моделей обратного выкупа, они бывают разными. В случае Hyperliquid используется автоматизированный подход — ежедневно выделяется определенный процент на выкуп собственных токенов. Другие команды формируют финансовые резервы и стратегически направляют их, когда считают нужным. Я считаю, оба варианта имеют свои преимущества.

Однако, на мой взгляд, обратный выкуп — это краткосрочное решение. Главные вопросы, на которые должны ответить команды: в чем заключается реальная ценность токена? Как сделать его центральным элементом всей экосистемы?

Я вижу, что самая большая ошибка, которую допускают команды, — это эмиссия нескольких токенов в рамках одной цепи. Я люблю шутить, что женитьба на второй или третьей жене не сделает тебя хорошим мужем для первой. Именно этим занимаются некоторые фонды.

Для меня это совершенно необоснованно. Вы рассеиваете внимание аудитории и стоимость актива. С моей точки зрения, любая ценность, создаваемая командой, должна аккумулироваться в одном единственном токене.

В Movement я официально обязался никогда не эмитировать более одного токена от нашей команды. Вся создаваемая нами ценность (неважно, выпускаем ли мы сами продукт или сторонний) возвращается обратно в токен MOVE. Для меня это базовый этический принцип — не создавать лишние токены.

TechFlow: В сентябре этого года Movement анонсировал переход с L2 на автономную L1. Каковы основные стратегические причины этого решения? Считашь ли ты, что в нынешних условиях конкуренции у L1 больше возможностей для дифференциации, чем у L2? Какие конкретные изменения эта модернизация принесла проекту с технической и экосистемной точек зрения?

Torab: Первое — это производительность. Пользователя волнуют три вещи: скорость, низкая стоимость использования и удобство интерфейса. Децентрализация также важна для нас, но это постепенный процесс.

На начальных этапах уровень децентрализации будет ниже. Каждая сеть проходит схожую траекторию запуска: начинается с небольшой группы валидаторов, затем их число постепенно растет.

Но первичным фактором всегда остается производительность.

Наш главный приоритет состоял в том, чтобы сделать сеть высокодоступной, способной соревноваться с топ-блокчейнами. Мы добились этого, и это первая причина.

Вторая причина кроется в экономической модели. Получив статус L1, мы смогли активировать механизм стейкинга, что позволит держателям токенов MOVE участвовать в нем и получать вознаграждения.

Это порождает полезный побочный эффект. Учитывая наличие глобальных центров (сообществ энтузиастов и строителей проектов по всему миру, продвигающих язык Move и экосистему Movement), мы можем финансировать их мероприятия за счет наград стейкинга: например, для привлечения новых пользователей и просвещения касательно ценности нашей экосистемы. Все функционирует по принципу самодостаточной модели. Глобальные центры могут стейкать свои токены MOVE для сохранения финансовой синхронизации с Movement и получения награды. Эти средства затем направляются на поддержку локальных событий, таких как воркшопы для разработчиков, маркетинговые кампании и другие запланированные инициативы.

TechFlow: Movement позиционирует себя как «Блокчейн для людей» (Serving the People's Chain). Опираясь на эту философию, каким вертикальным сегментам или нишам экосистемы уделяется сейчас приоритетное внимание? Чего сообществу стоит ожидать в ближайшем будущем?

Torab: Как я уже упоминал, язык программирования Move создавался специально для обработки финансовых потоков. Фактически, это стало причиной его закрытия: корпорация Facebook хотела выпустить собственный стейблкоин, что вызвало опасения у правительства США относительно попытки заменить доллар.

Это и составляет основу ценностного предложения языка Move, почему мы недавно объявили о сотрудничестве с KAST. Мы уверены в их потенциале стать новой реальной банковской инфраструктурой в криптопространстве. Мы хотим заложить базу для их развития. В рамках этого партнерства мы проводим хакатоны и приглашаем различных разработчиков строить решения вокруг платформы.

Представьте себе торгово-развлекательный центр: чтобы он функционировал полноценно, там нужны рестораны, магазины, парковки и прочее. Мы стремимся создать целостную экосистему.

При этом я не люблю диктовать строителям проектов, что именно им создавать. Моя цель — сделать платформу более ориентированной на конечного потребителя и мобильные устройства. Именно поэтому мы объединили усилия с Replit для выпуска инструмента Move Builder Kit.

Replit является одной из ведущих облачных платформ для разработки. Они фокусируются на создании фронтенда и веб-приложений с поддержкой онлайн-редактирования кода, особенно мобильных приложений. Одна из причин данного стратегического партнерства заключается в предоставлении наших строителей проектов такими эффективными инструментами. Мы хотим стимулировать индустрию двигаться в сторону потребительского интерфейса и мобильного центра.

Доля мобильного трафика достигает 60%. Миллиарды людей имеют смартфоны, но не владеют ноутбуками. Отсутствие комплексной мобильной стратегии автоматически исключает огромную часть мирового населения из числа ваших пользователей.

TechFlow: В контексте обширной экосистемы языков программирования Move, где ты видишь текущее положение Movement? Sui и Aptos уже довольно зрелые проекты, какие фундаментальные конкурентные преимущества есть у Movement? К какой роли в этой картине ты стремишься в долгосрочной перспективе?

Torab: Один из вопросов заключается в том, воспринимают ли участники рынка различия между SVM, Move и EVM. Я лично считаю, что существенные различия существуют, и они имеют важное значение.

Если рассмотреть истоки Sui и Aptos, то большинство участников команды и основателей пришли из первоначального проекта Diem (ранее известного как Libra) в корпорации Facebook. Несмотря на впечатляющее происхождение и почтительное отношение к этому наследию, мое мнение расходится с общепринятым.

Фундаментальный дух криптовалют принципиально иной: это философия «создаем что-то для народа, самим народом». Наша команда обладает более сильным криптогенным бэкграундом. Весь мой карьерный путь связан исключительно с криптопространством. Даже несмотря на некоторый опыт работы в Web2, с самых ранних дней весь мой профессиональный путь проходил прямо в окопах децентрализованных финансов.

Я убежден, что это наше преимущество как команды. Строители отмечают нашу приземленность и практичность: оказавшись в экосистеме Movement, они чувствуют, что мы на одной волне и понимаем их боли. Вот первый аспект.

Второй фактор: мы никогда не выпустим другой токен. Любая ценность, генерируемая внутри нашей экосистемы, гарантированно возвращается обратно в токен MOVE. Это уникальная стратегия, сильно отличающая нас от конкурентов.

Третий момент: мы никогда не будем конкурировать с нашими партнерами-разработчиками. Создавая продукт, ты обязан задать себе вопрос: не мешаю ли я другим строить нечто подобное? Например, вспомните Deepbook на сети Sui или Decibel на Aptos — по сути, такие платформы соревнуются напрямую с собственными разработчиками. Этому в Move Industries точно не место. Мы поддерживаем авторов проектов, но никогда не запустим собственный продукт, идущий вразрез с нашими строителями. Это закреплено в нашей основе.

Часть 3: Индустриальный взгляд и рыночные прогнозы

TechFlow: Недавно в криптосообществе активно обсуждалась новость о запуске Nyx Group экс-соучредителем Movement Labs Руши Манче. Мнения разделились, но скептицизм превалирует. Не беспокоит ли тебя возвращение Руши в активную фазу, способное вновь вывести прошлогодние споры вокруг Movement в поле зрения общественности? Какой собственный взгляд на запуск Nyx Group? Учитывая тесное сотрудничество в прошлом, видишь ли ты в Nyx Group стратегию Руши по подготовке возвращения на передовую сцену?

Torab: Честно признаюсь, мы долгое время были полностью погружены в работу над проектом. Узнал я о новостях только тогда, когда об этом спросили мои инвесторы. Мой ответ был отрицательным.

По сути, люди любят противоречия и конфликтные темы, любые разногласия неизбежно привлекают внимание. Мне лично немного грустно оттого, что несмотря на наши невероятные успехи, кто-то продолжает затрагивать эти старые раны, хотя для нас это не имеет никакого практического значения.

У людей сложилась тенденция ассоциировать его имя с данным проектом, но наша команда просто усердно трудится. Я всегда шучу, что наш автомобиль оснащен только лобовым стеклом, зеркал заднего вида у нас отсутствует — мы смотрим исключительно вперед. Затронутый тобой вопрос меня никак не тревожит.

Конфликты останутся в прошлом, мы уже отошли от этой темы.

В течение практически всего этого года мы концентрировались исключительно на векторе будущего развития Movement, а не на том, где мы находились раньше.

К слову, моя главная точка энтузиазма сегодня: совсем недавно токен MOVE был добавлен в список ликвидностей крупнейшей на базе сети DEX — Aerodrome. Это значит, что MOVE станет доступен пользователям по всему миру через платформу Coinbase (за исключением резидентов Нью-Йорка). Вы обязательно увидите это в ближайшее время.

TechFlow: Последний вопрос. В преддверии завершения 2025 года, каковы твои ключевые прогнозы или ожидания в отношении рынка криптовалют на 2026 год?

Torab: Моя жена постоянно спрашивает меня: «Стоит ли мне купить биткоины?» Я отвечаю: «Думаю, да. Исторически цена биткоина стремится вверх». На что она замечает: «Ну и какой же это ответ? Ты работаешь в индустрии криптовалют, и даже не можешь спрогнозировать рост биткоина?». Я говорю ей: «Если бы я знал точный ответ на этот вопрос, я бы давно стал трейдером, а не строителем проектов».

Давать ценовые прогнозы я не берусь. Однако могу уверенно сказать, что мы станем свидетелями дальнейшего массового внедрения стейблкоинов. Появление новых сетей вроде Tempo и Plasma, позиционирующих себя как специализированные платежные дорожки, лишь подтверждает эту тенденцию.

Я полагаю, что на международном уровне произойдут крупные законодательные изменения, регулирующие деятельность американских стейблкоинов. Дуполия USDC и USDT на самом деле не выгодна другим странам: если население каждой державы перейдет на этот «цифровой доллар», она фактически займет позицию шорта по отношению к собственной национальной валюте.

Мы уже наблюдаем подобные процессы в Великобритании: там установлено правило обязательного декларирования при превышении определенного порога владения стейблкоинами. Считаю, что такое регулирование подтолкнет пользователей к использованию решений с повышенной конфиденциальностью.

Рост популярности privacy-монет, таких как Zcash и Monero, уже заметен. Верю, что в условиях ужесточения законов по стейблкоинам тренд на конфиденциальность и безопасность будет только усиливаться.

В конечном итоге я верю в возрождение той самой криптопанковской философии, которая заложила фундамент для запуска биткоина.