Добро пожаловать в золотой век создания активовых пузырей

Автор: Расид Саледдин

Перевод: TechFlow

Хороший спекулятивный пузырь хотя бы оставляет инфраструктуру.

А наши пузыри оставляют лишь скриншоты пиковых цен, да и то хуже, чем хотя бы одна дешёвая тюльпановая луковица (прим. TechFlow: во время голландского «тюльпаноманского» безумия XVII века этот ранний спекулятивный пузырь всё же имел реальный базис в виде самих луковиц). Такие пустые пузыри состоят лишь из воздуха, совершенно вне досягаемости регуляторов. И к тому же от них подсаживают.

Всё это существует в безумном мире, движимом влиянием инфлюенсеров и поведенческим фанатизмом, где эти восторженные самовлюблённые хвастуны гордятся тем, что их расхваливаемые ничтожные криптоактивы заставляют традиционных инвесторов чувствовать себя некомфортно.

Однако мы, похоже, добровольно позволяем инсайдерам каждый раз получать доход без риска, тогда как поздние участники в среднем получают лишь риск без вознаграждения и шанс, сравнимый с выигрышем в лотерею.

Когда новости становятся инвестициями

Маршалл Маклюэн однажды сказал: «Средство есть сообщение». Стрельба попадает в заголовки новостей, и уже через несколько часов крипто-трейдеры, нанявшие инфлюенсеров, выпускают мемкоин под названием RIPCharlieKirk. Это один из более чем десяти тысяч мошеннических проектов с именами «Charlie» или «Kirk». Токен стартовал 10 сентября с цены, близкой к нулю, а к закрытию торгов того дня оценивался почти в 5 миллионов долларов, после чего обрушился примерно до 1/15 от своего пика. Вот современный продукт: код для скриншота, без доходов, без ценности, всего лишь название и картинка в формате JPEG.

Источник: Pump.fun

Трейдер из Флориды Эван Рэднемейкер рассказал Bloomberg, что потратил 30 тысяч долларов на покупку RIPCharlieKirk, продал с убытком в 17 тысяч долларов, затем снова купил на подъёме и тоже потерял деньги.

Инициаторы и платные промоутеры зажгли фитиль, а рыночные настроения и социальные сети выполнили остальную работу. Большинство этих токенов уже обнулилось, многие исчезнут вовсе. Те, что чудом выжили, существуют благодаря «аддикции надежды» (hopium) и иллюзии невозвратных затрат, тогда как ранние инсайдеры уже вышли в плюс.

Иногда «бесполезность» и есть весь смысл.

Useless Coin вырос в 40 раз всего за несколько дней, его капитализация сейчас близка к 320 миллионам долларов. У него нет реального применения — именно это и определяет мемкоин: криптовалютный токен без какого-либо практического сценария использования.

На самом деле у Useless Coin есть одно применение: делать инсайдеров богатыми.

Несмотря на то что жизненный цикл мемкоинов короток, как жизнь дрозофилы, тысячи инвесторов, подобных Эвану Рэднемейкеру, готовы снова сыграть в рулетку через аккаунт в Robinhood или криптокошелёк. Почему?

Не все пузыри рождаются равными

Мылые пузыри определяются как шарики, наполненные воздухом, которым мы дышим. Но смысл пузыря ценообразования активов совершенно иной.

Мы успокаиваем себя макроэкономическими сказками: глупые деньги финансируют реальные вещи — каналы, железные дороги, энергетическую инфраструктуру, подводные оптоволоконные линии в Атлантике, а может быть, следующим станет искусственный интеллект. Ракеты, летящие вверх благодаря пузырям, часто продвигают истинные верующие. А те ракеты, что терпят крушение, вроде Global Crossing (прим. TechFlow: когда-то телекоммуникационный гигант, взлетевший во времена интернет-пузыря и быстро упавший после его лопания, став одним из крупнейших корпоративных банкротств в истории США), всё равно могут дать обществу «эффект рогатки».

Но недавно на пике популярности оказались мемкоины и мемные акции. Пузыри наполнены воздухом, не оставляя ничего за собой. Никакой инфраструктуры. Никаких патентов и прав интеллектуальной собственности, которыми могли бы воспользоваться следующие гаражные стартапы из Кремниевой долины. Никаких перспективных бизнес-моделей, которые можно было бы реорганизовать по главе 11 закона о банкротстве. А также корпорации казначейства, которые владеют исключительно одним активом, который вы можете купить самостоятельно и дешевле.

Это просто перераспределение богатства от аутсайдеров к инсайдерам. Сам актив — это шутка, а бизнес строится на выходе: бесплатная эмиссия для себя и друзей, затем реклама и продажа более крупным лохам.

Предложение таких разрушительных машин, пожирающих богатство, легко объяснить, и всегда было понятным.

Исторический экскурс в манипуляции с акциями

История — это хроника завышения и последующего сброса акций.

• От эпохи Ванкуверской фондовой биржи (VSE, Vancouver Stock Exchange) и улицы Хоу, кишавшей колл-центрами для телефонного мошенничества, до фирмы Stratton Oakmont из фильма «Волк с Уолл-стрит».

• До эры спам-рассылок, когда письма с заголовком «APPM TO A DOLLAR!!!» заставляли бессмысленную акцию удваиваться, утраиваться, а затем обваливаться вдвое ещё до обеда.

• Инициаторы SPAC зарабатывали семизначные прибыли: они получали десятки миллионов, тогда как раскрученные ими акции падали более чем на 99%. У Virgin Galactic был свой момент славы, когда Ричард Брэнсон отправился в космос и установил великолепные рекорды. А Чамат оставил компанию, забрав 315 миллионов долларов. Посмотрите, как пострадали рядовые акционеры:

Источник: Yahoo Finance

Разница между пузырями прошлого и нынешнего заключается в том, что прежние покупатели были «лохами». Они не осознавали свою некомпетентность, слепое уверение в ценности того, что покупали. Некоторые из-за этого сели в тюрьму, а розничные инвесторы в целом усвоили урок — пусть и временный.

Теперь они вернулись, а где теперь Чамат?

SPAC вновь вернулись в игру, им на смену пришли криптоказначейские компании, а иногда они сосуществуют одновременно, как например Cantor Equity Partners, котировавшаяся ранее по цене в 25 раз выше её фундаментальной стоимости, но сегодня вернувшаяся к адекватным ценам, упав на 96% от пика. При этом биткоин, являющийся основным активом портфеля компании, находится на исторических максимумах.

Источник: Yahoo Finance

Новый мем такой же, как старый? Отнюдь

Мемные акции тоже возвращаются. Мы входим в эпоху «мемов 2.0», причём некоторые трейдеры остаются прежними. Кит Джилл, более известный под прозвищем Roaring Kitty, вернулся спустя три года после начала бум memestocks 1.0. Однако GameStop теперь обладает некоторыми фундаментальными показателями, которые могут якорить цену и усложняют откровенные манипуляции.

Так промоутеры адаптировались к изменениям. Современные «инвестиции» изначально создаются бесполезными, чтобы избежать споров о внутренней стоимости.

Ежедневно появляются новые крипто мемкоины — иногда сотни, иногда тысячи. В эту воронку замешан даже Белый дом. $TRUMP был выпущен по цене менее 1 доллара, взлетел выше 40 долларов, а затем снова рухнул вниз. Инсайдеры всё равно получили прибыль в размере около 8x. Семья Трамп рано кэшировала приблизительно 350 миллионов долларов. Можно назвать это «прокачанной версией» SPAC и корпораций казначейства.

Источник: Coingecko.com

Подобные истории многократно воспроизводятся на основных платформах запуска токенов в крипте. Согласно нескольким анализам с Dune на платформе Pump.fun блокчейна Solana, более 60% кошельков торгуют в минус, лишь 0,4% сумели заработать свыше 10 тысяч долларов, а 81% токенов упали более чем на 90% от исторического максимума. По масштабу потерь капитала это превосходит даже SPAC — как по количеству, так и по пропорциям.

Однако отраслевые стандарты честности при запуске токенов вызывают тревогу. Solidus Labs сообщил, что признаки мошенничества наблюдаются в 98,6% проектов на Pump.fun и в 93% пулов ликвидности Raydium.

И тем не менее, подобные схемы, как $TRUMP, продолжают существовать. Есть ещё MELANIA и LIBRA, где 86% трейдеров потеряли в совокупности 251 миллион долларов. Dogecoin (DOGE), SHIB и другие мемкоины стоимостью в миллиарды долларов всё ещё активны. Мы находимся в фазе третьего мощного ралли Dogecoin, чья капитализация достигла 40 миллиардов долларов. Будет ли этот раз счастливым? Капитализация $TRUMP по-прежнему превышает 1,5 миллиарда долларов.

Многие пузыри малы по размеру и стремительно исчезают, словно упомянутые дрозофилы. Рыночная капитализация большинства токенов даже не преодолевает отметку в 1 миллион долларов. Вот недавние примеры, такие как $FUNLESS от Bonk.fun, который, судя по всему, принесёт инвесторам столько же «удовольствия», сколько $USELESS принесёт «пользы». Это идеальный пример того, как «реклама становится правдой».

Источник: Bonk.fun

Даже маленькие пузыри могут приносить огромные доходы. Например, один мой студент этим летом бросил работу в консалтинге, чтобы запустить и «распродать» Solana мемкоин.

«Большие дураки» навстречу мощному дофамину

Зачем покупать у инсайдеров на пике роста цены? Не потому, что всех обманывают. Многие покупатели прекрасно понимают, что эти токены лишены реальной стоимости, однако их мотивы для покупки включают:

• Теория импульса / «большего дурака»: ловить восходящий тренд и пытаться выйти, пока не остановилась музыка. Иногда срабатывает.

• Невежество: некоторые действительно верят в эти истории. Что?!

• Но чаще всего — игровая зависимость:

  • Мелкие ставки (предвзятость к единице против актива стоимостью всего $0,0000030);

  • Мгновенные «вознаграждения» (жизненный цикл короток, как у плодовой мушки);

  • Лотерейное искажение (шанс 20 к 1 иногда даёт возврат в 20 раз);

  • Вызывающая привыкание геймифицированная среда (нулевые комиссии, обмен в один клик, круглосуточная стимуляция дофамина);

  • Социальная идентичность и FOMO (страх упущенной выгоды): в вашем чате кто-то сделал «меняющий жизнь капитал» на $MELANIA, сможете ли вы устоять перед участием в следующем раунде?).

Без распродажи не бывает взлёта

Да, у этих маленьких пузырей есть свои «обоснования» для существования. Но почему они настолько распространены, учитывая, что так много людей теряют столько денег?

Ключ в том, что нам нужна «распродажа». Потому что шансы на успех, едва не ставшие реальностью, зажигают те же нейронные пути, что и в игровых автоматах. Непостоянное вознаграждение заставляет дёргать рычаг дальше. И всегда найдётся достаточно победителей, чтобы заново наполнить пруд. Как только один шанс исчезает, ему на смену приходит другой. Распродажи питает следующий взлёт. Если бы каждый мог получать прибыль (например, инвестируя в NVIDIA), не потребовались бы новые ставки, говорящие нам: «Давайте сыграем ещё раз».

Как и в спортивных ставках, вы проиграете, и довольно часто. Спортбеттеры знают эту суровую реальность, точно так же, как и игроки в криптомемкоины.

Но всегда доступны новые столы, новые монеты, новые контракты. Общество расплачивается за это: долги дофамина и финансовый нигилизм. Если вам нужен первоначальный взнос за жильё, лотерейное искажение кажется оправданным: 1000 долларов, вложенные в индексный фонд, годами будут лежать без движения, а доходность в 100 раз может прийти уже завтра.

Отсутствие ценности — это фича, а не баг

Современные пузыри требуют покупателей, готовых участвовать, даже осознавая, что махают лишь пустым воздухом. У реального бизнеса есть потолок и гравитация денежных потоков. У мемкоинов этого нет. Если единственная «фундаментальная база» — это будущие покупатели, то ограничения на рост зависят лишь от влияния «известных личностей» и периода полураспада шутки.

Инсайдеры, маркетмейкеры и торговые платформы всегда извлекают выгоду в первую очередь. Но поздние покупатели не являются обманутыми. Это не инвестиции, и здесь не причём среднегодовой темп роста (CAGR). Речь идёт об шансе получить x10 или x100. Если повезёт — появится первоначальный взнос. Не повезёт — завтра появится очередной всплеск.

Старые азартные игры в новом облике

Раньше казино предлагали фишки, напитки и ковровое покрытие. Сегодня оно помещается в вашем смартфоне, обладающем ослепительным интерфейсом и социальными механиками. Ожидаемая отдача не улучшилась, изменилась лишь форма подачи. Вместо бархатных канатов (прим. TechFlow: физическое ограждение в традиционных казино для зонирования контроля доступа, символизирующее порог входа в мир азарта) мы используем push-уведомления.

Казино требуют всё новых вариантов ставок. Инсайдеры Уолл-стрит и крипто-игроки мастерски предоставляют их.

Мы превращаем финтех-мемы в мем-финтех. Криптовалюты, акции, спортивные ставки и даже пари на следующего президента — всё сводится к одному. Минута за минутой, день за днём открываются ставки. Мгновенные результаты, погоня за следующей возможностью.

Это объясняет, почему платформа крипто/акций Robinhood вышла в S&P 500 в тот же день, когда Caesars Entertainment покинула биржу. В тот день две компании стали подобием пересекающихся ночью судов: капитализация Caesar составляла всего 5,3 миллиарда долларов, а Robinhood превысила 100 миллиардов долларов. А 7 октября крупнейшая мировая фьючерсная биржа ICE объявила об инвестициях в пионера спортивных ставок и предиктивных рынков Polymarket.

Деньги там есть. Потому что каждый день и каждая сделка будто кричат «Лас-Вегас». И «лучше».

Этика (если это можно так называть)

Пузыри прошлого ошибочно оценивали проекты, но иногда случайно стимулировали развитие будущего. Современное безумие, движимое мемами, характеризующееся низкой ликвидностью и спекуляциями опционами, главным образом основано на ошибочном заявлении ценности и построении каналов выхода. Оно драматически перераспределяет богатство, оставляя после себя лишь ролик с пиковыми моментами. Инсайдеры начинают с нуля и всегда остаются в плюсе. Как и в SPAC. Подобно старым спекулятивным мастерским и «котлам» прошлого, только сегодня эти действия легальны.

Участники со стороны лишь играют в игру «попрошу тебя» (Whack-a-mole).

Звучит неплохо. Пока вы не поймёте, что это зависимость. Она несёт все разрушительные последствия других форм азартных игр и одновременно демонстрирует наш крах в финансовой сфере.