Политическая ставка Джастина Сона: 90 млн долларов открывают двери Белого дома

Авторы: Зек Фо, Муяо Шэнь, Bloomberg

Перевод: Чопер, Foresight News

После того как китайский миллиардер в сфере криптовалют сошел с борта своего самолета Airbus A330, он наклонился и уперся ладонями в бетолетную площадку в Лос-Анджелесе, словно желая лично убедиться в том, что действительно прибыл в США. Затем он выпрямился и торжествующе поднял кулаки. Это было 16 мая — день, когда начался победный тур самого главного сторонника криптовалют среди президента США Дональда Трампа.

Неудивительно волнение Юйчэня Суна. Много лет он избегал визитов в США из опасений, что федеральные проверки могут поставить под удар его бизнес. Теперь же, вложив более 90 млн долларов в две криптовалюты, выпущенные семьей Трампа, он возвращается в Америку в качестве гостя и делового партнера президента.

3 августа Юйчэнь Сун начинает долгожданное космическое путешествие | Источник: Blue Origin

Программа его визита оказалась насыщенной. Одна из остановок — компания Blue Origin Джеффа Безоса, занимающаяся ракетостроением. Четыре года назад он выкупил место для полета в космос за 28 млн долларов, и теперь наконец-то готовится к взлету. Другой пункт маршрута — конференция Bitcoin в Лас-Вегасе, где он сфотографировался с сыном президента и федеральным сенатором от штата Теннесси, ответственным за продвижение ключевого законопроекта о криптовалютах. В Вашингтоне он посетил одного из консультантов Трампа по вопросам блокчейна и вручил ему копию концептуального арт-объекта — банана, приклеенного скотчем к стене. Оригинал работы художника Маврицио Каттелана Сун приобрел на аукционе Sotheby's за 6,2 млн долларов.

Кульминацией визита стал ужин в частном клубе Trump National Golf Club в штате Вирджиния. Вечер прошел под патронажем самого президента, а билеты на него продавались с аукциона по принципу «больше всего купил мем-коинов Трампа». Сун занял первое место с покупкой на сумму около 15 млн долларов. На улице перед клубом десятки протестующих держали плакаты под дождем; кто-то кричал: «Надеюсь, тебя захлебнет стейк!». Сам Сун в бабочке вошел в здание под зонтами сопровождающих, которых снимали три фотографа для соцсетей. Призами стали золотые часы Trump и возможность выступить после речи президента.

Выступая перед 200+ инвесторами в костюмах, Сун несколько минут запинался, рассказывая о поддержке крипты Трампом. «Примерно… 100 дней назад они искали всех представителей нашей отрасли повсюду», — сказал он, смущенно усмехнувшись, «теперь я в Америке, и скоро сюда приедут все остальные».

Критики отмечают коррупционный оттенок этой связи. Пресс-секретарь Белого дома Анна Келли заверила, что все действия Трампа направлены исключительно на максимальную пользу для американской общественности без конфликта интересов. Но сам факт присутствия Суна служит живым рекламным щитом: президент явно не видит проблемы в том, чтобы его семейный бизнес принимал деньги тех, кто хочет получить доступ к нему.

Ранее Сун столкнулся с исками SEC о мошенничестве. Через несколько месяцев после начала инвестиций в крипту Трампов дело было приостановлено до результатов переговоров о мировом соглашении (SEC отказалась комментировать материал). Хотя обе стороны отрицают сделки, перевод огромных сумм иностранцем президентской семье в попытке заручиться расположением — прецедент в истории США. Иностранцам запрещено делать пожертвования в избирательные кампании. Тем не менее доходы семьи Трампа от криптопроектов Суна превысили годовой доход Мар-а-Лаго. Он также обязался купить еще на 100 млн долларов мем-коинов Трампа.

Но амбиции Суна шире. Основанная им сеть TRON выросла в глобальную платежную сеть. Благодаря стейблкам, привязанным к доллару, любой может совершать транзакции с низкими комиссиями, быстро и анонимно. Сейчас объем операций в сети достигает 600 млрд долларов в месяц, почти в четыре раза больше PayPal. Новые союзники в Вашингтоне продвигают изменения в регулировании, открывая путь для расширения TRON в США. Семья Трампа планирует даже выпустить собственный стейблкойн на базе сети TRON.

До недавнего времени деятельность TRON оставалась в серой зоне регулирования. Эксперты по отмыванию денег предупреждают, что сеть становится предпочтительной для преступников, включая террористические организации вроде ХАМАСа, российские структуры, обходящие санкции, и китайские мошеннические группировки. Сун утверждает, что сотрудничает с властями по борьбе с незаконной деятельностью в своей сети, но одновременно ссылается на децентрализацию, снимая с себя ответственность.

В августе 2025 года оценка в Индексе миллиардеров Bloomberg вызвала споры и стала поводом для иска Суна. В феврале Сун предоставил индексу детализированные данные о своем состоянии: искусства на 55 млн долларов, самолет Airbus на 200 млн долларов, список криптокошельков. На их основе Bloomberg подсчитал, что Сун владеет 60 млрд токенов TRON, а его чистое состояние составляет 12,5 млрд долларов.

Сун подал иск в федеральный суд Делавэра, обвинив публикацию в раскрытии конфиденциальной информации. Bloomberg опроверг это. Он заявил, что огласка данных о криптоактивах ставит его под угрозу взлома или похищения, и попросил запрещающий ордер. В иске указано, что список активов от февраля включал кошельки экосистемы и чужие счета. Адвокаты утверждали, что Сун не владеет большинством токенов TRON, но на вопрос, какие именно из списка не принадлежат ему, отказались отвечать. 22 сентября суд отклонил ходатайство, запрет отозван, дело продолжается.

В один из поздних вечоров около 23:00 Сун позвонил нашему изданию. За час общения на китайском он рассказал о карьере, расследованиях и контактах с семьей Трампа. Он считает, что к нему и Трампу нужно относиться с большим доверием, а критикам не стоит торопиться с выводами. «Даже если Трамп пытается помогать бедным, это могут исказить как „покупку голосов“, — сказал он. — Технологии блокчейна тоже могут неправильно понять, будто за ними стоят люди, использующие криптопроекты ради собственной выгоды».

По его словам, TRON создает огромную ценность для мира, а критика похожа на упреки Человеку-Пауку в излишнем насилии над злодеями. «Человек-Паук учится днем и защищает мир ночью, верно?» — спросил Сун. «Мы тоже по сути охраняем мировой порядок, просто не афишируем это».

Таков стиль Суна. Несмотря на обвинения в плагиате, мошенничестве и манипуляциях рынком, он накопил состояние. Как и новый президентский партнер, он следует принципу «правдивого преувеличения» из книги Трампа «Искусство сделать миллионера».

Путь восхождения Юйчэня Суна

Ранние инвестиции в криптовалюту проложили путь этому будущему миллиардеру, позволив запустить свой токен и инвестировать в криптопроекты семьи Трампа.

Крупнейшие американские криптокомпании Circle Internet Group Inc. и Coinbase Global Inc. отказались сотрудничать с Суном. «У Суна дурная репутация в криптосообществе», — писали юристы Coinbase в документе 2024 года. В прошлом году китайский блогер назвал Сун «косой», намекая на жесткий стиль торговли. Сун ответил блогеру: «Я не считаю жесткость недостатком, это эффективность».

По словам бывших сотрудников, Сун высокомерен и авторитарен, управляя компанией как диктатор из игры Tropico. Двое бывших сотрудников утверждают, что он однажды дал пощечину подчиненному, а другой получил сообщения с оскорблениями (Сун отрицает все обвинения в суде). Он требовал обращаться к себе «Ваше превосходство» — титул, полученный в 2021 году после назначения Гренадой «послом ВТО». Известно, что остров ранее продавал дипломатические посты за 150 тысяч долларов (юристы Суна отрицают наличие неправомерных действий). «Все бесцеремонно лебезили перед ним», — говорит бывший инженер Cody Snider. «Он был как король или бог».

Две стороны TRON: удобство стейблкойнов и инструмент для преступлений

Самыми известными трюками Суна являются громкие траты: заказ темы Hans Zimmer для TRON, обед за 4,6 млн долларов с Уорреном Баффеттом, кампания на пост премьера микрогосударства Либерланд (и успех), съедание банана за 6,2 млн долларов на пресс-конференции в Гонконге в ноябре 2024 года.

Юйчэнь Сун родился в Синине в возрасте 35 лет. В 2017 году, основывая TRON, он жил в Пекине, вел подкаст «Путь революции финансовой свободы» и приобрел стартап «Peiwo», приложение для голосового чата и стриминга, которое ранее критиковалось агентством Синьхуа за порнографический контент.

Но Сун стремился стать магнатом уровня Ма Юня. «Как верующий миссионер, я не побоюсь снежных гор впереди и не отступлю из-за лохмотьев», — писал он в автобиографии «Новый прекрасный мир» (26 лет).

Рождение TRON опиралось на популярный тогда формат ICO. Проекты собирали средства, продавая новые токены вместо акций. Достаточно было затронуть тему блокчейна, даже с явными дырами, чтобы собрать немалые суммы. Абсурдный пример: Dental Token собрал более 1 млн долларов.

Позиционирование TRON всегда было размытым: Сун называл его «развлекательной системой», «магазином приложений», «интернетом народа». Его критиковали за плагиат, заимствуя идеи у других ICO. Но это не остановило сбор средств: 2 сентября 2017 года TRON провел ICO, собрав 70 млн долларов. Два дня спустя Китай запретил ICO.

В 2019 году аналитическая компания DappReview сообщила CoinDesk, что ранняя активность в TRON состояла из «игровых приложений» и «фейковых аккаунтов». Но у Суна были деньги: он купил расположенную тогда в США криптобиржу Poloniex, затем за 140 млн долларов приобрел BitTorrent, известный файлообменник, планируя интеграцию.

В 2018 году Сун ненадолго остановился в Сан-Франциско для регуляции новых активов; два года спустя переехал в Сингапур, оставляя позади иски бывших сотрудников о домогательствах на работе. Он пытался использовать дипломатический иммунитет Гренады, но безуспешно, в итоге договорившись о разделе условий. В интервью Сун назвал все обвинения выдумками ради вымогательства и признал, что понимает: «в Америке это обычное дело».

В 2019 году Сун нашел главное применение для TRON — стейблкойны. Привязанные к одному доллару, каждый токен обеспечивался твердым долларом. В марте 2019 года он заключил партнерство с одним из первых эмитентов, Tether, позволив сети TRON поддерживать переводы стейблкойнов.

Тогда Tether была небольшой, скрытной и подвергалась критике за резервы. Создатели стейблкойна выглядели странно: в команде были актер детского кино и итальянский пластический хирург. Кроме того, Tether находилась под расследованием генпрокурора штата Нью-Йорк. Расследование позже раскрыло, что владелец Tether «выводил резервы» для покрытия убытков своей биржи. В 2021 году они вернули долг и выплатили штрафы штату Нью-Йорк в размере 18,5 млн долларов.

Несмотря на постоянные споры, стейблкойны заполнили пустоту в криптосфере. Многим компаниям нужны были расчеты в долларах, но из-за офшорного статуса или сомнений в легальности они не могли найти банки-партнеры. Стейблкойны практически не регулировались, став идеальной альтернативой. Хотя другие блокчейны тоже поддерживали Tether, преимущество TRON заключалось в самой высокой скорости и минимальной стоимости, что позволило сети стремительно вырасти.

Сейчас TRON ежедневно обрабатывает около 2 млрд долларов транзакций в стейблках, каждая из которых требует уплаты небольшой комиссии в токенах TRON. Тейтеры стали ядром бизнеса Суна, который даже описывает TRON как «цифровой доллар». Среди пользователей TRON много обычных людей из стран с высокой инфляцией, таких как Аргентина и Нигерия, использующих стейблкойны для хеджирования, но способность легко переводить доллары за границу привлекла внимание и криминальных группировок.

Управление ООН по наркотикам и преступности отмечает, что отмывщики, нарушители санкций и мошенники были ранними пользователями TRON, который стал «предпочтительным инструментом для азиатских мафиозных группировок по переводу средств».

Привлекательность для преступников очевидна. Доллары, проходящие через банковскую систему США, подвергаются строгому комплаенсу: сотрудники проверяют клиентов и сообщают о подозрительных транзакциях. TRON, как и другие блокчейны, обеспечивает анонимность, идентифицируя пользователей только «алфавитно-цифровыми строками». С помощью TRON лондонский наркодилер может отправить стейблкойны колумбийскому поставщику, не предоставляя никому персональных данных. Эта система схожа с PayPal, но учетные записи подобны старым анонимным счетам швейцарских банков, обозначенным только номерами. «Злодеи выбирают её не просто так», — говорит бывший руководитель отдела киберрасследований Тайной службы США, ныне консультант по безопасности Matt O'Neill. «Им практически нечего бояться ареста».

Brad Thorne совершенно не похож на эксперта по TRON. Обладатель лысой головы и белой козлиной бороды, этот детектив работал 19 лет в полицейском управлении города Бойс (штат Айдахо) с населением около 250 тысяч человек. Он говорит, что «еженедельно расследует несколько случаев мошенничества с использованием TRON», среди которых чаще всего встречается схема «раскрутки» (romance scam): злоумышленники заманивают жертв случайными SMS, создавая ложную дружбу и обещая высокую доходность, чтобы перевести средства в крипто. Этими схемами часто управляют парки мошенников в Юго-Восточной Азии. По данным ООН, более 200 тысяч человек застряли в этих парках, принуждаемые к мошенничеству. Другие методы включают «под видом полицейского для выкупа», «под внуков за „экстренный залог“» и «чернобыльное шантажирование». Торн отметил, что крипто облегчает преступникам вывод похищенного: «Если деньги идут через банк, шансы на возврат выше. Банки также с большей вероятностью обнаружат сигналы тревоги и остановят перевод».

Обычно эмитенты стейблконов сотрудничают с правоохранителями, замораживая активы кошельков, связанных с преступлениями. Но Торн отмечает, что преступники открывают новые кошельки и переводят средства гораздо быстрее, чем следствие успевает получать судебные приказы. «Для следователей самое расстраивающее — видеть деньги жертвы прямо на блокчейне и абсолютно не иметь возможности их вернуть».

Рич Сандерс — независимый трейсер криптовалют, добровольно помогающий украинским военным и полиции. Он считает, что криптокомпании «не прилагают достаточных усилий для выявления и предотвращения использования их продуктов в преступных целях», поскольку это не в их экономических интересах. Сандерс ведет самостоятельные расследования в Одессе и Восточной Европе, утверждая, что обнаружил наркоторговцев, диверсантов, санкционные российские компании и террористов, использующих TRON для перевода средств, и следовать за ними несложно. В феврале 2025 года он отправил ХАМАС письмо с адреса [email protected], интересуясь способами доната, и вскоре получил в ответ 42-символьный адрес кошелька TRON.

В США обычно все субъекты, предоставляющие услуги электронных платежей, обязаны соблюдать строгие правила: собирать идентификационные данные пользователей и сообщать властям о подозрительных транзакциях. Однако большинство децентрализованных блокчейн-сетей избегают этих правил. Сторонники утверждают, что блокчейн — это нейтральный программный инструмент, подобный интернет-протоколу, и не должен нести ответственность за действия пользователей.

Сеть TRON заявляет о контроле со стороны сообщества. Сообщество состоит из 27 делегатов, избираемых голосованием держателей токенов. Однако Bloomberg Billionaires Index, проанализировав данные, предоставленные представителем Суна в феврале 2025 года, пришел к выводу, что он контролирует более половины токенов TRON, и опубликовал эту оценку. Сун позднее подал иск на Bloomberg, который в судебных документах защитил свой анализ.

Самое резкое заявление о TRON сделала компания по анализу криптовалют TRM Labs, чьи инструменты используются правоохранительными органами многих стран. В марте 2024 года TRM опубликовала отчет, в котором указала, что доля «нелегальной криптовалютной активности» в TRON достигла 45%, что является лидером среди всех блокчейнов, отметив также, что сеть Суна используется наркоторговцами, хакерами из Северной Кореи и структурами финансирования терроризма.

Через шесть месяцев после публикации отчета Сун задействовал финансовые ресурсы, превратив критиков в союзников. Он объявил о финансировании нового плана «T3 Financial Crime Unit», наняв TRM при содействии Tether для борьбы с преступностью в сети TRON. Глобальный директор по политике TRM Али Редборд заявил, что план уже помог правоохранительным органам заморозить «260 млн долларов нелегальных средств». В 2025 году TRM выпустила новый отчет, похвалив TRON за «эффективное удаление нелегальных участников», но отметила, что «более половины отслеженной за последний год преступной деятельности occurred на блокчейне TRON».

По мнению Редборда, «критиковать только потому, что кто-то использует TRON для преступлений, несправедливо: „Это просто блокчейн, просто инфраструктура.“ Один из адвокатов Суна придерживался схожей позиции, написав в письме: „Злодеи повсюду, блокчейн — лишь новейшая нейтральная технология, которая была использована злоумышленниками, и такие случаи неоднократно встречались в истории технологий“.

В интервью Bloomberg Businessweek Сун заявил, что TRON «не способствует преступлениям», а наоборот, «помогает бедному населению по всему миру (особенно в странах с сильной волатильностью валюты) легко получить доллары». «Этот мир本就 полон проблем, и кто-то должен их исправлять», — сказал Сун. «Я чувствую, что постоянно стараюсь решать различные проблемы».

Он сравнил план T3 с «НАТО», а его результаты — с работой Фонда Билла Гейтса в Африке. По его словам, команда уже помогала борьбой с «отмыванием денег, инвестиционным мошенничеством, вымогательством, торговлей людьми и террористическим финансированием КНДР». «Если放任 эти проблемы, они могут превратиться в атомную бомбу, способную уничтожить человечество, а мы — посланники справедливости».

Втягивание Суна в американское правительство началось после краха криптопузыря в 2022 году. Тогда обвалилась история масштабной «аферы на 40 млрд долларов», инициированной харизматичным и высокомерным инженером До Квоном, спровоцировавшая цепную волну дефолтов и обнажившая неплатежеспособность множества известных фигур в индустрии. Обанкротилась и биржа FTX Sam Bankman-Fried, который позднее получил 25 лет тюремного срока за мошенничество.

Регуляторы, ранее наблюдавшие за всплеском пузыря со стороны, наконец вмешались. Во главе с Гэри Генслером SEC подали иски против ряда крупнейших игроков отрасли, заявив, что «почти все публичные торговые операции в криптовалютах являются незаконными».

Сун стал одной из целей. В иске 2023 года SEC обвинила Сун в том, что он «нанял по меньшей мере 5 сотрудников, открывших аккаунты на биржах под другими лицами, через самопокупку и продажу токенов TRON создавая искусственную картину его популярности».

SEC также обвинила Сун в «нарушении требований о раскрытии информации». Он выплачивал деньги знаменитостям, таким как рэпер Soulja Boy, порноактриса Kendra Lust и актриса Lindsay Lohan, за продвижение TRON, но те не раскрывали информацию о гонорарах.

В интервью Bloomberg Businessweek Сун назвал Генслера «тираном по сути», «который полностью выдумал обвинения ради打压 криптокомпаний». Он предположил, что Генслер «возможно, хотел продвинуть свою карьеру благодаря громкому делу» и что «ему вообще нет дела до того, хорошие люди или плохие, он просто ведет огонь из пулемета в random направлении». Генслер не ответил на запрос комментария.

«Возврат инвестиций» в семью Трампа

Опасения по поводу «незаконного использования криптовалют и стейблкойнов» проникли на самый верхний уровень правительства США. В 2024 году бывший сенатор от демократов из штата Огайо Шеррод Браун заявил на слушаниях в Сенате: «Северная Корея, Россия, террористические организации вроде ХАМАСа переходят на криптовалюты, потому что их проще использовать для скрытого перевода средств». Он прямо не упоминал TRON, но его слова были направлены на всю отрасль.

Репрессии США против индустрии криптовалют стали угрозой «выживания для отрасли», при этом внутри нее существуют разногласия относительно «стратегии ответа». Друг Суна, сооснователь Binance Чанпэн Чжао согласился приехать в США, чтобы признать вину по уголовным обвинениям, связанным с незаконным использованием биржи, а Binance выплатила штраф в размере 4 млрд долларов для достижения соглашения. Такие компании, как Coinbase, выбрали стратегию «лоббирования контратаки», направленной против Брауна; индустрия выделила на поддержку его оппонента более 40 млн долларов, что в итоге привело к поражению Брауна на переизбрании.

В разгар этого регуляторного шторма Сун покинул Сингапур в 2024 году и переехал в Гонконг. Он снял пентхаус в прибрежном отеле, в то время как его адвокаты продолжали вести дела с SEC в суде (юристы Суна заявили, что выбор места жительства и путешествий обусловлен личными предпочтениями и не связан с юридическими рисками). А за несколько недель до выборов президента США Трамп открыл новую дверь для «тех, кто стремится быть ближе к власти».

Ранее Трамп скептически относился к криптовалютам. В 2021 году он заявлял: «Возможно, это мошенничество, кто знает, что это такое?». Однако ситуация изменилась после того, как «небольшая группа инвесторов в биткоины пожертвовала примерно 20 млн долларов в его предвыборный штаб». В июле 2024 года (за четыре месяца до президентских выборов) Трамп выступил на Bitcoin Conference в Нашвилле, пообещав «уволить председателя SEC Генслера» и «смягчить регулирование криптоиндустрии». «Если биткоин собирается «идти на Луну», я хочу, чтобы Америка была лидером». Его слова вызвали аплодисменты зала.

Несколько спустя Трамп начал продвигать собственную криптовалюту. Серьезность, с которой он подошел к проекту, сравнима с тем, как он рекламировал «мелочи» вроде гитар и кроссовок во время кампании — иначе говоря, отсутствовала. Проект носил название «World Liberty Financial», Эрик Трамп заявлял, что его цель — «содействие финансовой независимости», однако конкретные механизмы функционирования долгое время оставались туманными. Восемнадцатилетний сын Трампа, Баррон, который тогда поступил в университет, был указан как «Главный директор по видению DeFi» несмотря на полное отсутствие опыта в децентрализованных финансах.

За этим проектом стояли двое людей, давно занимавшихся интернет-мошенничеством, которые познакомились с Трампом через «сына друга Трампа по гольфу». Один из них, Чейс Герро, ранее рекламировал «средства для очищения кишечника и похудения» и «курс быстрого обогащения стоимостью 149 долларов в месяц», а также называл себя «интернет-плохишем» в выступлениях и видео на YouTube, заявляя: «Регуляторы должны выставить таких, как я, за дверь». Другой, Закари Фолкман, управлял службой знакомств «Date Hotter Girls». Их единственный известный другой криптопроект потерпел крах после хакерской атаки.

Условия выпуска проекта изначально были непривлекательными и первоначально были отвергнуты криптоинвесторами. Даже если бы проект приносил прибыль, держатели токенов не получали бы дивидендов; более того, 75% собранных средств после достижения порога в 30 млн долларов уходили бы семье Трампа. По сути, инвестирование в World Liberty Financial означало прямую передачу денег семье Трампа.

Семья Трампа планировала продать токенов World Liberty Financial на сумму 300 млн долларов, однако к середине ноября 2024 года (после победы Трампа на выборах) удалось реализовать лишь на несколько миллионов долларов — далеко не хватило до порога, запускающего выплаты семье. Тогда вмешался Сун. 25 ноября он объявил о покупке токенов на 30 млн долларов, его назначили «консультантом World Liberty Financial», а затем вложил дополнительно 45 млн долларов. По его примеру другие инвесторы пошли вслед за ним, в результате чего было реализовано все предложение общим объемом около 550 млн долларов. Это означает, что семья Трампа могла получить доход около 400 млн долларов.

Крипто-богатство Трампа. Источник: Bloomberg Billionaires Index, данные на 8 сентября 2025 г.

«Этот господин (Сун) увидел возможности, которые остались незамеченными большинством людей», — сказал в феврале 2025 года на конференции в Гонконге сооснователь World Liberty Financial Фолкман, указывая на Суна рядом с собой. «Стоило ему войти в игру, всё понеслось как снежный ком».

Сун заявил, что не «искал или не ожидал обмена своих инвестиций на какие-либо льготы», но у него действительно было несколько случаев, чтобы «изложить собственные запросы». В декабре 2024 года на конференции в Абу-Даби он обсуждал планы World Liberty Financial с сыном Трампа Эриком; кроме того, он встретился со Стивом Виткоффом — другом Трампа по гольфу, который и представил этот проект президенту, — которого тогда недавно назначили специальным посланником Трампа на Ближний Восток. Сун отметил, что Виткофф «был вынужден рано завершить встречу из-за решения вопросов с заложниками», но между ними «сохраняется контакт и обсуждение политики США в сфере криптовалют».

После inauguration Трампа мечты Суна и всей индустрии криптовалют сбылись. В феврале 2025 года SEC отозвала иски против Coinbase и нескольких других компаний, некоторые отвечающие за дела юристы были пониженные в IT-отделе SEC; дело по TRON было приостановлено. Советник SEC по криптополитике Кори Фрейер заявил, что данное решение вызывает недоумение, поскольку «дело TRON было одним из самых прозрачных, с которыми он сталкивался за время работы в SEC».

Адвокаты Суна назвали решение SEC «не имеющим никакой связи с инвестициями этого миллиардера в проекты семьи Трампа». Пресс-секретарь Белого дома Келли написала в электронной почте: «Все действия президента направлены на заключение хороших сделок для американского народа, а не на извлечение личной выгоды». Сун сказал Bloomberg Businessweek, что смена тональности SEC доставила ему удовольствие: «Теперь стало справедливее, как минимум появилось большее уважение. Методы правоохранительных органов стали намного лучше».

Более важным изменением для TRON стал радикальный поворот в отношении правительства США к стейблкам. Если ранее высокопоставленные чиновники считали стейблкойны «риском для финансовой стабильности», то правительство Трампа видит в них «инструмент продвижения доллара в мире» и одновременно «коммерческую возможность». В мае 2025 года Сун подарил советнику по криптополитике Белого дома Бо Хайнсу арт-объект «банан на скотче», причем Хайнс уже ушел в отставку в августе и устроился на работу в Tether. Семья Трампа также推出了 собственный стейблкойн USD1 через World Liberty Financial. Сун заявил, что возглавил этот проект и что TRON вместе с WLF будут бросать вызов крупным банкам.

«Мы можем с помощью World Liberty Financial формировать мир, полностью трансформируя финансовую систему», — заявил Сун на конференции в Дубае в мае 2025 года (рядом с Эриком Трампом). «Те, кто не присоединится к нам, рано или поздно останутся далеко позади». Сын Трампа поддержал это заявление: «Если банки не embraced криптовалюты и не воспользуются текущей возможностью, они终将 погибнут».

Юйчэнь Сун, сооснователь World Liberty Financial Зак Фолкман и Эрик Трамп на конференции по криптовалютам в Дубае в мае

В июле 2025 года при поддержке правительства Трампа Конгресс США принял законопроект, направленный на регулирование стейблконов и стимулирование их использования. На церемонии подписи присутствовали топ-менеджеры индустрии, включая генерального директора Tether Паоло Ардойно. Президент сказал им, что стейблкойны способны «придать сверхсилу экономическому росту Америки», и похвалился: «Разобрался со множеством проблем для вас: избавил вас от слишком больших трудностей».

На данный момент нет никаких доказательств того, что Трамп обменивал «государственные интересы на деньги или иные выгоды» — это нынешнее определение коррупции согласно решению Верховного суда США. Однако с момента избрания Трампа люди, стремящиеся угодить его семье, очевидно, спешат создать для нее состояние. Семья Трампа заработала миллиарды долларов как минимум на четырех криптопроектах, в то время как правительство Трампа параллельно смягчило регулирование индустрии; кроме того, семейство Трампа заключило договоры на строительство отелей с государствами, ведущими переговоры по тарифам с правительством США. Отвечая на вопросы о том, «почему он принял подаренный правительством Катара самолет стоимостью 400 млн долларов», Трамп сказал: «Я могу сказать „Нет, нет, нет“, а могу сказать „Большое спасибо“».

24 июля 2025 года Юйчэнь Сун проводит торговый звонок в Nasdaq

В июне 2025 года усилия Суна по выходу на рынок США начали давать плоды. Незначительная инвестиционная banka Dominari Securities — указывающая Дональда Трампа-младшего и Эрика Трампа в качестве консультантов — посредством сложных схем помогла Суну выйти на биржу Nasdaq. По оценкам Bloomberg Billionaires Index, эта операция могла принести Суну около 1 млрд долларов (братья Трамп не ответили на запросы комментариев; Эрик отрицает свое участие в проекте, но подтверждает дружбу с Суном).

24 июля Сун прибыл в Нью-Йорк, где в телевизионной студии Nasdaq на Таймс-сквер провел торговый звонок. Он был одет в официальный костюм, довольно похожий на тот, в котором Attendate на вечере мем-коинов Трампа. Посреди конфетти, символизирующего начало торговых торгов, он снова приветственно поднял кулак. Затем он сфотографировался перед экраном с рекламой TRON, после чего сел в черный фургон и направился в центр города на одну встречу.

На этот раз Сун взял с собой свою мать (которая ранее работала журналистом в Китае),显得格外放松. Он спросил помощника: «Какой кадр выложить в социальные сети?», а потом передал «золотые часы Trump» журналисту Bloomberg Businessweek, смеясь рассказывая, как «президент толкает развитие индустрии». Вскоре он отправится на запад Техаса, чтобы сесть на ракету Blue Origin и отправиться в космос. «Я люблю Америку», — сказал Сун. «Я никогда так сильно не любил Америку».

Однако Сун очень быстро познал «древнюю мудрость»: семья Трампа может быстро отвернуться от союзников. В сентябре 2025 года в сети появились слухи о том, что «Сун распродаёт токены World Liberty Financial», после чего компания немедленно заблокировала ему возможность торговли, а его «токены стоимостью 75 млн долларов» были заморожены. Сун отрицал распродажи, назвав решение «несправедливым и противоречащим децентрализованному духу криптовалют». Поскольку в индустрии криптовалют отсутствует надлежащее регулирование, ему некуда было подавать жалобы, и он обратился за поддержкой в социальных сетях, пообещав «дополнительно инвестировать в проекты семьи Трампа». «Я вложил не только деньги, но и доверие с поддержкой», — написал Сун. Семья Трампа никак не отреагировала на это.